Чтение онлайн

Джон Кеннеди растерянно, так же холодно прощается с «мраморной» Леди, уже уходя, оделяя ту взглядом, с некой досадой произносит:

— До скорой встречи!..

Молодая женщина отошла, медленно удалялась, раскачивая свои округлые бедра. Сознавая, что она привлекает к себе не абы какое, а повышенное внимание. Несколько раз на ходу легким движением руки аккуратно приподняла непослушные волосы, лишними штрихами держа мужской взгляд в напряжение. Встреча с Президентом её взволновала, от переполнения мыслей в голове, она говорила сама себе вслух, обращаясь к себе, как к подруге, встревоженно:

— Да уж сам Президент!.. Так можно сойти и по — настоящему с ума. Однако. Он милый, не смотря на то, что рыжий. Ей стало смешно.

Она была настроена — покорить Президента, от предвкушения, непроизвольно улыбнулась с блеском в глазах, с какой — то загадочностью. Озорно приподнимая волны песка, то одной, то другой ногой, с ускорением направилась к озеру, которое казалось океаном. Волны накатывались на горячий песок и обратно убегали в озеро.

На другой части пляжа остался, он, Президент Кеннеди, что уже направлялся к резиденции, размеренно шагая по горячему песку. В голове, которого, рисовалась картинка — вдалеке: «Мерлин выходит из волн озера. Он, стоит на горячем песке, устремляя на неё взгляд…»

Обрывая видение, пугаясь мыслей, спешит сказать:

— Мистика! Среди бела дня, из волн, «русалка»…

Щелкая пальцем перед собой, насмехаясь сам над собой:

— А — у! Я здесь! Привет! Очнитесь, Президент! — сконфужено, — немного бледная, наверно альбиноска. Кожа пахучая, высохшая у носика. Запах Шанель № 5. — усмехаясь, — «Артистка!» Надо же здесь на «ТАХО» на краю земли. Интересно: какова она в фильмах? «Милашка!» Надо попросить Фреда найти ленту с её участием. Жаль, конечно, но не слышал ничего об этой девчонке.

Его возвратил к реальности толчок в области сердца, машинально приложив ладонь, немного сжавшись от боли, вслух озадаченно произнес:

— Надо показаться врачу.

Три дня назад.

Большой светлый кабинет, практически посередине стоит большой письменный стол из красного дерева, на столе большая настольная лампа, вычурной работы с зеленым плафоном в виде лотоса. В красивых рамках на подставках стоят несколько семейных фото: Жена, дети, братья, отец, мать.

В кабинете справа от входа, стоят несколько шкафов с библиотекой, слева два кресла, около большого витражного окна с тяжелыми жёлтыми шелковыми шторами стоит аквариум. Кеннеди в темно сером костюме, голубой рубашке, на рукавах, блеском отдают золотые с бриллиантами запонки. Президент кормит рыбок, подбрасывая корм. Он периодически вытягивает руки из рукавов, которые мешают в кормлении — бросить корм на весу, не с руки, боится намочить костюм. Стук в дверь.

Кеннеди поворачивая голову в направлении двери, продолжая всё же подкидывать корм, спрашивает:

— Да, да! Войдите! В дверях Фред с папкой в руке ловит взгляд своего Президента.

Тот кивает головой, показывая рукой жест — «ВХОДИ», и направляется к столу, чтобы сесть, садится.

Фред. Высокий блондин лет 38, в дорогом строгом черном костюме в безукоризненной белой рубашке, волосы набриаллинины, спешно направляется к столу, останавливаясь около него с правой стороны, кладёт папку на стол, кивает головой в сторону двери, вслух говорит:

— Там Гувер из ФБР рвётся, словно с цепи сорвался. Впустить? — кивком, опять показывая в сторону двери.

Джон Кеннеди, разводя руки в стороны, сидя за столом, кивает, вымученно произносит:

— Притащился! Я и сам понимаю, что базы красных достаточно близки к нам, что не хочется оголять тылы, но не время сейчас идти в штыки. Миру надо отдохнуть. Да! Сейчас «Оттепель!» Вьетнам…Что теперь Куба?

