Танец наших чувств
Шрифт:
– И? Там сотня людей. С чего вы взяли, что ваш дружок у меня? Может, эти детдомовские ублюдки его схватили. Они уже пытались его грохнуть один раз. Может, во второй раз у них все же получилось?
Они говорят про Егора?!
– Его нет у них, – на этот раз говорил Стас.
– Это они вам сказали? – усмехнулся папа.
– У нас в плену был их человек. Мы хотели обменять ее на Егора, но его у них не было. Все доказательства ведут к тебе, Рамир. Таксист подтвердил, что отвез его на гонку. Один из участников видел, как Егор садился в твою машину, и вы куда-то уехали.
– И зачем мне похищать этого щенка?
– Мы знаем причину, и ты тоже, Рамир, – угрожающе произнес Фил. – Твоя дочь. Сабина.
Сестра вопросительно посмотрела на меня. Я лишь покачала головой, потому что сама еще ничего не понимала.
– Мы можем решить этот вопрос за столом с кружкой чая или же сейчас со стволами в руках. Я не уеду, Рамир, без Егора.
– Собрался стрелять? Понимаешь, к чему это может привести? – крикнул папа.
Я услышала, как охранники начали снимать свое оружие с предохранителей.
– Мне не впервой разжигать конфликт внутри группировки.
– Твой отец знает, что ты тут?
– Он сказал найти и вернуть Егора любой ценой. Что я и делаю.
– Что ж, тогда стреляй.
Стрелять?! В кого?!
Я вышла из укрытия, придерживаясь одной рукой за стену дома, а другой за костыль, благодаря которому я вообще могла передвигаться.
Мои глаза распахнулись от увиденной картины. Ком встал в горле, и я не могла вымолвить ни слова.
Фил держал на прицеле моего папу, Стас и дядя Ян нацелились друг на друга пистолетами. Вся охрана, окружавшая их, была готова открыть огонь в любую минуту.
– Рамир, говорю в последний раз. Верни Егора!
– Нет.
Твердый ответ папы ударил прямо в сердце. Он не отрицает, что Рябин у него? Зачем он его похитил? Из-за меня? Господи, отец узнал, что происходило между нами?
– Стойте! – крикнула я, привлекая к себе внимание.
Мужчины, заметив меня, тут же опустили пистолеты к земле.
– Вернитесь в дом, – приказал отец.
Сестра схватила меня за руку и потащила обратно за дом, но я отмахнулась от нее и сделала неловкий шаг в сторону мужчин.
– Папа, отдай им Егора, – я старалась говорить четко, но голос предательски дрожал от напряженной атмосферы.
– Сабина, не лезь в это.
– Почему? Разве это не касается меня?
Папа опешил от моего тона. Я никогда не позволяла себе говорить с ним подобным образом. Ох, если это слышит бабушка, то она точно потом будет читать мне нотации о том, что девушка должна быть тихой и покорной.
– Дочь, Рябин влез в наши семейные дела. За такое следует наказание.
– Думаю, ты достаточно его наказал, – рявкнул Фил. – Почти месяц в твоем плену послужит ему хорошим уроком.
– Месяц?! – ахнула я.
Услышав, как хлопнула дверь, я поднял голову. Голова чертовски болела, пальцы, на которых не было ногтей, горели, а некоторые глубокие раны все еще кровоточили. Мне делали переливание крови несколько раз, но все это бесполезно, если она вновь вытекает из моего тела.
– Здоров, братишка.
Услышав знакомый голос, я заставил себя приподнять тяжелые веки. Фил улыбнулся мне уголком губ и снял с меня цепи, больно впивавшиеся мне в кожу все это время.
– Рамир… – мой голос было трудно узнать.
– Он тебя отпускает.
– С какой стати?
Фил исподлобья посмотрел на меня, заканчивая с цепями.
– Сабина его попросила.
– Она знает? – удивился я.
– Случайно узнала, когда мы ворвались в дом.
– Вы ворвались в дом Рамира? Фил, я знал, что ты больной псих, но даже у тебя должен же быть хоть какой-нибудь предел?
Он протянул руку мне, чтобы помочь встать.
– Моего брата похитили. Я должен был действовать.
С тихим стоном я кое-как поднялся, облокотившись на Фила. Он вывел меня на улицу, где находилось слишком много народа для освобождения одного человека. Я встретился со взглядом Рамира, который провожал меня с недовольным прищуром.
– Разговор с будущим тестем прошел неудачно? – произнес Стас, открывая для меня дверь автомобиля.
– Как видишь.
После того как меня загрузили в тачку, Фил обменялся парой фраз с Рамиром, и мы двинулись в путь. Стас сел рядом, чтобы осмотреть мои раны.
– Никакие кости не сломаны?
– Вроде нет. Рамир предпочитает работать колющими и режущими инструментами.
Фил выехал из поселка на главную трассу и бросил на меня вопросительный взгляд через зеркало заднего вида.
– Что у вас за обоих прикол? Вы следуете какому-то гребаному обряду? «Побудь в плену у тестя – и у тебя будет счастливый брак»?
Мы со Стасом обменялись взглядами. Этот парень тоже попался на уловку своего тестя-мусора и получил по морде.
– Первый этап пройден. Какой второй? – продолжал насмехаться Фил. – Украсть невесту? Без обид, Егор, но Вика не так сильно охранялась, как Сабина. Думаю, с этим могут возникнуть проблемы.
Я закатил глаза.
– Не собираюсь я никого красть. Пока что.
Стас осуждающе посмотрел на меня, но ничего не сказал, молча продолжая обрабатывать раны.
– Сколько я пробыл там?
– Почти месяц. Мы сначала пошли по ложному следу: думали, что тебя детдомовцы взяли.
– Что сказали моей матери?
– Что ты в командировке.
Так лучше. Она бы сошла с ума от волнения, если бы узнала, что я в плену.
На мягких сиденьях меня резко потянуло в сон, но он не продлился долго. Я открыл глаза, как только машина остановилась. Парни помогли мне вылезти и дойти до моей квартиры, в которой уже ждал доктор. Мужик обработал и зашил раны.
Если не шевелиться, то ничего и не болело. Но вот вырванные ногти на ногах чертовски мешали нормально ходить.
Когда док заканчивал с последней раной, в квартиру вошел Руслан. Я до конца надеялся, что братья ему ничего не сказали. Хотя такой масштабный конфликт с Рамиром не мог остаться в секрете.
– Придется ежедневно менять повязки. Есть кому или мне приезжать? – вопросительно приподнял бровь врач.
– Есть, – ответил за меня Фил.
После того как мужик ушел, Руслан присел в кресло напротив меня. По его напряженному лицу я понял, что меня ждет допрос.