Чтение онлайн

— Пока бьется сердце в моей груди не оставлю установку, буду биться до полного разгрома врага.

Так самоотверженно сражался весь личный состав полка.

Экипаж другой установки, где командиром орудия был старшина А. К. Садыков, с первого дня операции действовал в составе передового отряда корпуса. В тяжелых боях на подступах к Шпрее он уничтожил до 40 гитлеровцев, 2 танка, 4 противотанковых орудия и 3 автомашины. При этом установка не получила ни одного повреждения, что являлось результатом замечательного воинского мастерства ее экипажа, а также высокой технической выучки. Вообще постоянная боевая готовность материальной части была нерушимым законом во всех подразделениях полка, как и других частей корпуса.

Итак, к исходу 23 апреля после упорных двухдневных боев соединения и части 11-го гвардейского танкового корпуса вышли к Шпрее в районе Карлсхорста. Справа и слева успешно наступали 11-й танковый и 8-й гвардейский механизированный корпуса. Севернее обходила Берлин 2-я гвардейская танковая армия.

Вместе с ними и за ними шли общевойсковые армии. Тысячи танков и орудий, сотни тысяч воинов Красной Армии неудержимой лавиной надвинулись на фашистскую столицу. Ни днем, ни ночью не умолкала артиллерийская канонада, с воздуха врага громила советская авиация.

Противник непрерывно вводил в бой резервы. Как известно, войска, оборонявшиеся к востоку от Берлина, только в первые дни операции 1-го Белорусского фронта были усилены 7 дивизиями, 2 танкоистребительными бригадами и более чем 30 отдельными батальонами [199] . Но не было такой силы, которая смогла бы сдержать могучий натиск Красной Армии, несшей на своих знаменах освобождение человечества от фашизма. И не было меры доблести и героизма советских войск, успешно преодолевших преграды на пути к Берлину, окруживших его со всех сторон и теперь готовившихся нанести решающие удары по последнему оплоту гитлеровского рейха.

В штурме Берлина предстояло участвовать и 11-му гвардейскому танковому корпусу. Такое изменение его первоначальной задачи, предусматривавшей обход города с юга, было связано с особенностями развития обстановки.

Но сначала — несколько дополнений к итогам боевых действий корпуса за первые восемь дней наступления войск 1-го Белорусского фронта на Берлин.

Прежде всего нужно отметить, что он, как и вся 1-я гвардейская танковая армия, действовал на направлении, где противник оказывал наиболее сильное сопротивление. Это подтверждается и оценкой обстановки, данной командующим фронтом [200] . К тому же корпус неизменно наступал впереди стрелковых войск или, взаимодействуя с ними, обеспечивал их продвижение вперед. Таким образом, он на своем направлении словно тараном пробивал путь к Берлину. А, как известно, на этом пути, кроме Зееловский оборонительной полосы, гитлеровцами были созданы еще три — внешняя заградительная зона, внешний и внутренний обводы. Причем все они, по существу, сливались в одну сплошную, растянувшуюся на многие десятки километров в глубину, мощную оборонительную полосу.

Выход корпуса 23 апреля к Шпрее в районе Карлсхорста означал, что преодолены не только внешний, но и внутренний оборонительные обводы. Однако и этим не исчерпывался успех наших войск на данном направлении.

Следует напомнить, что оборонявшиеся здесь, а также южнее войска вражеской 9-й армии, терпя поражение на подступах к Берлину и отступая с упорными боями, стремились отойти в пределы города с целью усиления его обороны. Если учесть, что эта юго-восточная группировка 9-й армии насчитывала до 200 тыс. солдат и офицеров и имела на вооружении большое число танков и артиллерии, то легко представить, насколько ее отход в пределы Берлина усложнил бы задачу наших войск по овладению столицей фашистской Германии.

Поэтому в планах Советского командования важное место занимали мероприятия по отсечению и разгрому этой группировки совместным ударом части сил левого крыла 1-го Белорусского и правого крыла 1-го Украинского фронтов.

Задача была успешно выполнена. «Введенная из резерва фронта, — писал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, — 3-я армия генерала А. В. Горбатова, развивая наступление вдоль канала Одер — Шпрее и используя успех 1-й гвардейской танковой армии, быстро вышла в район Кенигвустерхаузен. Отсюда, резко повернув на юг и юго-восток, она нанесла удар на Тойпитц и 25 апреля соединилась с частями правого крыла войск 1-го Украинского фронта, наступавшими в северо-западном направлении. Плотно сомкнулось кольцо окружения вражеской группировки юго-восточнее Берлина в районе Вендиш — Бухгольц» [201] .

