Чтение онлайн

— Почти сразу же, после того, как Аббадон из ангела превратился в демона, Адалисса его оставила. Она прекратила какое-либо общение и связь с ним. А, ведь, насколько мне известно, будучи ангелом, Аббадон любил Адалиссу. Именно из-за этого он так легко поддался её соблазну и так легко отказался от своей светлой сущности, приняв чёрную силу Адалиссы. Видимо, твоя мать не сильно оценила эту жертву. Он стал ей не нужен. Вот Аббадон и обозлился на Адалиссу.

— Так, всё из-за задетой мужской гордости? — я попыталась представить Аббадона ангелом и, что ещё хуже, влюблённым, но получилось плохо. — Но, зачем моя мать так поступила? Если он был ей, с самого начала, не нужен, зачем надо было всё это делать? Зачем надо было… эм… совращать ангела?

— Скорее всего, просто для развлечения, — ответил Самаэль. — Адалисса, как я уже говорил, была по характеру такой же, как её собственные творения — демоны. Ей ничего не стоило убить кого-то или воспользоваться кем-то, а потом выбросить.

— А как так получилось, что в этой жизни я, вновь, столкнулась с Аббадоном? — я заметила, что а этих моих словах, лицо Самаэля исказила сильнейшая ярость (он всё помнил… помнил, что сделал со мной Аббадон и никогда этого не забывал), но, тем не менее, я продолжила говорить. — Я не имею в виду его покровительство мне или ещё что-то. Я о том, что Верховные демоны, почти, никогда не заключают договоров с людьми. Это происходит очень редко. Почему Аббадон изменил этому, отозвавшись на призыв Ребекки Деланье? Как ему это пришло в голову? Совпадение? Или этот… оскал фатума?

— Точно не знаю. Но, скорее всего, даже после перерождения в другом теле, душа, которая уже жила когда-то, неизбежно будет связана с теми, с кем делила свою прошлую жизнь. И, похоже, это нельзя контролировать. Если бы я только мог оградить тебя от этой твари… — мужчина так сильно сжал мою руку, что на ней, вполне, могли остаться синяки. — В любом случае, это, лишь, теория, так как, кроме тебя, никто и никогда не рождался заново. Не получал вторую жизнь.

— Была у меня такая мысль… — произнесла я. — Но, в таком случае, я должна была и со своей матерью — Адалиссой — встретиться. Разве, нет? Что с ней случилось? Где она теперь?

— Никто не знает. После твоей смерти, она вернулась несколько тысяч лет спустя. А, затем, вновь, исчезла. В последний раз я видел её около двухсот лет назад. С тех пор, она ни разу не появлялась. И ни один из Верховных или Высших демонов не знает, где она. Даже сам Люцифер, хотя, думаю, он очень хотел бы это знать.

— А в тот день, когда всё произошло… Ты узнал, что это был тогда за ураган, разрушения? Я помню, что вы, с моей матерью, в разговоре упоминали Врата Бездны. Что это такое? Бездна и её врата?

— Бездна — это место, где спят древние боги, — ответил ангел смерти. — Те, кто правил этим миром до нас. Бездна — это их последнее пристанище. Как они там оказались и почему — неизвестно.

— Древние боги, значит… Но, я думала, что никому не известно, что случилось с древними богами. А, оказывается, это не так? Все знают об их сне?

— Не все. Лишь Верховным демонам известно о Бездне.

— Древние боги… Они все спят там, да?

— Да.

— Ты говорил, что мама — богиня. Древнее божество. Если это так, то почему она не в этой Бездне? А может… она, как раз, сейчас там? — посетила меня догадка.

— Нет, — отмёл мою мысль ангел смерти. — С того момента, как Бездна была создана, никто не может войти в это пространство и никто не может из него выйти. Древним богам не очнуться ото сна и с нашего пространства к ним не попасть.

— Что же, всё-таки, такое — Бездна? Что она из себя представляет?

— По сути, это отдельное пространство. Можешь даже считать, что это — отдельный мир. Мир, в котором ничего нет, кроме силы и энергии.

— Ясно. А Врата Бездны?

— Врата Бездны — это мифическое место. Говорят, что это врата, которые могут открывать путь в Бездну или же выпустить оттуда тех, кто спит там. Говорят даже, что если Врата Бездны, когда-нибудь, будут открыты — это приведёт к концу всему, что существует сейчас.

— Конец света?

— Образно говоря, да. Но, существование этих врат находится под большим сомнением. Сразу же возникает много вопросов: «Где эти врата?», «Кто их создал и зачем?», «Есть ли от них ключ и если — да, то, как он выглядит?».

— Значит, есть большая вероятность, что их и, вовсе, не существует? — я, на мгновение, задумалась. — Но, ведь, мама говорила, именно, о них… С чего она взяла, что тот катаклизм — это было открытие этих врат?

— Я не могу тебе ответить на этот вопрос, Милена. Ты всё спросила, что хотела?

— Последний вопрос. В день своей смерти, я слышала твой разговор с Астаротом. Он говорил, что открытие врат (если это, всё-таки, были они), возможно, произошло из-за моей близости с Аббадоном.

— Я отвечу тебе так же, как и ему. Нет никакого подтверждения этому.

— Но, если, всё же, предположить, что это было так… Чисто теоретически, как секс с Аббадоном мог вызвать такое?

— Никак, — отрезал Самаэль. — И хватит об этом.

— Почему, кстати, Аббадона, кроме как демоном разрушения, называют демоном бездны? Он как-то связан с этой Бездной, о которой мы говорили?

— Так его нарекла Адалисса. А почему — только ей и известно.

— А Астарот…

— Милена, — прервал меня мужчина. — Ты что-то говорила о последнем вопросе.

— Ладно, самый-самый последний. Обещаю. Что связывает тебя с Астаротом? Он был единственным демоном, которого я увидела тогда в твоём дворце. Думаю, он единственный и знал о моём нахождении у тебя. Значит, ты ему доверял? Да и в этой жизни… он тобой интересуется. Почему?

— Мы с Астаротом — братья.

— То есть?! — поражённо посмотрела я на него. — Вы же были ангелами! Вы тоже были, изначально, кем-то созданы. Какие ещё братья?!

— Не в том смысле, который ты вкладываешь в эти слова. Разумеется, мы не были рождены от одной женщины. Как ты и сказала, мы были созданы. Но, созданы мы были из одного сгустка силы.

— Не понимаю…

— Ну, как ты, вообще, представляешь себе создание кого-то или чего-то?

Я честно попыталась представить. На ум, почему-то, приходило только две сцены. Первая: девушка-волшебница творит что-то с искрами, фейерверками. И вторая, где какое-то огромное божество лепит человечков из глины, которые, впоследствии, оживают.

— Никак не представляю, — наконец, сказала я — говорить о моих глупых фантазиях не хотелось.

— В общем, если говорить об ангелах или демонах, то мы — существа чистой силы. Мы были созданы из неё. Мы состоим из неё. Каждый ангел, изначально, был создан из такого вот сгустка, — в руках Самаэля появился небольшой светящийся шар.

На вид, маленький и безобидный, он источал такую силу, что хотелось закрыть глаза, чтобы не смотреть на него. Он не светил ярко, но, казалось, ослеплял. Сила… Могущественнее и древнее ангелов и демонов… Субстанция, из которой они были созданы.