Танец обожженной души
Шрифт:
– Даже так! Что, так сильно не понравился?
– Почему? Понравился. Но я уже говорила, что ты показался мне избалованным мальчиком. Да и важно то, что уровень жизни у нас разный, – она помедлила, после чего произнесла, выделяя каждое слово: – Ты принц, а я золушка…
Он удивленно посмотрел на нее.
– Так, чем же это плохо?
– Я не верю в сказки, они искажают действительность. Заставляют верить в то, чего нет.
– Ну, начнем с того, что не такой уж я и принц. Обычный парень, который работает танцором в ночном клубе.
Глаза ее засияли:
– Танцуешь! Это интересно. Значит, ты тоже творческая личность?!
– Да, – он улыбнулся. Его покоряла ее детская непосредственность.
Тут зазвонил телефон.
– Ой, извини, – она достала старый потертый мобильник и ответила: – Алло. Да. Я скоро буду, задержалась немного. Хорошо. Я поняла, – бросив телефон в сумочку, девушка начала собираться.
– Тебе уже пора?
– Да. Моей тете нужна помощь, а она не любит, когда я ее не слушаюсь.
– Давай я тебя провожу.
– Не стоит! – отрезала девушка. – Мне на маршрутку, – она поспешно встала из-за стола.
– Как я могу связаться с тобой? – опешил Дэн.
– Ты знаешь, где я работаю, – добродушная улыбка мелькнула на ее лице. – Пока!
Она помахала рукой и скрылась за дверью кафе. Сергей рассмеялся, приближаясь к другу.
– Нет, ну, ты видел?! Она даже мне выбора не оставила! – растерянно возмутился Дэн.
– Она мне нравится. То, что надо. Независимая, ненавязчивая, а главное не похожа на всех остальных твоих пассий.
– Да, но в этом-то и сложность.
Глава 15
Вот и настал конец лета. Если в июне и июле лето играет с нами, резвится и греет лучами яркого солнца, то в августе оно потихоньку собирает вещи и машет ручкой на прощанье. А на его место приходит меланхоличная и пока еще теплая осень, но чем дальше, тем плаксивее и холоднее она становится. И все, что можно сделать в этот момент, это улететь в теплые края или одеться потеплее, подняв повыше воротник своего усталого пальто.
Приближался вечер. Подъезжая к галерее на такси, Сергей заметил большое количество дорогих автомобилей, а это значило, что вечер будет проходить в обществе богатеньких интеллигентных любителей современного искусства. Расплатившись с водителем, поднялся по лестнице, где его встретил молодой человек, одетый в смокинг.
– Добрый вечер. Ваше приглашение, пожалуйста, – улыбнулся тот.
– Сейчас, – Сергей полез сначала в один карман брюк, потом в другой. – Минуту.
Принялся шарить в пиджаке. К этому моменту лицо молодого человека приняло брезгливый вид:
– Без приглашения мы не пускаем, – бросил он.
– Погодите, я помню, что я его брал, – рука машинально скользнула во внутренний карман пиджака и нащупала пропускной билет. – Вот он! – Сергей торжественно протянул глянцевый листочек.
– О! Теперь вижу, проходите, пожалуйста, – лицо снова засияло фальшивой улыбкой.
– Лицемер, – полушепотом произнес Сергей.
– Простите, что? – глаза молодого человека округлились.
– А?! Что-то не так? – в его взгляде читалась невинность.
– Извините, но мне показалось, что вы сказали «лицемер».
– Вам действительно показалось, – он натянул губы в неестественной улыбке и прошел в выставочный зал.
В глаза бросилась огромная подвесная люстра с множеством маленьких разноцветных лампочек, которые издалека казались сверкающими драгоценными камушками. Посередине, образуя круг, расположился зеркальный интерьерный водопад с синей подсветкой. А на второй этаж вела круглая лестница с коваными перилами, украшенными узорным орнаментом.
– Сергей! – его радостно встретил Адриано, который был одет в забавный клетчатый костюм. – Я очень рад, что ты здесь. Успел осмотреться?
– Честно говоря, еще нет, я только зашел.
– А мне не терпится узнать твое мнение. Но перед этим хочу тебя познакомить кое с кем.
Они прошли вглубь зала.
– Познакомься, это моя любимая жена – Пенелопа.
Темные волосы, загорелый цвет лица и черные глаза выдавали испанское происхождение юной красотки.
– Очень приятно, – она интеллигентно протянула хрупкую руку.
– Взаимно, – он легонько коснулся губами ее нежной кожи.
– Извините, мои дорогие, но мне нужно встречать гостей: я вас покину ненадолго. – Адриано скрылся в толпе.
– Муж мне рассказывал о вас, – начала она диалог, теребя пальцами поясок от длинного вечернего платья, облегающего стройную фигуру и спускаясь до самого пола. – Вы хорошо позируете, фотография поражает глубиной чувств.
– Спасибо. Но это скорее заслуга вашего мужа. Я всего лишь следовал его указаниям.
– Значит, вы не только хорошо позируете, но и отлично понимаете, что от вас хотят. Вы видели ваше творение?
– Не успел еще.
– Надо срочно исправить это! – воскликнула она. – Прошу за мной. – Они поднялись на второй этаж.
– Ого! – сорвалось с его губ, когда он подошел к фотографии, размеры которой были значительными. – Я не думал, что она будет такой большой… Она красива. И… Это не я… Я не узнаю себя, – удивлялся Сергей.
– Вы раскрылись на этой фотографии, – она посмотрела на его лицо. – Я чувствую боль и безысходность. Надеюсь, на ней запечатлена неподдельная эмоция. Если это так, то она прекрасна вдвойне.
– Я пытался быть собой, – признался он.
– Посмотрите, в каком цвете все это обработано, – она резко сменила тему.
Черно-белые тона говорили о траурности, а ярко-красная заплатка на груди привносила притаившуюся страсть. Сергей почувствовал жалость к своему образу, который так четко выражал его внутренний мир.
– Что с вами? Вы как-то изменились в лице. Не понравилось?
– Нет-нет. Просто… Хочу пройтись. Вы не против?
– Нет, конечно, – она понимающе улыбнулась.