Чтение онлайн

– Тогда скажи, что ты сама меня не любишь, – потребовал он. – Скажи это мне в лицо!

Я открыла рот, но не смогла выдавить ни звука. Нет. Мне и в голову не пришло бы каяться в чем-то и терзаться угрызениями совести, если бы я его не любила. Не тот я вариант. Но Ден… гребаный Ден Овчаренко выворачивал меня наизнанку и заставлял умирать от стыда за все, что натворила.

– Вика… – он шагнул ко мне, но я тут же отпрыгнула подальше.

– Не говори больше ничего, – взмолилась. – Пожалуйста!

Пусть он замолчит, заткнется, не делает ничего! Потому что я не такая святая, как он. Я могу и передумать.

– Куда ты собралась?

– Я еду домой. Я нужна Ромке. По крайней мере, он – единственный, кто любит меня не по принуждению свыше. И я должна его поддержать в трудный момент, – я начала пятиться к двери.

– Вика!

От резкого окрика я даже подпрыгнула на месте. Ден стоял, его глаза метали молнии. Он силился что-то сказать. Наверняка что-то резкое и отрезвляющее. Но, видимо, не мог подобрать слова.

– Что же ты делаешь… – наконец, выдавил он.

Я пятилась все дальше, и его мучения причиняли мне взаимные страдания. Это нужно было прекращать.

– Не ходи за мной. Пожалуйста. Если ты думаешь, что любишь меня. Вспомни все, что я только что тебе рассказала. И не ходи.

Я выскочила в коридор и хлопнула дверью, отрезая себя от мужчины, которого любила больше всего на свете. Ден, со сжатыми кулаками и лихорадочно блестящими глазами остался где-то там, позади. Казалось, что он сейчас рванется за мной, догонит, заставит вернуться. И еще больше я опасалась, что тогда не смогу устоять.

Но меня никто не преследовал, и я беспрепятственно спустилась вниз, поймала такси до автовокзала и умчалась в душную летнюю ночь, понимая, что не могу иначе.

Когда я уже следующим утром кое-как добралась до Ромкиного жилища, дверь мне открыла его мама. Сколько я себя помнила – она никогда не менялась, оставалась все такой же пухленькой, румяной и жизнерадостной. Красавец Ромка внешностью может и пошел в своего загулявшего когда-то насовсем папашу, но оптимизм передался ему от матери.

– Что случилось, Викочка? – всплеснула она руками. – На тебе лица нет. Бледненькая.

– Все в порядке, теть Люд, – пробормотала я, – долго добиралась из другого города, но все же поспала в автобусе.

Ну да, поспала. Насколько мне позволило привидение и нелегкие думы о собственной жизни.

– Проходи-проходи, деточка, – засуетилась она, как могут только по-настоящему широкие душой люди, – пирожков с чаем будешь?

В желудке тут же противно забурчало при мысли о поджаристых сдобных пирожках с вареньем или мясом. Тетя Люда готовила безумно вкусно, и я не сомневалась, что даже выпечка у нее получается настоящим шедевром кулинарного искусства.

Но волнение за друга взяло свое.

– Попозже, теть Люд, – попросила я, – хочу сначала с Ромкой поболтать.

– Приболел он что-то, – уголки губ моей собеседницы поползли вниз, – на работу не пошел и есть тоже не хочет. А вчера еще и с другом поругался…

Я вздохнула. Ромкина мама даже не подозревала, каким ударом для ее сына стала эта «ссора с другом».

– Я попробую с ним поговорить.

Коснувшись плеча милой женщины в знак утешения, я поспешила к Ромарио, благо бывала в их с мамой небольшой двухкомнатной квартирке достаточно часто в прошлом.

Комната у него была истинно «мальчиковая». Правда, вместо девушек-заек из «Плейбоя» на стенах висели постеры со страшными рожами из фантастических фильмов. Не вырос еще Ромыч из детства в кое-каких вопросах.

Темные шторы оставались задернутыми, создавая в помещении полумрак. Сам Ромарио сидел в наушниках за компьютером и мочил какую-то игровую братву. Я мигом оценила ситуацию, подошла к окну и резко отодвинула ткань в стороны, впуская в комнату солнечный свет. Лучи упали на незаправленную кровать со смятой подушкой и скомканными простынями. Ромка поставил игру на паузу, удивленно заморгал и снял наушники.

– Ты что, всю ночь так просидел? – я подлетела, схватила его за небритый подбородок и вгляделась в покрасневшие, как у кролика, глаза. – Ну точно, всю ночь. Ослепнуть хочешь?

– Помогает отвлечься, – смущенно пробормотал друг и поспешил отвести взгляд. – А ты все-таки примчалась? Ты же с Деном за тридевять земель уехала!

При упоминании больной темы я поморщилась.

– Уехала и вернулась, потому что мой друг в беде. Иди сюда, горе мое луковое.

Я распахнула объятия. Ромка глянул исподлобья, но упрашивать себя долго не заставил. Подскочил на ноги и крепко стиснул меня, уткнувшись носом в плечо. Я тоже обхватила его и закрыла глаза. Так получилось, что утешение требовалось нам обоим.

– Вот мы стоим, – вздохнул Ромарио, словно прочел мои мысли, – два чудовищных эгоиста, которые способны только портить жизнь своим вторым половинкам.

– Говори за себя, чудовище, – буркнула я и отстранилась, – а то, что я не позволила Дену позвать меня замуж – возможно, самый неэгоистичный поступок за всю мою жизнь.

– Что?! – у Ромки даже челюсть отвисла.

Он плюхнулся на кровать и похлопал по ней, приглашая меня присесть рядом. Я не стала возражать.

– А то, – продолжила и пересказала все, что узнала от гадалки. – Понимаешь, нет гарантий, что завтра мы с Деном снова не поссоримся из-за какого-то пустяка, и мой гадский характер не занесет меня еще в какую-нибудь задницу, из которой ему придется меня вытаскивать. Пусть уж лучше переживет этот отказ, чем будет мучиться со мной всю жизнь.