Чтение онлайн

— Все будет хорошо. И с тобой будет Мара, да?

По пути в Мазереон Мара сказала, что не выпустит Мэл из виду, пока не убедится, что ее близняшка не попадет в беду. Если так, то Мара не оставит Мэл одну.

Мэл кивнула.

— Я рада путешествию. И она хочет там побывать. Только и говорит о замке с водопадом. Орин рассказал ей, что вода шумит громко, но она только закатила глаза и спросила, большая ли там кухня. Отчим Орина вряд ли позволит ей там больше времени, чем тур, ведь дома еще несколько подходящих сыновей.

Юна постучала и открыла дверь, Аконитовый дракон Нейлан размером с колибри свисал с ее светло-рыжих волос.

— Вист искал вас.

Дракончик подлетел и опустился на колено Нейлан. Его лапки щекотали ее, он прошел по ее ноге и животу, добрался до шеи. Он прижался темно-лиловой головой к ее подбородку и чирикнул.

Юна закрыла дверь, и Мэр сняла Виста с шеи Нейлан.

— Лучше собирайся. Мара будет злиться, если мы заставим ее опоздать на вечеринку.

Нейлан надела новое платье. Как только она закончила завязывать шнурки сбоку, мурашки пробежали по ее рукам, дыхание застряло в горле. Звезды вспыхнули перед глазами на миг, и она моргнула и покачала головой.

— Ты в порядке? — спросила Мэл, когда она села.

Нейлан кивнула и кашлянула. Ей нужно было что-нибудь съесть.

— Просто нервы, наверное.

— Уверена, Кеир тоже это ощущает. Он долго тебя ждал, — она хитро улыбнулась. — Может, будет двойная свадьба.

Нейлан покраснела и хмуро посмотрела на нее.

— Не смей никому этого говорить. Даже если… даже если я могу разрушить проклятие, мы не будем спешить к чему-то такому… постоянному, — она провела ладонью по юбке, которая выглядела — и ощущалась — как сотни лепестков алой розы, пересекающиеся от талии до низа. Корсет был бархатным, рукава изящно облегали плечи. Мэл была права — портной постарался.

— Заплетешь мне волосы, — Нейлан протянула подходящую ленту.

Мэл присоединилась к ней у зеркала, прикусила губу, как делала порой, чтобы молчать, и начала заплетать темно-каштановые волны Нейлан в косу, пока Вист изучал комнату.

Хоть Мэл многое в дворцовой жизни не любила, она будет в порядке. Она, как кошка, всегда приземлялась на лапы. Может, теперь она и будет держаться подальше от волшебников и проклятий — хоть она и до этого не лезла к ним намеренно. Как и остальные сестры Нейлан, но с их столкновения с волшебником Тариусом почти год назад трое из них снова пострадали от магии волшебника.

Нейлан не могла допустить повторения. Она ответила на первое письмо Мэл, чтобы не только помочь Кеиру, но и не дать пострадать ее сестрам. Бабушка Ванды — Грэм, как все ее звали — была ее ключом к этому.

Мэл свернула косу в низкий узел и вставила первую шпильку. Вист опустился на ее плечо и наблюдал.

Нейлан всегда казалось нечестным, что у волшебников был доступ к знаниям, которых не было у других людей — никто не находил записей о страшной для всех магии. Она не хотела делать то, что делал Тариус. Он вырос во тьме, так что использовал магию извращенно. Могла бы она отыскать среди знаний о магии скрытые драгоценности и ими уберечь свою семью?

Потому что, если она будет больше знать, больше сможет сделать.

Она говорила только с одним волшебником, кроме Тариуса. Телохранитель ее сестры Айви, бывший волшебник, как Грэм, делился теми крупицами, что знал. Но ее родители точно приказали ему молчать, и он умело менял тему.

Она надеялась, что Грэм была другой, и нужно было только найти в себе смелость заговорить с ней, а потом слушать и учиться. Нейлан была готова сделать это. Она получит знания, которые уберегут ее сестер от волшебников раз и навсегда.

— Вот, — Мэл вставила последнюю шпильку. — Пора перестать мечтать и покончить с этой вечеринкой.

Вист прыгнул на плечо Нейлан и проверил результат труда Мэл. Он удовлетворенно чирикнул, забрался на свернутую косу и устроился для сна. Его темно-лиловая чешуя сливалась с ее волосами, и было сложно заметить его, пока он не двигался.

Орин прибыл сопроводить их в сад. Вист чирикнул, приветствуя драконов на плечах Орина, но не двигался.

Один из зеленых драконов-гонцов потянулся лапой, словно хотел поймать Виста за хвост.

— Охотник, — предупредил Орин.

Дракон отодвинулся с недовольным видом, потрогал светлые волосы Орина, словно это и хотел сделать все это время.

Светло-зеленый дракон, Нефрит, величаво ступила на плечо Мэл.

Орин поцеловал Мэл в щеку и взял ее за руку. Он протянул Нейлан другую руку.

— Мара ждет внизу.

Как Нейлан, Мара была в красном в честь Ванды, красной драконши короля. Многие другие дамы в саду будут в красном по той же причине.

Или так они думали.

Нейлан знала о проклятиях мало, но из них всегда был выход, и волшебник должен был сказать, если его спросить — вот только ответ не всегда был прямолинейным.

Слова о том, как разрушить проклятие короля Себастьяна, были простыми: освободи свою красную драконшу, так ты освободишь себя. Ванда, теперь его суженая, была рано определена как его красная драконша по ряду причин, включая ее красный шарф с вышитым драконом. Он смог освободить ее, когда помог ей сбежать через невидимый барьер, окружающий королевство.

А теперь, по словам Грэм, им нужно было найти красную драконшу Кеира и освободить его от необъяснимого осложнения проклятия, превращающего его в черного дракона по ночам.

После письма Мэл о проклятии Кеира и приглашения в Мазереон Нейлан связалась письмами с Вандой и королем Себастьяном, Базом, как он просил его называть. В последнем письме Мэл рассказала о плане, которым они могли помочь Кеиру найти его девушку: серия балов с леди, которые могли подойти, если с Нейлан ничего не получится.

Им не нужно было переживать. Слова Кеира были куда увереннее, чем Мэл:

«Ты — единственная девушка-дракон, которую я хочу».

Мара взяла Нейлан за руку, позволив Орину и Мэл вести их в поместье в саду, отделенное от замка просторными садами. Каменное здание в два этажа служило как дом для матери жены бывшего короля, а теперь там были только Грэм и ее свита на втором этаже. Баз пообещал Ванде, что убережет ее бабушку, и он сдержал слово, окружил бывшую волшебницу слугами, которые были при этом из элитной драконьей стражи. Никто не мог побеспокоить Грэм без ее позволения.