Чтение онлайн

— …сама виновата, — разобрала раздраженный голос Анхарта.

— Заткнись и займись делом, — а вот этот голос заставил встрепенуться.

Я поднялась и, прихрамывая, подковыляла к Фенриру. Обхватила его за непривычную на ощупь броню, уткнулась носом куда-то в район живота.

— Пожалуйста, помоги ему. Нам всем помоги. Фенрир, что происходит?

Меня отодвинули и встряхнули.

— Алиса, с чего ты решила, что я с вами? — глухо и зло произнес Фенрир.

До меня доходило медленно, слишком. Я не верила. Должно быть, он шутит, как всегда издевается надо мной.

— Где остальные? Где Дант и Лили? Почему никто не позовет Лиса?

Жесткая усмешка исказила губы асурендра. Теперь в его словах угадывалось веселье. Очень-очень ядовитое веселье:

— Они здесь, милая. Не могу сказать, что особо успешно, но вполне ощутимо мешают отцу осуществить его планы. Что касается Иллюзора… Он наблюдает, но не может вмешаться. Сейчас он даже тебе помочь не может, ибо ты таки влезла в расставленные сети и теперь тоже влияешь на равновесные силы.

Он повернулся к Анхарту и прикрикнул:

— Ну, чего возишься?

— Где упырев Хранитель? Я не всесилен, — огрызнулся тот.

— Его труп тебе сейчас вряд ли поможет, даже если вспомнишь курс некромантии. Ящеры не идиоты оставлять его нам в помощь. Эта милая девочка любезно сдала его с потрохами. Или забыл?

— Мне не хватит сил для сдвига полюсов.

— Заканчивай подготовительную часть, остальное сделает отец.

Высшие Силы, ведь все мне твердили, что нельзя верить демонам. Нельзя видеть в Фенрире свет. Его там попросту нет. Я села на землю и обхватила колени руками — такая пустота внутри. Лучше бы мне позволили раствориться в Источнике.

— Милая, не все так паршиво, что ты. Хочешь, возьму тебя под свое покровительство? Посмотришь на рассвет новой эпохи. Говорят, люди со временем ко всему привыкают. Вот и ты адаптируешься, а там, глядишь, даже понравится. Серьезно, это будет интересно. Я же помню: в тебе живет неуемный исследовательский азарт.

Покачала головой и посмотрела в его пылающие алым глаза. Тихо ответила:

— Нет.

— Так и думал. Что ж, твое дело.

Я поднялась и подошла к Фенриру вплотную, поманила, чтобы он наклонился. От близости страшных глаз и обжигающего дыхания стало жутко, но я уверенно прошептала:

— Нет — значит, я тебе не верю, слышишь? Ни единому твоему слову.

Он поднял меня вверх, склонил голову, внимательно изучая. Я повторила:

— Понимай как хочешь. Но с того разговора в таверне бледного вампира ничего не изменилось. Хотя нет, изменилось, но… м-м-милый, совсем не так, как тебе хотелось бы. Слишком много ты вложил в меня своего. Я. Тебе. Не верю.

Меня молча поставили на землю.

— Дура ты, Алиска. Я ведь тебе уже говорил.

Кивнула, внутренне соглашаясь с таким определением.

— Тебя целенаправленно сюда притащили, не оставив особого выбора, сузив время до крошечного интервала.

— Одного не пойму: если я нужна была живой, зачем столь радикальные меры?

— Думаешь, кто-то сомневался, что тебя вытащат? Всего-то и надо было аккуратно сыграть на вашей разрозненности, а дальше все предсказуемо. И при каких бы еще обстоятельствах проснулась память дремлющего в тебе сильфида?

— Может, мне еще скайларам и вам заодно спасибо сказать?

Фенрир пожал плечом.

— Занятная ты, жаль, я слишком поздно разгадал.

— Зачем вам папино наследие, разве мало силы в любом другом Хранителе?

Разговором я заглушала нарастающую внутри панику: так страшно за Шанти.

— В том-то и дело, что любая не подойдет. Для удара в уязвимое место связки миров нужна огромная мощь, и дар универсала, несколько веков аккумулирующий силы Источника — это тот ключ, который точно откроет дверь к слиянию Триквестра.

— Готово, — возвестил Анхарт.

Мы одновременно с Фенриром повернули к нему головы. Асурендр махнул рукой, пламя снова опало. Эрданур мельком глянул в нашу сторону и торжествующе улыбнулся. Мое сердце зашлось в предчувствии страшного. Встретившись взглядом с любимым, я не сразу поняла, отчего он издал отчаянный рык и метнулся навстречу, наплевав на меры предосторожности. Лишь когда Темный лорд, пользуясь ситуацией, послал в его сторону заклинание, одновременно с оглушительным падением дракона до меня дошло: позади стоит Фенрир и сжимает мое плечо. Мой крик потонул в реве огня, который выпустил Шанти в сторону демонов.

Я рванула к нему, наплевав на обжигающий жар, исходящий от края пентаграммы. Мне было все равно, и испытание огнем я уже проходила. Если в душе и теплилась надежда, то почти сразу же перекрывший все остальные звуки надсадный, полный тоски и боли рык вдребезги разбил даже призрачную веру в чудо. Стального цвета дракон грозовой тучей спускался к нам — Шаэрриан Стэн Акатоши. Рядом с ним алой искрой падал еще один дракон. Почему-то я не сомневалась, что это его пара — Антара. Сейчас величественная драконица больше походила на подбитую птицу. Следом за их криком меня накрыло отдачей чувств Шанти. Наверное, все это время ловушка гасила нашу связь, но теперь эмоции лавиной сметали преграды — настолько сильными они стали.

Он там умирал. Мой любимый, мой единственный, мой самый важный и родной… умирал. Совсем недавно, дрейфуя в странной вязкой пустоте, я не боялась смерти. Теперь же, ощущая ее через призму дорогого мне существа, готова была выть и грызть землю. Что угодно, лишь бы прекратить его мучения. Остановить холод, высасывающий его жизненную энергию по крупицам. Как так случилось, что в окружении стольких могущественных существ, наделенных силой и властью, мы остались один на один со своим горем? Мы остались беззащитны среди своих. И почему, несмотря на все усилия, я все еще не сдвинулась с места?

Последний вопрос всколыхнул ярость, она же и помогла вырваться из затопивших чувств на поверхность действительности. Кто-то железной хваткой удерживал мое бьющееся в истерике тело. Кто-то… Фенрир, пожри его бездна. Я зарычала, заставляя электризоваться вокруг себя воздух. Жалящие молнии сыпались градом на продолжающего удерживать меня демона. Он словно не чувствовал их. А я, в противовес, не могла даже глубоко вздохнуть от разъедающего душу отчаяния. Как здорово порою ничего не чувствовать. Его слова были такими тихими, удивительно, как я вообще в нынешнем состоянии разобрала их:

— Не надо, милая, ему уже не помочь. Если выбежишь, только подставишься.

— Пусти. Плевать мне на ваши разборки, — кричала я, продолжая извиваться. — Ты понимаешь, что я не смогу теперь без него? Ничего ты не понимаешь. Сволочи, кругом одни скоты, стремящиеся к надуманным идеалам и личным выгодам. Мешали мы вам, а? А отец с мамой мешали? Почему надо обязательно влезть в чужую жизнь и растоптать ее? Завидно? Самим не дано создать ничего настоящего, так и у других пускай ничего не останется, все разрушить? Сволочи, — я сорвала голос, а он все держал, и не думая отпускать.