Чтение онлайн

– Привет, милая, – ответила она. – Как спалось?

– Нормально. Ой! – вздрогнула я, опомнившись. – Чуть не забыла сказать: миссис Бёрн сказала, что ваше собрание переносится на пятницу.

– Да? Хм, – она потёрла рукой подбородок, глядя в журнал. – Странно.

– А ещё я получила вот это, – вытащила я из-за спины конверт с чеком. – Откроем?

– Что это? – мама взяла в руки конверт и начала изучать печать и адрес. – Это что-то серьёзное? Не говори мне, что ты кого-то убила, и теперь тебя разыскивают во всех штатах.

– Ах-ха-ха, нет, мам, – посмеялась я. – Это всего лишь призовой чек за летнюю олимпиаду по математике.

– О, тогда открывай! – протянула она мне конверт. – А я принесу тебе завтрак.

Я надорвала краешек конверта и через разрыв вытащила чек. На небольшой прямоугольной картонной бумажке было выведено моё имя и подпись мэра Боулдера.

– Пятьсот долларов? Щедро, – из-за спины сказала мама, ставя передо мной тарелку с французскими блинчиками креп-сюзетт.

– Да, хорошие деньги. В моём банке прибавилось, – гордо улыбнулась я и принялась за еду. – А где Коди?

– Он ушёл аж в семь часов. Сказал, что ему надо к другу. Какое-то важное дело.

Я посмотрела на настенные часы и закончила с завтраком.

– Спасибо за завтрак. Мне надо бежать. Не знаю, во сколько сегодня вернусь: Камилла сказала мне, что сегодня нас везут на диспансеризацию – не известно, сколько по времени это займёт.

– Если вернёшься рано, то ключи у тебя есть. У меня сегодня на работе защита крупного проекта, а папа вернётся не раньше семи.

Мамина работа главным редактором и арт-дизайнером в рекламном агентстве несколько выматывала её, но свой творческий и неординарный взгляд она отразила в интерьере нашего дома. Иногда мне казалось, что у неё две работы: домашняя в качестве шеф-повара, неоплачиваемая, деньгами, в смысле, и творческая, оплачиваемая, в агентстве.

Я вернулась в свою комнату, когда услышала звук машины. Камилла уже здесь, а я совсем не готова. Чёрт!

Открыла дверь гардероба и уставилась на вещи. Вечная женская проблема – что надеть?

Схватила с вешалки новый пиджак от Камиллы небесно-голубого цвета, светлые джинсы и кашемировую водолазку, а из обуви взяла белые высокие кеды Converse.

Моя голова всё ещё не высохла, и мне пришлось воспользоваться феном. Разобравшись и приведя в порядок волосы, я занялась лицом. В моей одежде не было тёмных оттенков, поэтому тёмных цветов в макияже я использовать не стала.

Пораскинув мозгами, я решила взять с собой, на всякий случай, школьные принадлежности к урокам. И сменила свой прежний чёрный рюкзак на белый от S’Oliver.

– О-о, ты всё же вышла! – всплеснула руками прислонившаяся к своей красной Ауди Камилла. – Я уж думала, что ты там померла.

– Как видишь, нет. Поехали.

– Как спалось? Твой красавчик не снился? – спросила она, и я вспомнила о Блэйке. Желудок сделал сальто. Я глупо улыбнулась. – Мда-а, всё с тобой ясно. Втюрилась.

– Вовсе нет. Мы только познакомились, но…, – я не закончила фразу.

– Но что? – уставилась на меня Камилла, заведя мотор. – Но уже влюбилась в него, да?

Я почувствовала, что краснею, и Камилла вскинула брови.

– Лгунишка, – раскусила меня она. – Меня не проведёшь. Я тебя насквозь вижу!

– Господи, он так мне нравится! – воскликнула я, когда мы тронулись с места. – Ты бы видела, какие у него глаза!

– Видела. Необычные. Не встречала таких раньше.

– Вот и я. А улыбка, тело, – я посмотрела в пространство, улыбаясь. В груди разлилось тепло. Я громко вздохнула.

– Ага, вздыхаешь. Это первый признак того, что влюбилась.

– Хм, а второй? – мне было интересно расспрашивать Кэм. Я в вопросах любви была профаном, знала о ней по фильмам, книгам и сериалам. Но в жизни-то всё иначе, это и дураку ясно.

– Ну, ты начинаешь постоянно думать о нём, перед глазами стоит его образ, ты всем рассказываешь о нём, – Камилла подъезжала к центру города и встала на светофоре.

– А за Фелис, разве, не будем заезжать? – спросила я, когда Камилла проехала мимо квартала, в котором жила Фи.

– Наша Фелис теперь не появится пару дней. Её новообретённый Том устроил им поездку на ранчо неподалёку. Ну, а наша Фелис, которая наполовину хиппи, была не в силах устоять. Природа, лошади, горы там, все дела.

– А-а, – протянула я. – Вон как. Хм.

Между тем, мы приехали к школе. Камилла припарковала машину, и мы поспешили внутрь.

– Лия! – окрикнули меня сзади, и я обернулась, растягиваясь в улыбке. – Доброе утро!

Возникло чувство, что он поджидал меня.

– Здравствуй, – ответила я, и Блэйк подравнялся с нами. – Блэйк, это Камилла.

– Очень приятно, – протянул он ей руку.

– Взаимно, – ответила Камилла. – Так значит, ты новенький? Ну, и как оно: учиться в нашей школе?

– Я здесь всего один день, но мне уже нравится, – я увидела боковым зрением, что он посмотрел на меня. – Здесь хорошие люди.

– Что правда, то правда, – легонько тыкнула меня локтем подруга. – И учителя хорошие. Один мистер Льюис чего стоит. Он очень крут для своих лет.

– Мистер Лью…

– Учитель математики, – пояснила я Блэйку. – Скоро познакомишься.

Прозвенел звонок, и мы разошлись по классам – мы с Блэйком на историю, а Камилла на химию. О возможной диспансеризации пока ничего не свидетельствовало.

– Сегодня, если верить информации Камиллы, может быть диспансеризация, – сказала я Блэйку, когда мы вошли в класс. Мистер Дэвис писал на доске тему урока.

– Да? Интересно, – ответил Блэйк, занимая парту. – Хоть от уроков можно отдохнуть.

– Ещё только третий день учёбы, а ты уже устал, что ли? – усмехнулась я, глянув на него. От его золотых глаз я таяла.

– Ну-у, – замялся он. – Не совсем чтобы устал, но от продолжения лета я бы не отказался.

Наш разговор оборвал мистер Дэвис.

– Класс, прошу минуту внимания! – громко произнёс он. – У меня для вас объявление. После первого урока вас, всех старшеклассников, забирают на медицинское обследование. Всем велено собраться на автобусной стоянке.

– А вот и слух про диспансеризацию, – шепнул мне Блэйк.

– Да, – произнесла я и посмотрела на учителя. Мистер Дэвис поправил очки и продолжил.