Танцы на стёклах
Шрифт:
− Да расслабься! Я тебя так наколол, что если ты и помрёшь, то даже за целый месяц не разложишься.
− Заканчивай тут мне эти свои медицинские шуточки!
− Всё, всё, − Лорк выставил вперёд ладони, словно защищаясь.
− Как нас нашли?
− Ты интер включал?
− Да, включал, но он же действует на пять километров всего.
− Сначала разведзонды вычислили корабль бирсиров. А потом начали кружить вокруг, но взяли сразу большой радиус. А вы, как оказалось, всего на семнадцать километров отошли. Да… вам повезло, что ты включил интер. Ну а когда мы прилетели, вы были в таком плачевном состоянии, что прям ужас. Байзу какая-то зверюга отгрызла два пальца на левой руке.
− Да уж… − только и сказал Вэн. — Точно, что повезло. Мы бы, наверное, и до утра не дожили.
− То ваше счастье, что там не оказалось никаких мелких тварей или ядовитых насекомых. Это надо, додуматься до такого маразма: в джунглях валяться на брёвнах! То же самое что и на голой земле. Надо было либо на дерево забираться, либо подвесные гамаки делать.
− Ты умный такой? Да?
− Да уж не дурак! Хоть и в джунглях не был, но фильмы всякие смотрю.
− Сравнил! Фильмы! Посмотрел бы я на тебя там, в том лесу!
− Ладно, оставим этот ненужный трёп. Как ты себя чувствуешь? Я тебя четыре дня на снотворном держал, чтобы мозги отошли.
− Да, вроде нормально. Только в ушах или в мозгу звук какой-то идёт постоянно. Такой: тыдын чук!
Лорк рассмеялся, показав ровные отбеленные зубы.
− Ах! Это? Так вы когда пропали, в тот день это и началось. В помещении слышно, а на улице нет. Там нормально. Ваша учёная братия говорит, что это ядро планеты пульсирует.
− Ясно. Я уж думал, что это у меня в мозгах что-то сломалось, − с идиотской улыбкой проговорил Вэн.
− Вот и ладненько! Раз у пациента самочувствие в норме, позовём сейчас полковника.
− Это зачем ещё?
− Не знаю. Сказал, как в себя придёшь, ему звякнуть. Хочет тебя кое о чём расспросить. − Ладно, если что-то нужно, зови.
Лорк вышел, оставив Вэна наедине с тревожными мыслями. Это постоянно звучащее в голове (тыдынчук) неспроста. Потому что почти нереально, чтобы их контакт с бирсирами и начавшая пульсация ядра планеты случайно начались в один день. Как-то они связаны между собой.
Вэн встал и босиком пошёл в туалет, даже не посмотрев, есть ли у койки обувь.
Полковник пришёл минут через пятнадцать, притащив свои неизменные сигареты «Тарсай». Вэн его встретил, сидя на койке.
− Ну как ты? — спросил он, зайдя в палату и окинув Вэна беглым взглядом.
− Выздоравливаю, − сказал Вэн с напускным безразличием.
− Это хорошо. Рассказывай. — Доро присел, воткнув сигарету между губ, и щёлкнул зажигалкой, которая выдала язычок огня. − Ничего, что я курить буду?
− Ты уже…
− Что? — не понял Доро.
− Куришь уже. Что именно рассказывать?
− Всё. От самого вылета и до самого возвращения. И подробненько… Особенно меня интересует, как вёл себя Байз.
Вэн рассказывал. Как они прилетели к шалашу, как он решил пойти к аборигенам. Старался не упустить мелочей. Ни одной. С дрожью в голосе он рассказывал, как колесун выбрасывал людей с борта ромболёта, и они, парализованные, исчезали в тумане.
Говорить пришлось долго, да ещё полковник всё требовал и требовал подробностей, особенно когда события пошли после плена и бегства. Иногда Доро перебивал, спрашивал, что Байз сказал, когда упал Дарик или как он включил трофейный передатчик.
− Как ты сам считаешь, в Байзе есть эта тварь-бирсир или нет? — спросил Доро, когда Вэн закончил рассказ.
− Полковник, ты в своём уме? Нет в нём бирсира, это точно. Если бы не мой интер, мы бы загнулись в джунглях.
− Ну не скажи… Та штучка, что вы прихватили с корабля этих тварей, могла бы вас выручить, если бы вы светили с открытого пространства на звездолёт. И не факт, что Байз хитрил, а когда бы вы уже почти умерли, посигналил бы, чтобы возращение казалось более правдоподобным.
−Зачем такие сложности? − Вэн развёл руками. — Пришел, к примеру, колесуно-бирсир к базе, полез на мираж, умер. А стены ему, как я понял, не помеха, вот. А Байз, кстати, лишился двух пальцев.
− Да знаю я. Но, во первых: я должен всё проверить, − Доро затушил уже третью сигарету в чашке с водой. — А во вторых: есть версия, что хоть один бирсир попытается попасть на корабль. Потому что их звездолёт поломан.
− У кого есть версия, у тебя? Полковник, ну ты и стратег… Привяжите нас с Байзом к столбу, и тогда все будут в безопасности!
− Вэн, ты просто не понимаешь. Ты бирсирам не нужен, потому что мало что сможешь сделать. Им нужны такие тела, как моё или Байза. Потому что я могу отдать любую команду солдатам, а Байз… он элитаровец. Такой вояка сам может всех на звездолёте перебить, если захочет.
− Нет, нет, − Вэн замотал головой. − Я бы его просчитал.
− Ладно, − Полковник встал с кресла, потёр по штанам ладонями, словно вытирая их от никотина. — Пойду я. Выздоравливай…
− Спасибо, − Вэн лёг набок, как ребёнок, подложив ладонь под голову.
− Сейчас Тэе сообщу, что тебя уже можно посетить, − с благодетельной улыбкой сказал он у дверей.
− О… сейчас меня намочат слезами, − тихо ответил Вэн.
Голован пристроился на носу плота, опустив в проносящуюся мимо воду ноги. Огромный примитивный корабль, встречая на пути небольшие волны, плыл через пролив, соединяющий две великих суши. Морской путь в этом месте не занимает много времени, светило не успевает много пройти по небу, всего на ладонь. Двадцать четыре астарда, по двенадцать с каждой стороны, гребли короткими веслами. Огромный плот. И на этом плоту был груз. Груз от астардов с соседней земли. Эта помощь пригодится в борьбе с людьми.
Тартосы — они тверды и остры, ними можно обрабатывать дерево. Можно рубить врага. Можно бросать в него, и смотреть, как металл вонзается в чуждые слабые тела. На соседнем материке давно появились умельцы, укрощающие огонь и делающие тартосы и палачи.
Враг… Это новое понятие. Люди принесли много нового. Они принесли обман и беззаконие.
Человек обманул. Он пообещал отпустить всех астардов. Голован ждал долго. Астарда можно обмануть один раз. Во второй он не поверит, даже если обещание будет явной правдой. Теперь будет вечная ныра.