Чтение онлайн

*****

Рабочий день оказался бесконечным. Не спасал даже живительный юмор Руслана, тем более, сегодня темой дня стала моя женщина. Её имя, произносимое моим другом, не ласкало слух, а вызывало лишь ревность и раздражение.

– Владюх, как ты только справляешься с такой взрывашкой? – веселится Рус. – Но как же я, брат, тебя понимаю. Метиски – моя слабость.

– Надеюсь, ты ещё не забыл, что женат на моей сестре? – напоминаю другу, едва сдерживая злость.

– Да разве она позволит об этом забыть? Любовь зла… – с обречённым вздохом констатировал Рус, и тут я был с ним полностью солидарен.

 *****

– Влад, да брось, утром позвонишь. Ведь завтра жалеть будешь, когда протрезвеешь.

– Ни-и-икто, слышишь, никто и никогда не будет мне диктовать. Я буду звонить тогда, когда мне надо, а не когда эта сучка черномазая позволит. Так-то вот!

– Ой, деби-и-ил..!

Диана

2018

Переговоры прошли ожидаемо удачно, я даже развлеклась. Опоздать решила намеренно, чтобы, что называется, почувствовали разницу. Постояла пару минут за дверью, проверяя макияж и слушая, как Мишаня испытывает терпение китайских бизнесменов и гробит собственную репутацию. А почувствовав накал бешенства со стороны иностранцев, вторглась в их абсурдную беседу. К счастью, успела вовремя. Грешна – люблю эффектное появление. Реакция китайских ребят меня умилила – столько искреннего восторга в глазах, столько оригинальных комплиментов! Только один чего стоит – «Ваша неземная красота затмевает луну и смущает цветы». Я в восторге и действительно польщена. Мы так увлеклись болтовнёй, что я едва не забыла, для чего сюда приехала.

К деловым переговорам мы перешли легко и парни даже не упрямились. Проявили, конечно, профессиональную осторожность, но оно и понятно – серьёзные люди, работающие головой.

Об их приглашении в гости на Новый год я предусмотрительно умолчала, не стоит делить шкуру неубитого медведя. Если у наших ребят всё получится – будет им приятный сюрприз. Хотя всех троих вряд ли там ждут. Новый год в Китае считается самым важным праздником, и отмечают его очень шумно, ярко, весело и очень долго. Его ещё называют праздником весны. Возможно, я бы слетала вместе с Владиком на пару недель – как раз столько и длится праздник. Но с такой кислой физиономией, как сейчас, Влад мне не попутчик. Да и выглядит он, как… Очень паршиво выглядит – рубашка в крови, рука перебинтована, на лице дремучий траур. Нет – это не мой пассажир.

– Владик, твой пиджак у меня в машине, но думаю, что галстук в данном случае будет уже неуместен.

Если этот чудик, конечно, не решил повеселить местную публику. А вот пиджачком не мешало бы прикрыться, дабы не позорить звание моего, прости Господи, будущего супруга. Руки он разбивает – детский сад какой-то.

*****

Влад плетётся за мной к машине, как на эшафот. Не выношу грустных мужиков. Злых и агрессивных я воспринимаю без энтузиазма, но с меньшим раздражением. А тоскливых хочется пнуть. Если этот придурок так и будет молчать, то я ему надолго предоставлю такую возможность. Добравшись до машины, отдаю ему пиджак и мысленно посылаю на хрен.

– Спасибо, малышка.

Ох, да неужели, а я уж думала, что это бойкот.

– За что? – Мне и правда интересно.

– За то, что приехала.

– А ты сомневался?

– Нет, конечно. Ловко ты этих самураев обработала.

– Самураи – это японцы, Владик, – с трудом удерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

– Наверное, – он охотно соглашается. – Я далёк от восточной культуры. Диан, ты прости меня за сегодняшнее утро. Я перенервничал и не сдержался.

