Танец феникса
Шрифт:
Это так приятно и не хочется шевелиться. Я могла бы так пролежать до утра, даже без сна, лишь бы большая и ласковая ладонь продолжала гладить мои волосы. Но Доминик убирает руку, и мне становится неуютно и как будто зябко.
– Ещё… – шепчу очень тихо.
– Что ещё?
– Ещё погладь, – бормочу я, не в силах разлепить веки.
– Вот сейчас ворвётся Же-Же и погладит меня колотушкой по башке, – тихо смеётся Доминик. – Давай, вставай уже, малышка, а то нашу мадам сейчас разорвёт от возмущения. Ди, ну что ты, как маленькая, ведь каждый день одно и то же.
Вот это точно – каждый день одно и то же – тот же Феникс, те же рожи.
Глава 2
2018
Диана
«Я люблю тебя, Диана, – бормочет Влад, стоя на коленях в грязной луже. – Жить без тебя не могу».
«Ты использовала меня, маленькая сучка», – из-за густых зарослей кустарника показался Женя в компании Соболева, от которого сразу прилетает дельный совет: – «Черномазую шлюху стоит проучить как следует». И оба одновременно расстёгивают свои брюки.
«Но-но! Я первый!» – выкрикивает Рыжик. О, Боже, и этот здесь! Он на коньках, в хоккейном шлеме, с клюшкой в руках и… без трусов. Юрочка тоже решил меня проучить? Хоккей на траве не выглядит устрашающим, даже в таком странном обмундировании. Но вижу, что Рыжик не один – за ним живой стеной сомкнулись голые мужики. От узнавания множества лиц меня пробирает озноб. Другие же смутно кажутся знакомыми. В их глазах ненависть и похоть, им всем нужен кусочек моей плоти, но у меня нет столько кусочков! Я стараюсь не поддаться панике и ищу лазейку для побега.
Разворачиваюсь к Владу, но и тот уже готов – в одной руке кольцо, в другой зажат эрегированный член.
«Диана, любимая, будь моей женой!»
НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Как же я ненавижу всех самцов! Эта мысль настолько яркая и громкая, что мгновенно находит отклик в окружающем пространстве – стена из мужских обнажённых тел смыкается вокруг меня плотным кольцом – лица злые, члены заряжены и готовы к атаке…
Мои несокрушимые эмоциональные щиты дрогнули, и паника грозит накрыть меня с головой. Сейчас я не охотник и не пастух – я одинокая ромашка на каменистом плато под голодными взглядами целого стада обезумевших баранов. Я не хочу снова ощущать себя испуганной и обречённой жертвой. Я хозяйка своей судьбы и не позволю растерзать мою плоть и растоптать душу. А траурным венцом, призванным сломить моё упрямое сопротивление, обрушивается с небес, словно гром, рычащий смех Демона.
Я крепко зажмуриваюсь и замираю, скованная страхом.
«Детка, кажется, тебя пора спасать» – сквозь гул и топот врывается в сознание родной голос.
«Милый, ну сколько уже можно тебя ждать?» – капризный женский голос прерывает Феликса, уничтожая во мне надежду и отсекая последнюю спасительную ниточку.
Потерять Фели сейчас для меня гораздо страшнее, чем столкнуться с толпой разъярённых мужчин. Да я их и не вижу уже из-за слёз, застилающих глаза. Звон соборного колокола лишь усугубляет моё отчаяние – я начинаю рыдать. Мамочка, родненькая, научи меня жить с этой болью!
Открыв глаза, я не сразу понимаю, где нахожусь. Болезненный спазм, сдавивший горло, кромешная темнота и оглушительный колокольный звон только усилили мою панику. Волосы мои спутались и забились в рот, а лицо мокрое от слёз. От осознания, что это всего лишь сон, на меня накатывают облегчение и злость.
Да что со мной, как я могла довести себя до такого состояния?
Днём ранее
Едва шасси железной птицы коснулись родной земли, я с надеждой и страхом включила свой телефон. Несколько сообщений от Риммы, вызовы от Тимура и Петра, почта переполнена письмами, но ни одной весточки от моего друга.
Отвратительная ассистентка Фила сообщила, что он перенёс все встречи, репетиции и фотосессии и взял выходные до понедельника. Куда он мог отправиться, не связавшись со мной? Решил выгулять своего Пепито и увлёкся? Некстати я вспомнила, что испанское имя Пепито символизирует личность независимую и стремящуюся к свободе. Вспомнила и усмехнулась. Это как раз про моего Феликса, вот только раньше он никогда не позволял мне переживать и предупреждал о своих внезапных вылазках. Господи, до понедельника я свихнусь от неизвестности!
А ведь у нас с Феликсом полно общих знакомых в Париже, стоит ли позвонить кому-то из них? Но для этого, как минимум, необходимо иметь голос. И у меня совершенно нет опыта в разыскивании Фила, он просто никогда не терялся, и, обычно, именно ему приходилось меня искать. Теперь мне известно, какова на вкус эта горькая пилюля.
Такси, гостиница, деловая переписка, каждый час Риммочкина микстура для восстановления голоса – всё на автопилоте. И когда звонит мой Реми, я даже рада, что вынуждена беречь голос – я не в состоянии беззаботно щебетать с моим любимым мальчиком, ощущая себя морально выпотрошенной. А Реми лишь усугубляет моё состояние, жалуясь, что не может второй день дозвониться Феликсу, хотя они договорились быть на связи.
Этот бесконечный день подходит к концу, и если Феликс сегодня не найдётся, мне предстоит ещё как-то пережить воскресенье.
От Артурчика прилетает очередное домашнее задание, которое я именую в ответном послании убожеством, даже не раскрыв вложенного файла. Пишу письмо Ланевскому с просьбой организовать для меня рабочий кабинет, перенести в понедельник утреннюю планёрку на два часа дня, обеспечить явку всего руководящего состава и пригласить Соболева. Я ещё не решила, зачем он мне нужен на этом собрании и что буду с ним делать, потому что то, что сделать хочу – противоречит законам моей толерантной страны.
В попытках занять свой мозг я заваливаю Рыжика чересчур креативными идеями, пугая парня до чёртиков своим бурным энтузиазмом и смелой фантазией.
К десяти часам вечера неизвестность и страх за Феликса приводят меня в тихий бар гостиницы, где, опрокинув в себя сто граммов виски, я роняю слёзы под «Ланфрен-Ланфра». Я заставляю бармена прокручивать композицию в третий раз и несмотря на то, что голос у меня, как у Высоцкого, парень не в силах мне отказать. Да – Риммочкина чудодейственная микстура вернула мне какой-никакой голос, но пользоваться им не хочется. Я игнорирую входящие от Дашки, Тимура, Ланевского, Влада… Влада? Ко всем чертям Влада!