Чтение онлайн

Паук подползал к нему все ближе и ближе.

Как только за окнами барака, наконец, забрезжил рассвет, Морвен вытащил из-под подушки «Дискурс о свободе» Витония и читал до побудки.

Джем лежал, глядя в обезумевшее небо.

Только когда утихла буря, юноша понял, что рядом с ним кто-то стоит. Он пришел не по аллее, а возник из-за деревьев. Сначала Джем воспринял его присутствие спокойно, он чувствовал только, что этот «кто-то» излучает дружелюбие. Но вот восточная луна выглянула из-за смятенных туч. Джем повернул голову и взглянул в таинственные, знакомые глаза — почему-то он догадался, что увидит именно эти глаза. Глаза вспыхнули и снова потемнели.

Лесной тигр.

Зверь бережно опустил лапу на грудь Джема. Джем, не мигая, смотрел в эти загадочные глаза, в глубине которых плыли и формировались странные образы. Сменялись цвета, из-за темноты казавшиеся глубокими. Их смена напоминала смещение стеклышек в калейдоскопе, но, наконец, что-то произошло, и колеблющиеся цвета преобразились в фигуру человека. Фигура покачивалась, дрожала, словно отражение на поверхности воды, но вот она застыла, и Джем увидел, что на человеке костюм арлекина. Арлекин начал танец. Джем, зачарованный, следил за этим танцем, и вдруг откуда-то издалека донеслась песенка прошедших лет:

Когда Джем очнулся, он сначала услышал только стук капель, которые падали с листвы на его лицо. Рассвет пробивался сквозь кроны высоких деревьев. Джем резко обернулся, ища взглядом разбитую карету лекаря. Кареты не было. Он лежал в чаще Диколесья. Потом он заметил, что больше не связан и на нем — крестьянское платье какого-то коричневато-зеленого цвета.

Джем приподнялся и сел.

— Придется в этом походить, — произнес чей-то голос. — По крайней мере, в начале твоего путешествия.

Джем обернулся.

Арлекин! Длинноногий, стройный, в разноцветном костюме и серебристой маске.

— Тор! Это ты! — Джем вскочил, отряхнул листья и мелкие сучки с куртки. — Но о каком путешествии ты говоришь?

— Да ладно тебе, Джем. Неужели забыл? Должен бы догадаться. Твоя жизнь в этой деревне окончена. На самом деле все, что ты знал и умел до сегодняшнего дня, должно отойти в прошлое. Детству конец, Джем. Оно стало местом, куда тебе никогда не вернуться.

Итак. Если синемундирники примутся разыскивать тебя, ты должен будешь уйти на юг. Но вряд ли они бросятся на твои поиски сразу. Они решат, что ты погиб вместе с лекарем и возницей, что ваши останки обуглились и перемешались. Во всяком случае, лучше бы тебе некоторое время идти по лесу, но вдоль белесой дороги. Примерно через день ты встретишься с ваганами. Они так же, как и ты, будут переодеты. С ними ты дойдешь до Агондона. В Агондоне ваганов до сих пор терпят — ведь они умеют развлекать!

— Я должен стать ваганом? — спросил Джем.

— Нет, Джем. Агондон — большой город. Он стоит в дельте реки Риэль. Там ты разыщешь улицу под названием Давалон. Там стоит дом — ты его узнаешь по золоченым свиткам над окнами и дверью. В этом доме живет дворянин, известный под именем лорд Эмпстер. Ты должен явиться к нему, Джем. Он тебя примет.

— Но Тор! Как он меня узнает?

— Он узнает тебя, Джем.

Глаза Джема сверкали. Арлекин сказал ему, что его детству конец, но вдруг, словно во сне, на него нахлынули воспоминания.

— Тор? Ты говоришь о Сопротивлении?

Сон сбывался?

Они шли по Диколесью на рассвете. Робкие лучи солнца проникали в подлесок. Джем и арлекин шагали по высокой траве, пробирались сквозь заросли папоротников. Арлекин шел впереди, Джем — за ним, шаг в шаг.

Арлекин не ответил на вопрос Джема прямо.

— Джем, в свое время ты поймешь то, что пока сокрыто от тебя. Для начала тебе предстоит странствие. Дорога тяжела, и кристалл Короса больше тебе не поможет. Когда ты нашел этот кристалл, он был полон могущества, он окутал тебя непроницаемым ореолом. Теперь же тебе помогут лишь те силы, которые исходят от этого мира. Ты сможешь ходить, но летать уже не сумеешь. А кристалл останется обычным, темным, тусклым камнем. Таким он будет до самого конца твоего испытания, пока не воссоединится с другими кристаллами.

— Испытание? — на мгновение Джему не захотелось об этом думать. Разве такое возможно?

— Джем, — сказал арлекин. — Теперь ты должен уже понять, что ты — ребенок, отмеченный особой судьбой.

Джем остановился, взял арлекина за руку. Как хрупка была эта рука, как тонка! Джем поднял глаза: вверху, на ветвях, щебетали птицы, дорогу перебежала белка.

— Мама что-то говорила… Как раз перед тем, как…

Джем запнулся, его душили слезы.

Арлекин обернулся, печально улыбнулся юноше, но тут же отвернулся и снова зашагал вперед.

— Да, Джем, — сказал он. — Это правда. Но ты — не просто сын Эджарда Алого. И зло, довлеющее над миром, — это не только то зло, которое сеют приспешники Эджарда Синего. Ты родился в суровое время, Джем, но то, что мы переживали до сих пор, это лишь предвестие. Эпоха Искупления, Джем, идет к концу, и тот, кого зовут Сассорохом, уже готов вновь вырваться из Царства Небытия. Придет время, Джем, когда ты поймешь нечто большее. Пока же ты должен знать одно: ты — спаситель Орокона. И все то, что предсказано в Пылающих Стихах, со временем сбудется.

Джем задумчиво смотрел под ноги.

— Но Тор, а как же Ката? Неужели я должен ее покинуть?

— Джем, ты ничем не поможешь ей. Сейчас сети Зла затянули ее, но и это пройдет. Дитя, ты должен позволить ей самой найти собственную судьбу.

— Но я люблю ее! Я не могу!

— Джем, тише, успокойся, прошу тебя! — арлекин снова обернулся и обнял юношу. — Я сказал, что сейчас ты должен покинуть ее, но я обещаю: пробьет час, и вы встретитесь вновь. Я сказал, что она должна найти собственную судьбу, и это именно так. Но знай: ваши судьбы неразлучны. Пройдет немало времени. Джем, но в конце концов ты убедишься, что я прав.

— Но Тор, откуда тебе все это известно? — воскликнул Джем. Ответа не последовало.

Арлекин высвободился из объятий юноши и торопливо зашагал дальше сквозь заросли. Однако, пройдя несколько шагов, он вдруг резко обернулся. Джем бросился к нему:

— Я ничего не понимаю!

Но арлекин только рассмеялся.

Они быстро добрались до знакомого места — плетня и пролома в кладбищенской стене. Сначала Джем удивился — ведь арлекин говорил, что он должен уйти из деревни, а сам привел его сюда.