Чтение онлайн

Мир словно замедлился, и я понимаю, что у меня есть лишь один шанс выбраться отсюда живым, но он ничтожно мал.

— Сдохните! — я рычу, как зверь, и бросаюсь в самоубийственную атаку, а в следующий миг я двигаюсь, словно попал в вязкий кисель, а стража опускает оружие, когда я слышу хорошо поставленный чиновничий голос:

— Прекратить!

— Прекратить. — Голос которым это было произнесено звучал абсолютно спокойно, ровно. В нем не было ни капли эмоции, лишь внутренняя мощь и уверенность перед, которой хотелось склонить голову. Он не гремел, не давил, но ощущался как зачитываемый приговор.

Стражники замерли в тех же позах в, которых стояли. Один — с поднятым мечом. Второй — с занесенной ногой для удара. Двое других готовые встретить мою атаку. После приказа они были похожи на каменные изваяния.

Пространство застыло. А из густого тумана, стелющегося по полу, медленно выступила фигура.

Она не шла — скорее скользила над полом. Как будто сама каменная плита под ним двигалась навстречу. Ростом — чуть выше среднего. Худощавый, почти хрупкий, но его движения выдавали в нем опытного бойца.

Лицо внушало настоящий ужас. Не живое человеческое, но и не лицо мертвеца. Слишком гладкое, слишком правильное. Оно больше напоминало погребальную маска отлитую из воска и тщательно отполированную. А в прорезях глазниц горело чернильно-черное пламя.

Судя по одеждам он был чиновником. Серые, с тускло-синими вставками они говорили о том, что он принадлежит к Министерству Обрядов и Ритуалов. Широкие рукова с алым подкладом говорили, что его ранг никак не ниже шестого.

На груди висела потускневшая эмблема Управления Горных Тюрем как и штандарт, плывущий за его спиной. Одновременное подчинение двум столь разным ведомствам говорило о том, что его ранг должен быть выше чем обычно, это конечно если я правильно помню то, что написано в тех старых свитках наставника.

Он остановился напротив меня и выглядел так будто рассматривал интересное насекомое. От темного огня в его глазницах мне было попросту жутко, даже когда Фушэ превратился в искаженную тварь он меня пугал гораздо меньше.

Молчаливые стражники синхронно построились по парам прикрывая его с боков. Но это выглядела настолько смешно, что я не смог сдержать усмешки глядя на это представление, но порядок есть порядок.

Я, едва стоя на ногах, стиснул клевец, готовый пустить его в ход даже если это будет стоит мне жизни. Это существо было явно не из мира живых. И все же не был похож ни на одного из призраков, которых я встречал до этого. Он был… чем-то иным. Намного более могущественным даже чем тот надсмотрщик, которого я убил.

Он продолжал молча смотреть на меня. Долго. Пристально. Ощущения от него изменились и теперь он больше походил на судью, что внимательно изучает запутанное дело, пока предполагаемый преступник сидит перед ним.

Я ощущал, как этот тяжелый взгляд проникает под кожу. Измеряет мою силу. Мерит мои поступки. Взвешивает — не только то, что я сделал здесь, но и весь мой путь. Как будто его внутренние весы колебались между тем убить меня немедленно или же дать мне шанс.

Время тянулось, как капля чернил по рисовой бумаге. Вдоль позвоночника стекала струйка холодного пота. Как бы мне не хотелось заговорить с ним, чтобы хоть что-то понять, но этикет четко предписывал молчать пока старший по рангу не заговорит с тобой первым. Иначе с большой вероятностью лишишься головы.

По моим ощущениям прошли века прежде чем он, почти незаметно кивнул и властно задал вопрос:

— На тебе нет ни рабского клейма. Ни колодок каторжника. От тебя пахнет кровью, но ты не страж. Кто ты? Твое появление тут это нарушение устава.

Он замолчал. И это молчание было больше похоже на молчание горной гряды, чем на молчание человека. А я мысленно поблагодарил Фанга, который не стал надевать на меня колодки, в которые заковывают опасных преступников отправленных вниз.

Я почтительно склонился в поклоне сложив руки в виде орла расправившего крылья и прижал их к сердцу. Именно таким приветствием младший должен почтить старшего.

— Позволь приветствовать тебя, достопочтимый господин. Мое имя — Фэн Лао. Вынужден признаться, что прибыл сюда без разрешения, ведомый не столько дерзостью, сколько необходимостью.

Чиновник не шелохнулся. Только брови чуть приподнялись. Его голос вновь прозвучал, будто вписанный в воздух чернильной кистью:

— Какая необходимость могла привести живого в чертог мертвых? — Я не чувствовал в его голосе угрозу, но прекрасно понимал, что если ему не понравится моя версия, то я труп. В голове с бешенной скоростью мелькали все знания, что я помнил о правилах и законах старой династии. А еще о призраках. И о вторых говорилось, что высшим врать крайне опасно. Так что спасибо тебе наставник, что заставлял меня все это изучать и прости дурака, что огрызался на твои уроки.

— Господин, — Я вновь поклонился. — Старший Фанг отправил меня добыть кусок живого нефрита для дом Изумрудного Кедра в этих шахтах. — Увидев немой вопрос, я поспешил на него ответить. — К сожалению, младший очень не сдержан и покалечил стражника, именно поэтому меня отправили в провал. — Похоже это чудовище удовлетворил мой ответ. — Но когда я наткнулся на кусок живого нефрита на меня набросились духи-каторжники и мне пришлось дать им бой.

— И ты уничтожил их всех. Чем спровоцировал прибытие моего подчиненного, который решил тебя наказать. — А вот тут требовалось вклиниться в нить его разговора. Я вновь прижал ладони к сердцу и поклонился.

— Господин, прошу меня простить за дерзость. Но у надсмотрщика не было права меня наказывать. Поэтому его смерть была самозащитой. — На бесстрастном восковом лице едва заметно дрогнули губы, показывая тень улыбки и призрак кивнул соглашаясь с моими словами.

— По имперским законам ты прав. Но ты пролил кровь в стенах святилища этого святилища. Ты активировал ключ. Ты нарушил покой этого места. Почему?

— Потому что истина… — я поднял взгляд и решил ответить в духе древних авторов, — всегда скрыта за запертой дверью. Ибо лишь тот, кто рискует жизнью, имеет право задать вопрос.

Тишина. Он словно взвешивал каждую мою интонацию. Потом медленно кивнул.

— Ты говоришь как человек, которому было даровано воспитание. А не просто выживание. Я чувствую в тебе кровь драконорожденного… пусть и еще слабую, но уже пробудившуюся.

Я склонил голову еще ниже и продолжил говорить в том же духе.

— Благородная кровь не делает сердце благородным. Но наставник научил меня уважать иерархию и долг. Простите господин, если мое присутствие — скверна в этом священном месте. Я не знал, что здесь служит дух столь высокой добродетели.

— Здесь не служат, — перебил он спокойно. — Здесь продолжают служить. Ибо приказ о смене не был получен. А приказ — святыня. Закон не умирает, если существует тот, кто служит.

Он обернулся к пустому залу и обвел это место рукой.

— Тысячу лет я охранял порядок, подчиняясь Министерству Обрядов и Управлению Горных Тюрем. Эти шахты были опасны для живых, но необходимы для Империи. Лишь заключенные и добровольцы могли добывать нефрит в таких глубинах. Только драконорожденный имел право возглавить такую тюрьму. И тысячу лет здесь не было ни одного.