Чтение онлайн

И тут он начал творить глупости. Вместо того, чтобы на оставшиеся деньги дотянуть семь дней до обратного отправления самолета, он сдал билет в кассе, а на ближайший самолет билетов не было. Он поехал на железнодорожный вокзал в надежде купить обратный билет из Сочи, но там вообще билетов не было. Какие могут быть летом билеты с юга?! И тогда он решил ехать домой в Москву электричками. Только молодость способна на безрассудства.

Осеннее солнышко пригревало, теплый ласковый ветер обнимал лица людей. Флюиды осени достигали глубин памяти Артема. Наружу прорывались воспоминания. Жесткое прошлое окутывало словно туманом, и не было пути оттуда выбраться.

Поезд, словно извивающаяся змея, подходил к железнодорожному вокзалу. Сердце Артема изрядно колотилось, он даже не мог представить, что будет так волноваться.

Артем вышел из поезда на перрон, глубоко вдохнул свежий воздух всей грудью и направился к выходу. Тепло потоками вливалось в день после ночной прохлады. Для него осень – время перемен. Все крутые изменения в жизни связаны с осенью.

Дом родителей от вокзала располагался недалеко, но очень неудобно. Артем, высокий молодой мужчина лет тридцати двух, сел в маршрутку, ехать подольше, но зато прямо к дому привезут. На него уставились пассажиры. Седой клок в его черных волосах приковывал внимание, словно магнит.

Он сидел с закрытыми глазами и все думал и думал, что дома его никто не ждет. Давно он не был здесь. Дом! Какой он сейчас?! Да, собственно, и не дом, а квартира в доме.

После смерти матери прошло двадцать четыре года. Как время быстро бежит. Раньше они с отцом каждую весну ездили на ее могилу. А потом более десяти лет он там не был. Отец давно женился, у них растет дочь. Артем сестру никогда не видел, неделями думал, что ей подарить при встрече. Девушка была уже почти взрослая, скоро ей исполнялось пятнадцать лет. Придумал купить браслет, их женщины носят во всех возрастах. Серебряный браслет, красивый, широкий, с двумя замочками, продавец сказала: «Вашей девушке очень понравится».

Отец писал редко, а он еще реже. Артем у отца не задержится, он уедет, непременно уедет, но ему надо собраться с мыслями: куда поехать? зачем? Да и по родному городу он изрядно соскучился. Серьезно хотелось увидать бывших одноклассников. Как они? Чем живут? О чем мечтают?

Вдруг завизжали тормоза. Маршрутное такси резко затормозило, двое пассажиров с воплями вылетели со своих кресел. Испуганный водитель торопливо открыл дверь, всполошенные люди выскочили из машины. Кто-то заорал, кто-то всхлипывал. Артем протиснулся поближе, где уже собиралась толпа. Под колесами маршрутки лежала красивая женщина, казалось, она улыбается. Артем посмотрел на погибшую и содрогнулся. Он узнал бы ее из тысячи. Это была, конечно, она. Его первая и самая несчастная любовь. Это ужас! Это что?! Судьба бросила ее ему «под ноги». Да, погибшей была именно Надя. Кто-то достал документы, кто-то кричал, чтоб ничего не трогали до приезда полиции.

Артема мутило. Он, шатаясь, медленно двинулся в сторону. Почему? Почему именно под его маршруткой? Когда-то давно он сильно взахлеб думал о ее смерти, желал ей этого. Но было все давным-давно, он был тогда еще не оперившийся юнец.

Пути Господни неисповедимы.

Артем услышал внутренний голос. Он его ненавидел, как бы это ни было ужасно, и при этом очень любил, было с кем посоветоваться, поностальгировать о прошедшем. Вот и сейчас:

«Ты помнишь, – неслось в его голове, – ты помнишь, что хотел ее смерти, долгой и мучительной, чтобы была катастрофа, чтобы она испарилась». Мысли неслись вскачь, прыгая с одного на другое.