Ну, слава богу – ожил мой тоскливый мальчик, и он, бедняга, раскаивается. Конечно, он очень устал, а ведь я даже не подумала, что за последние несколько дней он почти не спал и к тому же здорово перенервничал.

– Тебе надо, как следует выспаться, Владик, – глажу его по щеке и хочу поцеловать, но сдерживаюсь.

Мне нужна передышка от него, а ему нужна я, и Влад судорожно ищет причину меня задержать. Но у меня больше нет на него времени, я и так потратила его непозволительно много, жертвуя своим сном и работоспособностью. Мне следует упорядочить свою жизнь, и пусть секс станет в ней сладкой вишенкой на торте. Ведь на данный момент мои важные цели увязли в похоти, как бисквитные крошки в вишнёвом сиропе.

А вот и они – неприкрытые эмоции Влада – он своим взглядом чуть дыру не просверлил в глубоком вырезе моего жакета. А дай ему только волю – он паранджу на меня напялит. Только кто же ему её даст – эту волю?!

*****

К Карабасу еду в отвратительном настроении, но в боевом. Как я допустила, чтобы моё душевное равновесие зависело от мужчины? Вероятно, это справедливая кара за душевный раздрай моего ревнивого блондина. Уверена, что его печаль снесло бы мгновенно, если б он знал, что за последние семь лет лишь ему удалось задержаться в моей постели. Но нет, Владик, я не сделаю тебе такой подарок, и мы оба примем наказание за мою непозволительную слабость.

Как же мне не хватает Феликса с его неуёмным оптимизмом и способностью превратить в фарс любую трагедию. Фил отзывается моментально.

– Вау, моя нежная крошка, ты внимательно сверилась со своим ежедневником? Там действительно есть время на звонок другу?

– Ни одной минуты, Фил, но чем только не пожертвуешь, чтобы услышать твой ворчливый голос.

– Если хочешь, детка, я запишу для тебя на диктофон сладкую колыбельную, и вы сможете наслаждаться моим голосом всю ночь вместе со своим будущим мужем.

– Очень заманчиво, дорогой, но, боюсь, от твоего вокала у мужа случится вечное полшестого.

– А тебе бы этого не хотелось? – внезапно из голоса Феликса исчезла язвительность, и я насторожилась.

– Нет, конечно, хотя бы ради его будущего потомства. Да и вообще, он неплохой парень.

– Надеюсь, не лучше, чем я. А ты что, уже планируешь с ним потомство?

– Фил, что за идиотские вопросы, ты же знаешь, что нет.

– Ди, послушай, не надо выходить за него замуж, – в голосе моего друга я уловила тревогу и отчаяние.

– Почему, Фели, что-то случилось?

– Пока ничего, но может. Просто я не могу… Детка, я не хочу, чтобы он забрал тебя у меня.

– Да о чём ты, Фил, что за ерунду ты несёшь?! Никакая сила в мире не сможет нас с тобой разлучить.

– Да уже разлучила! Оглянись, ты разве не заметила, что меня нет с тобой рядом? Вокруг тебя блондины, синеглазые брюнеты, адвокаты и старые друзья. А где я? В этом тухлом Париже? Что мне здесь делать без тебя? У меня никого, кроме тебя, нет. Ну, ещё Реми, но ведь и он в Лондоне. Ди, мне нужно к тебе.

Что я там говорила про оптимизм моего Феликса? Да им и не пахнет – здесь трагедия в полный рост.

– Фели, что за настроение? Ты не можешь всё бросить! Потерпи пару недель, и я сама примчусь к тебе.

– Чужой женой? – звучит, как обвинение. – ВСЁ возможно только с тобой, а здесь меня ничто не держит, брошу хоть сейчас.

Вот ведь… И что тут ответишь? Нет, для кого-то другого ответ всегда на языке, но Феликс… С его непредсказуемостью, взрывоопасностью, с его невообразимыми, загадочными тараканами в голове.