Чтение онлайн

К этому времени у нас появилось немало друзей в соседних деревнях. Они-то и передавали нам молоко. Подоят коров и тут же, на пастбище, спрячут бидон с молоком в заранее условленном месте.

Кроме картофеля, да и того не от пуза, в отряде опять уже ничего не было. Но настроение у людей было праздничное: радовала хорошая погода и особенно телеграмма из Москвы.

"Поздравляем Первым маем. Желаем успехов в борьбе с врагами Родины".

Когда солнце спряталось за зубчатую полосу леса, все здоровые, кроме наряда, во главе с командиром отряда покинули лагерь и взяли курс на деревню Щеки за продуктами.

Продовольственный отряд возвратился утром. Предупрежденные дежурным больные выползали из шалашей, с любопытством встречали заготовителей. Фельдшер вышел к ним с ведром. Он черпал кружкой березовый сок и предлагал каждому выпить. "Причастие", - шутили ребята. Они, повеселевшие, направлялись к костру под навесом.

По приказу из Центра каждое утро мы передавали в Москву метеорологическую сводку по схеме: осадки, туман, грозы, ясно, сила и направление ветра, горизонтальная видимость, высота облаков...

Под навесом у костра, на березовых ветвях, лежали куски свежей свинины, принесенной из ночного похода. Иван Домашнев деловито распределял мясо на пять порций: четыре отделения и штаб отряда.

– Откуда это?
– спросил Маркин, подходя к нему, опираясь на палку и кивая на свинину.

– Одного блюдолиза фашистского раскулачили в Щеках, - сообщил Голохматов.

– И это все?
– поинтересовался Павел, осторожно садясь на обрубок бревна.

– Хэх!
– хохотнул Николай.
– Это только второе. Еще целая корова. У старосты под расписку взяли.

– И он не возражал?

Голохматов засмеялся, откидываясь назад.

– Нет, конечно. Только спросил: "А на кой хрен мне ваша расписка?" "Как на кой?
– отвечаю.
– Придет Красная Армия, предъявишь властям и получишь за свою корову сполна по твердым государственным ценам".

К Маркину подошел и сел рядом с ним Галушкин. Вид у него был уставший после ночного похода. Лицо заросшее.

– Привет болящим! Ну, как чувствуешь себя, Паша? Долго еще будешь валяться?

– Ну что ты!
– ответил Маркин, стараясь быть бодрым и пожимая его руку.
– Горячим песком лечусь. Поясница почти прошла. Только судороги еще донимают. Особенно ночью...

Голохматов и его ребята оказались настоящими чародеями. Из коровьего ливера и картофеля они приготовили жаркое, опьяняющий запах от которого останавливал каждого, кто случайно проходил мимо шалаша. В этот день во всех отделениях было весело. Ребята угощали друг друга.

Нежелательные гости

Суббота второго мая подходила к концу. День выдался теплый и солнечный. Гомон и свист пернатых обитателей лесной чащи, окружавшей наш лагерь, как-то ослаблял внимание, отвлекал от реальной действительности. Невольно хотелось очутиться в условиях мирной жизни, забыться хотя бы на какое-то мгновение...

Сытно пообедав, ребята, бывшие в ночном продпоходе, отдыхали. Не спал только наряд да легкие больные, которые занимались работой по лагерю: собирали березовый сок, варили принесенную рожь, развесив над костром гирлянду котелков, в ведре кипятили грязное белье, уничтожая паразитов, они и комары, появившиеся с наступлением тепла, честно говоря, очень допекали нас. Чтобы спастись от комаров, многие стали отпускать усы и бороды. Светловолосый Николай Секачев, например, отрастил усы колечками и острую бородку-эспаньолку. А Георгий Иванов, с густыми усами, мощной черной бородой, высокий, богатырского сложения, смахивал на покорителя Сибири. Все как-то старались оградить себя от комариного гнуса. Особенно эффективным средством во время сна были мешки или чехлы, в которые залезали с головой...

Вдруг издали донесся условный свист дозорных. Дежурный поспешил туда. Вскоре возвратился. Впереди него шагали четверо. Высокий пожилой мужчина с давно не бритым хмурым лицом и бегающими глазами. Незнакомец был в старой кепке и парусиновом дождевике. Женщина средних лет в сером вязаном платке и в старой деревенской дубленой шубе. И двое подростков, лет по тринадцать-четырнадцать. Все в резиновых сапогах. Мужчина предъявил справки, из которых следовало, что он и жена - колхозники. Просмотрев документы, Бажанов строго спросил:

– А чего это вы, граждане, бродите в лесной глуши и в такую распутицу? Какие у вас тут неотложные дела?

Мужчина вскинул на него настороженные глаза, сказал:

– Да мы объездчика ищем.

– Какого объездчика?

– Не его, вернее. А его тело... Зимой его убили где-то тут.

– Кто убил?

– Нам передали, что убили, а кто?.. Бог его знает. Он сородич наш. Похоронить надо б как следует, по-христиански.

– Если передали, что убит, значит, видели место, должны были точно указать. А в таком огромном лесу разве найдешь?

– Поздновато, видать, граждане, начали вы его искать, - подал голос Иван Домашнев, подходя к непрошеным гостям, и добавил: - Его, наверное, уже давно бродячие собаки растащили.

Услышав замечание минера, мужчина только кинул на него короткий взгляд, но ничего не сказал. Молчала и женщина, потупив глаза.

– А мальчишек зачем с собой таскаете? Мужчина пожал плечами.

– Скажите, город Рудню вы хорошо знаете?
– спросил я.

– А как же. Фекла - тамошняя, - встрепенулся мужчина и кивнул на свою спутницу.

– А кто до войны в Рудне председателем районного Совета депутатов трудящихся был?

Мужчина смутился. Переглянулся с женщиной, пожал плечами, сказал:

– Кажись, дай бог памяти...
– Он потер лоб, нахмурился.
– Нет, запамятовал. Да я ж перед войной был в отъезде. Фекла, ты не помнишь председателя свово?

Женщина покрутила отрицательно головой, нервно убрала под платок прядь седых волос.

Не добившись ничего путного, решили отправить их в местный партизанский отряд. Там с ними разберутся.

Кощеев, сопровождавший неожиданных гостей к Мельникову, возвратившись, сообщил, что и там их не знают. Добавил, что по пути в местный отряд задержанный мужчина с бегающими глазами дважды пытался заговорить с ним. И вообще, вел себя подозрительно. Омсбоновец не разрешил ему приближаться к себе. Приказал молча идти впереди.

Александр Кощеев - исключительно скромный человек. Опытный и исполнительный воин. Даже среди наших ребят он выделялся как разведчик. Ему пришлось отступать со своей частью от самой западной границы. В ОМСБОН он пришел, имея медаль "За отвагу". За поход в составе первого отряда Бажанова по тылам врага Александр был награжден орденом Красной Звезды.