Фред, молча искоса смотрит на Президента, приподнимая взгляд на того, устало:

— Мной компромисс ещё не найден. Не дадут покоя. Я понимаю, что хочется при власти поиграть в «Машину времени», набить карманы. Нет! «Оттепель!» Зови! Тут же махнул рукой, как-то совсем уж отрешенно, молча направился к двери, открывая дверь, столкнулся с Гувером.

Вошел мужчина, на вид истеричная личность, лет 50, небольшого роста, грузного телосложения, с одутловатым лицом и с залысиной, которую он периодически пытается вытирать носовым платком. Раскачиваясь из стороны в сторону, неся своё упитанное тело, он шёл к столу, за которым сидел Джон Кеннеди, остановившись, вглядываясь своими глазами навыкате, не скрывая возмущения, возмущенно произнёс:

— Когда кончится, понимаешь бардак в стране? Когда мы укоротим вожжи этим «Краснопузым» с островка? Не дня не ночи покоя нет. «Проходной двор, а не страна!» Так за всем в стране не уследишь. Их базы надо отвести подальше от наших берегов. Ну, никакого гаранта нашему спокойствию нет!

Президент, привстав за столом, зло вскинул взгляд и спокойно до въедливости стал объяснять, с презрением обрывая истерику:

— Америка! Сейчас не нуждается в обороне! Она — СИЛЬНАЯ СТРАНА!

Фред, стоя около аквариума, со стороны оценивал ситуацию, периодически подбрасывая корм рыбкам. Кеннеди, зло, бросая вспыхнувший взгляд в его сторону, перешёл на повышенный тон, крича:

— Да, перестань, же ты их мне перекармливать, видел только, что кормил.

Тот, отряхивая ладони, отошёл к столу, встав с левой стороны. Гувер зло глядя на обоих, резко направился к выходу, бормоча про себя:

— Тоже мне Наполеон Бонапарт! Друг — НАРОДА! Демократию развел! Бардак! Граждане СВОБОДНОГО МИРА! Утопист! — хлопнув увесистой дверью, он вылетел, как ошпаренный из кабинета.

Он вышел из воспоминаний, очутившись у открытой площадки на фоне огромных витражей, где на зеркальном полу из глянцевых плит, находилась масса вазонов с цветами, рядом несколько пальм, столик на двоих, на нем уже стояло горячее какао, сыр, французская булочка.

Джон Кеннеди, медленно поднявшись с последней ступени, подойдя к столику, рассеянно взял в руки чашку с какао резко поставил обратно, стуча по подлокотнику стула ребром ладони, вслух невольно произнеся:

— Она! Такая хорошенькая! Чёрт побери!.. Я, кажется, как мальчишка влюбился в эту, смазливую дамочку. Она — такая сексуальная! Галатея, только с руками, такая же — ледяная и этот цвет кожи…Мраморный…

Не веря нахлынувшим чувствам, с догадкой в голосе прошептал:

— Влюблён?! тут же хмыкнув, добавил, — с такой очаровашкой, действительно можно сойти с ума. Вышла из воды, пала на белый песок, высохла, встала и нагло удалилась… Смелая — чертовка!

Вспомнилось недавнее видение…

…Мерлин стоит на песке в ярко-голубом мини купальнике, трусики — полосочка и «крохотный бюстгальтер». Обворожительно улыбается, с кокетством поправляет волосы, распушая их на ветру в лучах солнца…

Джон Кеннеди, возвращаясь к действительности, качая головой, неожиданно для себя произносит, подытоживая:

— И впрямь — «АКТРИСА!» Такие купальники только модницы из ГОЛЛИВУДА носят.

Его оторвал от мыслей укоряющий взгляд со стороны, на террасе стоял как страж помощник Фред. Он недовольно наблюдал за Джоном Кеннеди, оценивая его новое впечатление.