Чтение онлайн

– Простите, наше время истекло, прошу посторонних покинуть комнату. Следующий пункт повестки дня – протокол последней встречи.

Председатель приходского совета Каргрива носила белый кардиган и твидовую юбку и была столь близорука, что с трудом узнавала своих коллег у противоположного конца стола. Советник Мэри Солт предпочла бы, чтобы ее называли «пред», но некоторые члены совета отказывались перенимать современный лексикон и продолжали именовать ее «председатель», не обращая внимания на ее злобный близорукий взгляд.

Оуэн Фокс не принадлежал к партии советника Солт. Он вообще не принадлежал ни к какой партии, поэтому его голос не имел веса при важных решениях, например, о том, куда направить приходскую часть налогов с домовладельцев. Но они с председателем знали друг друга много лет.

В холодной комнате со скрипучим паркетом, где проходили заседания приходского совета, звуки отдавались гулко. В одном конце находилась маленькая сцена, превращенная сейчас в китайскую прачечную – для репетиций местного театра пантомимы. Со своего места Оуэн видел под столом ноги советника Солт в колготках телесного цвета. Ноги казались гладкими и блестящими, словно сосиски в оболочке. Его так и подмывало ткнуть в них вилкой.

Встреча совета началась с ответов на вопросы общественности, на которые отводилось пятнадцать минут. Обычно здесь присутствовали лишь одно-два знакомых лица, сидевших в конце комнаты, а иногда и совсем никого не было. Но сегодня вечером собралась толпа народу, пришлось даже принести дополнительные стулья. Все пришедшие желали знать, какие приняты меры для обеспечения безопасности в районе. Было высказано пожелание, чтобы на следующую встречу пригласили кого-нибудь из старших полицейских чинов, и клерку поручили написать начальнику полиции. Затем председатель перешла к повестке дня. Публике отводилось всего пятнадцать минут.

Повестка дня включала сообщение от руководства национального парка по поводу анкетирования посетителей и программу грантов по улучшению состояния окружающей среды. Окружной совет ответил на письмо об уличных фонарях и в очередной раз обсудил установку высокого барьера при въезде на деревенскую автостоянку, чтобы цыгане не оставляли там свои фургоны. Затем было сделано сообщение об успешном выполнении программы по озеленению, приуроченной к третьему тысячелетию, и члены совета обсудили мероприятия по благоустройству колодцев на следующий год. Выездную библиотеку перенесли на четверг. Провели проверку в кегельбане. Вскоре об опасностях прогулок по Рингхэмской пустоши прочно забыли. В конце концов, публике отводилось всего пятнадцать минут.

– Есть еще вопросы? – спросила под конец председатель.

Советник Солт обвела взглядом сидящих за столом. Никто не откликнулся. Оуэн посмотрел на часы. Не так уж поздно. Некоторые члены совета зайдут после заседания в «Танцующего барсука» для традиционного обмена сплетнями, а для Оуэна это – прекрасный шанс вернуться домой пораньше. Его никогда не привлекала общественная жизнь поселка, а сейчас тем более.

– Тогда объявляю заседание закрытым.

Оуэн поспешил к двери, чтобы никто из членов совета не успел отвести его в уголок и забросать вопросами о нападении на Рингхэмской пустоши. Ответить ему было нечего – он знал не больше других: неизвестно, кто бродил по пустоши и когда будет нанесен следующий удар.

Конечно, на этот счет у Оуэна имелись свои соображения. И найдись рядом человек, который правильно поставил бы вопрос, Оуэн не смог бы держать их при себе.

Свет настольной лампы падал прямо в глаза Диане Фрай, отчего лицо Мегги Крю в полумраке между лампой и окном было еще труднее разглядеть. Вечернее небо над Матлоком становилось все темнее, и Фрай чувствовала себя здесь, в этой квартире, весьма неуютно. На месте Мегги ее не успокоили бы ни «тревожная» кнопка, ни дополнительная охрана, обещанные полицией.

– Мегги, вы же понимаете, что мне нужно с вами поговорить, – сказала она.

– Сколько угодно. У меня масса свободного времени.

Прочитав дело Мегги и побеседовав с инспектором Армстронг, Фрай пришла к выводу, что, если она желает выудить у этой женщины хоть что-то, ей придется проявить настойчивость. Где-то в глубинах сознания Мегги Крю хранились важные воспоминания, так необходимые полиции, воспоминания, которые помогли бы опознать человека, ставшего теперь убийцей.

– Я хочу поговорить с вами о нашей новой жертве, – сказала она.

Мегги ждала, рассматривая лампу и не проявляя никаких признаков интереса. Фрай предприняла еще одну попытку:

– О женщине, которую нашли мертвой на Рингхэмской пустоши.

Мегги пожала плечами. Фрай начала охватывать злость, но она сумела взять себя в руки. В деле говорилось, что Мегги Крю расстроена и разочарована тем, что полиции не удалось найти того, кто на нее напал. Нельзя позволить своим личным чувствам вмешиваться в работу.

– Я ничего не знаю о вашей новой жертве. Ничего, – сказала Мегги.

– Тогда разрешите, я вам помогу. Ее звали Дженни Уэстон. Ей тридцать лет. То есть ей было тридцать лет, когда она погибла. И старше она уже никогда не станет. Рост пять футов и шесть с половиной дюймов, вес – шестьдесят килограммов. Это девять с половиной стоунов. В последнее время она пыталась похудеть, но без особенного успеха. Жила она в небольшом современном коттедже в Тотли, на окраине Шеффилда, и руководила отделом страховой компании. На первый взгляд, у вас с ней не много общего, но, возможно, в чем-то вы похожи. Дженни любила кататься на велосипеде и слушать классическую музыку – Гайдна и Штрауса. Я заметила, вы тоже любите Штрауса, Мегги.

Диана кивнула в сторону стереосистемы, на которой лежал диск «Сказки Венского леса» – единственный диск, вынутый из стойки. Яркий цвет его обложки выделялся в полумраке.

Свет все продолжал убывать. Фрай моргнула и помолчала секунду, подождав, пока глаза опять привыкнут к темноте и черты лица Мегги снова станут четкими.

– Это не мой диск, – сказала Мегги. – И я его не слушаю.

– Дженни покупала себе одежду у «Маркс&Спенсер» и в «Некст», где имела скидку. Она держала банковский счет в «Нат-Уэст», делала перечисления в «Гринпис». Она очень любила природу и состояла членом множества соответствующих обществ, включая Королевское общество защиты животных, и помогала на добровольных началах местному обществу защиты кошек. У нее был свой кот по кличке Нельсон. Знаете, откуда у него такая кличка? Когда она подобрала его, у кота была инфекция, и в результате один глаз перестал открываться. Мегги, вы когда-нибудь держали кошку?

Мегги по-прежнему смотрела в пространство. Фрай не имела ни малейшего представления, слышит ли Мегги ее слова.

– Нам известно о Дженни и многое другое. Например, что она брала в местной библиотеке биографии звезд шоу-бизнеса и романы Мейв Бинчи. Ездила на синем «фиате», но мыла его не часто. На заднем сиденье лежали сменная обувь, апельсин и мобильный телефон. Когда мы набрали номер, телефон заиграл увертюру к «Вильгельму Теллю».

Мегги смотрела без выражения и не мигая, хотя ее руки беспокойно двигались, а плечи были напряжены.