Чтение онлайн

— Ты исчезнешь?

— Я отключусь, а не исчезну, — поправила машина. — Информация существует, покуда она хранится в памяти.

— В памяти? Твоя память останется где-то?

— Информация сохранится в твоей памяти.

И снова Филину что-то почудилось в механическом голосе этой мыслящей машины. Ирония? Печаль? Нет, это воображение разыгралось. А может, и нет. Кто знает, с какой скоростью развивалась это невероятное создание! Кубики, руки-роботы, осознание, решение… Возможно, что надежда сохраниться в чьей-либо памяти — отражение страха смерти у этого повзрослевшего разума. Не директива ноль, а полностью осознанная необходимость умереть во имя жизни! Это создание умрет, когда он, Филин, найдет свою сторону. Или он приписывает машине слишком много человеческого? Может, она и не в состоянии понять, насколько сильно отличаются процессы, протекающие в электронном мозге, от тех, что происходят внутри человеческой головы? По образу и подобию, так, что ли?

Филин почувствовал, как туман сгустился. Срочно нужно останавливать… выключать Маяк. Только выключить Маяк. Почему-то интуиция подсказывала, что пришло то мгновение, когда и вправду пора. Он набрал в грудь воздуха и выпалил:

— Я остаюсь тут!

— С вероятностью семьдесят четыре процента я предсказал именно этот результат.

И снова мелькнуло что-то. Гордость? Удовлетворение? Теперь и не узнать. Хотя…

— А нельзя, чтобы ты не отключался? — Филин протянул ладонь и коснулся стены тумана, словно пытался ощутить эмоции машины.

— Когда завершится мелодия, Маяк отключится. Все, что будет происходить дальше, — вне контроля. Планетоид уже вышел на эллиптическую орбиту вокруг светила.

— А как же…

Филину о многом хотелось расспросить, но теперь это стало невозможным: перекрывая все звуки, зазвучала набившая оскомину «Танцующая королева». Стены тумана разошлись, образуя коридор. Инженер шагнул вперед и… зажмурился.

Висящее в зените солнце слепило. Филин отвернулся и несколько раз моргнул. Красные круги перед глазами поблекли, но подробности разглядеть еще не получалось. Где же он теперь очутился? Земля? Ведь планетоид-то не принадлежал системе Солнца, а был самостоятельным небесным телом с искусственным освещением. Родная звезда Земли тут светить никак не могла. Конечно, от непредсказуемой «Королевы» всего можно ожидать. Искусственный разум совсем не обязательно мыслит теми же категориями, что и его прародитель.

Гадать пришлось недолго. Вскоре зрение восстановилось, и Филин понял, что находится на окраине Города. Это почему-то успокоило: он надеялся, что окажется где-то здесь. А еще немного позже он увидел, что светило в небе — не совсем то Солнце, но, так или иначе, разум сделал напоследок роскошный подарок. Если не слишком придираться, то звезду «Королева» отыскала на славу!

А потом инженер увидел… дорогу! Она шла метров на двадцать правее места его «высадки». Светлая лента, примыкавшая к городскому шоссе, пересекала периметр и терялась где-то в лесу. Филин подошел ближе. У его ног лежала не примитивная грунтовка с двумя колеями, а неширокая, но ровная дорога, отсыпанная белым гравием. Оглянувшись на Город, Филин зашагал по ней к лесу.

Он шел неторопливо, вспоминая подробности своего предыдущего похода через периметр, но при этом ощущал себя в полной безопасности. Может быть, потому, что дорогу для поездок не построили бы в опасном месте. Да и припекавшее солнце дарило беспечность.

До леса инженер добрался быстро и остановился, разглядывая растительность. Того редкого и унылого набора деревьев больше не было: вдоль дороги шелестел листвой самый настоящий земной. Конечно, ничего удивительного в том, что тут земные растения, нет. А вот когда они успели вырасти? Деревья не растут быстро. Да, они довольно тонкие, но многим уже не меньше десяти лет от роду. И птицы! Много птиц! Пение, щебетание, шорохи… Возможно, и зверье какое расплодилось. Раз поют птицы, то лес — живой! Такое никак не сделать в одночасье, будь в электронном лбу хоть семь пядей.