Шел мелкий моросящий дождь, он неспешно брел по мокрой улице и очнулся только возле железнодорожного вокзала.

На вокзале суетились люди, они спешили, опаздывали, ждали своих поездов.

Артем зашел в вокзальную кафешку, съел пиццу, как будто из одного теста, выпил невкусный чай и часа два сидел в зале ожидания, ни о чем не думая. Все повторяется. «Я бегу! Я опять бегу от себя!»

Вновь возникло жгучее ощущение странной охоты. От кого он убегает или от чего? И кто за ним гонится? «Это опять мой стремительный побег куда глаза глядят», – думал Артем.

Первый в монастырь, второй из монастыря, третий от гражданской жены.

Было у него уже когда-то и много вокзалов. Когда он на перекладных добирался до дома из Сочи.

Артем медленно встал, подошел к железнодорожной кассе и попросил билет до небольшого городка в северо-восточном направлении. Кассирша, уставшая от работы женщина, сердито ответила:

– Молодой человек, мне не до шуток с вашими направлениями. Говорите, куда надо.

Артем увидел на табло город Уренгой и сказал:

– Мне в сторону Уренгоя до городка на букву «У»…

Кассирша вдруг улыбнулась и сказала:

– А на букву «Х» не хочешь? Будет тебе на букву «У»… – У нее как раз племянница приехала из провинциального городка на эту букву. – Но поторопись, поезд через двадцать минут уходит.

Место ему попалось удобное, видимо, кто-то отказался от билета, в первом купе на нижней полке. Несмотря на то, что весь день был напряженным, заснуть Артем не мог. Ехать ему было девять часов, в пять утра он будет в своем городке У…

Он ворочался, вздыхал, чуть хлюпал носом. Монотонный стук колес будил воспоминания. По внутреннему взору потекли картинки давно минувших дней.

Тогда тоже была осень.

Внутренний голос монотонно бубнил:

– Конечно, ты был молод, но это никак тебя не смущало. Тебе было восемнадцать лет. Вся жизнь впереди, а ты зациклился на зрелой женщине.

– Да, зациклился, а тебе не все равно?

Внутренний голос тихий, вкрадчивый, бархатистый. Артем с ним часто спорил, порой мирно беседовал, но нередко прогонял. Стыдно и некомфортно он действовал на Артема. Но все-таки частенько он к нему прислушивался. Внутренний голос появлялся в те минуты, когда Артема настигал раздрай в голове. Ум терял покой.

– Почему тебя не было в восемнадцать лет? – раздраженно спросил Артем.

– Ты просто меня не слышал и не слушал, – вновь заговорил внутренний голос.

– Ты помнишь? – говорил ему его собственный тихий голос. – Ждал ее у подъезда, радовался, завидев легкую походку, трепетал под ее голубым взглядом.

Ты любил ее даже не за то, что фигурой ладная, не за лучистые глаза, а за характер: не криклива, не сварлива. Ты любил ее как мать, но чего не было в твоей матери.

Мать была строга, на похвалы скупа, немногословна, неприветлива, вечно пропадала на двух работах. В детстве, когда ты был маленький, за проступки тебе часто объявляли бойкот. А вместо того, чтобы спокойно поговорить с тобой или хотя бы просто обратить на тебя внимание, мама переставала общаться. Тебе приходилось справляться с чувством отверженности и одиночества.

Тебе казалось, что твое поведение не соответствует ожиданиям родителей или вызывает у них разочарование. А ты ждал общения, чтоб тебя выслушали, часто ты не понимал свои ошибки, а мама не пыталась тебе помочь. Сколько было неосознанных переживаний, страданий. И маленькими шажками вы с мамой отдалялись друг от друга. А потом ее не стало.

– Что ты понимаешь? – вопил про себя рассерженный Артем. – Мама при любых обстоятельствах остается мамой. Я ее любил, и она меня любила. Видишь на мне медальон? Это она мне подарила. Забыл?