Чтение онлайн

Таш выругался сквозь зубы. Только этого не хватало!

– Слушай, ты, заткни свою ненормальную!
– Изо всех сил пытаясь сохранить лицо, прошипел желтолицый.

Ташу неожиданно стало смешно. Уж он-то не понаслышке знал, каково это - чувствовать себя на мушке.

– Сам заткни!
– Весело огрызнулся он.
– Когда она в таком настроении, я к ней и подходить боюсь! Зверь, не баба!

– А за зверя ты у меня дома получишь!
– Тоном сварливой жены отозвалась Рил.

– Вот видишь!
– Слегка развел руками Таш.
– Вы пришли и ушли, а мне с ней еще жить! Так что, придется так разговаривать.

– Ну, ладно.
– Неожиданно легко согласился полукровка.
– Бабы - это такая зараза, как прилипнет, век не отвяжешься! Ты от своей, случаем, отвязаться не желаешь?

Таш выразительно повел плечами.

– Сейчас? Когда она держит меня на прицеле? Не-е, я еще жить хочу!

– Ну, как знаешь. А то у нас покупатель на нее есть.

– И кто же этот самоубийца?

– За него не волнуйся!
– Хмыкнул желтолицый.
– У него на то, чтобы ее приструнить, силенок хватит! Да и зачем она тебе, такая-то? Найдешь себе получше!

– Нет, - покачал головой Таш, - мне эта нравится.
– Он чуть обернулся в сторону камней.
– Эй, Рил, слышишь? Не уходи к чужому дяде, он злой, а я хороший!

– Кончай придуриваться, клейменый!
– Разозлился переговорщик.
– С тобой, как с человеком разговаривают! Мы не хотим лишней крови, на белом свете жить всем хочется!

– А мне по… ваша лишняя кровь!
– Зевнул Таш.
– Прольется, и… с ней! А вот сколько из меня моя баба моей крови выпьет, если я ее сейчас вам сдать попытаюсь… Кстати, а откуда вы узнали, где мы отдыхаем? Неужели следили?

– Ты думаешь, что ты тут у нас самый крутой?
– Злобно прошипел полукровка, выведенный из себя Ташевым легкомыслием.
– Думаешь, тебе сейчас на помощь твои дружки прискачут? Хрен тебе! Они-то тебя и сдали! И тебя, и бабу твою!

Все, шутки кончились. Таш сделал шаг вперед.

– Кто? Как выглядит? Имя?

– Я тебе имя, ты мне бабу!

Таш скользнул вперед и вбок, заходя ценному свидетелю за спину, дабы аккуратно вырубить, но тут мимо него черной молнией просвистел дротик и замер в щеке у полукровки. Тот сразу отключился и рухнул на землю.

Хорошая вещь - яд рогатой жабы!
– Подумал Таш, вытаскивая мечи. А еще он подумал, что не знает, что ему теперь делать со своей подругой: похвалить за хорошую работу или отругать за самодеятельность.

Не оборачиваясь, свистнул, давая сигнал ребятам. Коротко щелкнули арбалеты, кое-кто из нападавших упал, остальные заматерились и ринулись к Ташу, как к родной маме. Зря это они, ласки от него не дождешься. Из-за деревьев беспощадными хищниками выскочили его парни, разгоряченные предвкушением схватки. Таш решил, что не будет им мешать. Пусть поработают, а ему надо найти вандейцев. В том, что они здесь, он не сомневался. Хотя бы пара уж точно должна быть, ведь знали, на кого идут.

– Таш!!
– Испуганный крик и последующий взвизг.

Мгновенно похолодев от ужаса, Таш парой прыжков преодолел расстояние до камней и серой тенью скользнул мимо огромных желтоватых глыб.

Как выяснилось в следующее мгновение, мог бы и не торопиться, всю работу уже сделали без него.

Рил сидела и совершенно стеклянными, круглыми от ужаса глазами смотрела на троих высоких мужчин в черной одежде с разрисованными черным лицами, лежащих перед ней. Один из них был мертв, метательный нож торчал у него из горла. Двое других всего лишь парализованы все тем же ядом ее лучшей подружки - рогатой жабы.

– Рил, дай арбалет!
– Сказал Таш.

Она вздрогнула, отрываясь от жуткого зрелища, и протянула ему разряженный арбалет.

– Болты есть?

Она потянулась за сумкой и достала несколько штук.

– Отравленные?
– Спросил Таш, заряжая арбалет.

Она покачала головой.

– Я не брала с собой отравленные.

– Отвернись.

Она послушно отвернулась и закрыла лицо ладонями.

Одному из парализованных Таш, не мудрствуя лукаво, свернул шею, дабы не шокировать Рил зрелищем перерезанного горла, а второму всадил в ногу болт, чтобы оставался на месте до тех пор, пока с ним не пожелают пообщаться. А с болтом в коленке даже вандеец далеко не убежит. Выглянул из-за камней, посмотреть, как дела у ребят. Дела шли, но надо помочь. Наклонился к Рил.

– Ты как?

– Нормально.
– Не поднимая глаз и стиснув зубы.

– Потерпи еще немного. Пошли отсюда, он скоро очнется.

Взял ее за руку, отвел подальше от вандейца, поближе к полю боя. Усадил за камень.

– Сиди здесь.
– По крайней мере, так он будет ее видеть.

Окинул взглядом поляну, выделил слабые места и побежал помогать.

Нет, он был несправедлив к своим. Справились бы и без него, но были бы потери. Один из его учеников, Дема, был ранен, а Фрая прижали так, что он бы не выбрался. Так что, слава богам, все обошлось, хотя, надо думать, боги тут вовсе и не при чем.

С помощью Таша быстро добили оставшихся, правда, двое сбежали, но за ними отправили погоню. Переговорщика и вандейца связали и без особых нежностей погрузили на лошадей. В поместье были хорошие специалисты по допросам, вот они пусть и занимаются. Как ни горело Ташу узнать, что скажут пленные, от самодеятельности он предпочел воздержаться. Не хватало еще товар попортить, его еще на суд "семьи" представлять. Да и потом, есть дела поважнее.

Отдав распоряжения, Таш с минуту понаблюдал за тем, как Тепек и Корень выворачивают карманы убитых, Зям перевязывает бледного до синевы Дему, а Фрай матерится, уводя по тропинке лошадей с пленными, и пошел к Рил. Без него обойдутся. А не обойдутся, значит, огребут.

Рил сидела за камнем, сжавшись в комочек и обняв руками колени. Таш мягко опустился рядом, притянул к себе, сжал в успокаивающих объятиях. Она подняла голову, и на Таша глянули страшные в своей неподвижности глаза.

– Таш, я их всех убила.

Таш, который в этот момент не испытывал ничего, кроме гордости за свою девочку, тем не менее ответил:

– Не болтай ерунды. Ты их просто ранила. Я их убил.

Она с безумной надеждой уставилась на него.

– И того, которого я… ножом?

– Угу.

Неожиданно Рил тихо засмеялась. Из-за того, что он так охотно взял на себя ее вину, у нее немного отлегло от сердца, и вернулась способность соображать.

– И того, которого я из арбалета?

– Ага.
– Снова согласился он.
– У меня как раз в кармане болт завалялся, дай думаю, воткну кому-нибудь в глаз!

Она улыбнулась, но улыбка получилась кривоватой и грустной.

– Нет уж, не приписывай себе чужие подвиги! Моя вина - это моя вина, ты тут не при чем. Кровь их на мне.