Маршал Жуков отмечал также: «Следует подчеркнуть значительную роль 1-й гвардейской танковой армии 1-го Белорусского фронта, которая, выйдя на юго-восточную окраину Берлина, отрезала пути отхода 9-й армии в Берлин. Это облегчило дальнейшую борьбу в самом городе» [202] .

Большой вклад в осуществление этой задачи внесли воины 11-го гвардейского танкового корпуса 1-й гвардейской танковой армии. Их прорыв в Уленхорст и Карлсхорст, как и выход действовавшего левее 8-го гвардейского механизированного корпуса в район Кепеника, позволил командованию фронта ввести на этом направлении 3-ю армию генерала А. В. Горбатова и ее силами во взаимодействии с войсками 1-го Украинского фронта осуществить окружение 200-тысячной вражеской группировки юго-восточнее Берлина.

Это облегчило нашим войскам, в том числе и 11-му гвардейскому танковому корпусу, задачу разгрома противника внутри города.

Тем не менее эта задача оставалась достаточно сложной и трудной. Мощные оборонительные обводы, прорванные соединениями и частями корпуса, оказались лишь «цветочками» по сравнению с обороной внутри города. Гитлеровцы создали в Берлине 9 секторов обороны, насчитывавших до 400 железобетонных дотов, многие из которых имели стены толщиной до 2,5 м и перекрытия высотой до 3 м. Это были настоящие крепости, вмещавшие гарнизоны численностью до тысячи солдат и офицеров. Многочисленные зенитные батареи, расположенные на крышах прилегающих зданий, защищали их от бомбардировок. Да и сами эти здания, как и множество других строений, были превращены в опорные пункты с десятками огневых точек в каждом. Много танков и орудий стояло наготове в укрытиях на всех улицах, перекрытых к тому же тяжелыми баррикадами.

Таков далеко не полный перечень всего, что стояло на пути наших войск в Берлине. Но советские воины были полны решимости сломить любые преграды, чтобы довершить окончательный разгром противника в его логове, увенчать великой Победой свою почти четырехлетнюю борьбу с злейшим врагом человечества — фашизмом. Эти мысли и чувства владели и воинами 11-го гвардейского танкового корпуса.

Вдохновляющим явился и прозвучавший по радио приказ Верховного Главнокомандующего от 23 апреля 1945 г., в котором личному составу корпуса, как и другим соединениям, объявлялась благодарность за прорыв вражеской обороны и успешное наступление на Берлин. Содержание приказа передавалось из уст в уста. В частях и подразделениях состоялись короткие митинги, на которых воины корпуса заявили, что вместе со всей Красной Армией довершат разгром гитлеровской Германии.

В этот же вечер они с радостью узнали, что дальнейшая задача корпуса — наступать не в обход Берлина, а в направлении его центральной части.

Выше уже упоминалось о таком изменении первоначально поставленной задачи. Оно было вызвано тем, что командованием фронта с целью «всемерно ускорить разгром обороны противника в самом Берлине было решено 1-ю и 2-ю гвардейские танковые армии бросить вместе с 8-й гвардейской, 5-й ударной, 3-й ударной и 47-й армиями в бой за город. Мощным огнем артиллерии, ударами авиации и танковой лавиной они должны были быстро подавить вражескую оборону в Берлине» [203] .

В ночь на 24 апреля командование 1-й гвардейской танковой армии приказало 11-му гвардейскому танковому корпусу форсировать Шпрее на участке Карлсхорст — Шеневейде и, нанеся удар в направлении Трептова, выйти главными силами в район Герлитцкого вокзала.

Условия форсирования Шпрее на указанном участке были крайне неблагоприятны. И дело не только в том, что река здесь течет в крутых берегах, высота которых достигает 7 м. Трудности дополнялись наличием многочисленных каналов на намеченном для удара направлении. Они и послужили врагу основой для создания мощного противотанкового района, насыщенного большим количеством артиллерии. В этом отношении более благоприятным для форсирования явился участок реки, расположенный левее, в районе Кепеника, что и использовали с успехом части соседнего 8-го гвардейского механизированного корпуса. Вероятно, было бы целесообразно сразу повернуть на их маршрут и бригады 11-го гвардейского танкового корпуса. Однако резкое различие в условиях на том и другом участках выявилось лишь в середине дня 24 апреля уже в ходе боев за переправы.