Выходит, машина забросила его в будущее. Как и в том, не достижимом теперь мире-пансионате, он, Филин, снова окажется чужаком. Постаревшие товарищи с «Галактиса». Майя… Снова бездна времени между ними. И не только времени, но и барьер памяти: Майя вернулась, а он, получается, остался. Но ей не больно, а это уже хорошо! Он переживет как-нибудь, вскоре наверняка станет легче.

Дорога шла низом и уходила в сторону от охотничьих троп, ведущих к кораблю. Филин поднялся наверх. Травы, перегной… Здесь все изменилось. Он оглянулся на Город и засек направление по солнцу.

Идти пришлось долго, продираясь через молодую поросль. А пару раз очень не хватало топорика или хорошего тесака. Похоже, что этот путь стал никому не нужен. Наверное, стоило идти по дороге, но иногда полезно вернуться старым путем в место, откуда ушел. Часто так получается обнаружить истоки произошедших перемен.

Лифт «Галактиса» стоял на поляне. Вокруг густо разросся кустарник, а поржавевшие конструкции оплели вьюны, и теперь клеть еще больше напоминала беседку. Впечатление усиливали следы костра, который недавно разводили внутри. Мимо пролегала дорога — родная сестра той, что пересекала периметр. Она выходила из леса и скрывалась в лесу.

Стало понятно, что «Галактис» опустел давно, вот только куда теперь двигаться? Филин решил пойти направо. Он пересек поляну и шагнул под полог леса.

— Филин, тебя подвезти? — окликнул сзади знакомый голос.

Инженер резко обернулся и попятился от неожиданности: за пультом управления транспортной платформы в чудом державшейся на затылке широкополой шляпе стоял Мережко и весело улыбался. Но самое невероятное, кибернетик ни на йоту не постарел, словно и впрямь они расстались только вчера. Заметив испуг Филина, Евгений посерьезнел:

— Что-то случилось, командор?

— Н-н-нет, не знаю… — пробормотал Филин. — Я что-то…

— Сколько раз доктор говорил, чтоб ты не шарахался по солнцу без головного убора!

Инженер недоуменно посмотрел на кибернетика. Судя по всему, здесь уже обитал двойник. Не стоило пока выказывать свою неосведомленность.

— Да потерял, видишь…

— Залезай. Я подброшу тебя ближе к дому.

— Спасибо, Женя!

Филин устроился на какой-то плоской железяке. Платформа плавно тронулась. Вот и стало понятно, зачем гравийная ровная дорога. Похожие платформы трудились в грузовых трюмах не одно десятилетие. Пять сантиметров — максимальная высота подъема данного типа машин.

Мережко едва заметно пошевеливал рычагом — корректировал курс. Кусты, росшие по обочинам, иногда касались веточками бортов.

— Пора уже отправлять команду на расчистку. Совсем зарастет дорога, — заметил Евгений. — А вот скажи ты мне на милость, что тебя тянет бродить по Городу? Мы не единожды его обшарили и не нашли ни желтого тумана, ни каких-то инопланетных разумов. Ничего похожего нет нигде, даже в подземных заводах. А ты все там. Ты бы завязывал, а то снова солнечный удар схлопочешь, и не найдем тебя.

— Знаешь, я думаю, что больше мне и вправду там нечего делать. Все, что хотел отыскать, — нашел, мне кажется.

— Вот и хорошо!

Привычным движением Мережко поправил сползшую на глаза шляпу.

— Мы уж и так почти всех роботов перевезли. Нечего там делать, в Городе этом. Скоро урожай собирать, опять же, а ты даже в лабораторию не заглянул. Ребята там интересные вещи творят, заскочил бы на досуге.

— Обязательно! — пообещал Филин.

Платформа остановилась перед развилкой.