Чтение онлайн

Капитан Исаев вернулся из штаба полка, собрал командиров, объяснил задачу – идем, как и вчера, на Луцк. Первой – разведрота, на мотоциклах и бронемобилях, за ней – взвод лейтенанта Чуева, а потом – все остальные. Так Костя оказался во главе своего полка.

Начался долгий, утомительный марш по пыльным проселкам. Солнце нагрело броню, пришлось открыть все люки – иначе дышать совсем нечем. Костя высунулся из башни – следил за дорогой и время от времени сверялся с картой: правильно ли идем?

Противника не было, если не считать немецкие бомбардировщики, время от времени появлявшиеся в летнем небе. Тогда приходилось останавливаться и прятаться под деревьями – чтобы не заметили. Это тормозило движение, зато давало возможность немного отдохнуть и охладить двигатели. Немецкие летчики внимания на растянувшуюся в лесу танковую колонну не обратили – видимо, у них были другие, более важные цели…

Два раза по дороге заправлялись – карбюраторные двигатели БТ жрали бензин со страшной силой. Хорошо, что автоцистерны успели догнать по дороге… К концу дня 40-й танковый полк преодолел пятьдесят километров, что, несомненно, можно было считать достижением.

Грузовиков для мотопехоты не хватало, отправили подвозить горючее и снаряды, поэтому мотострелки по большей части топали на своих двоих. А должны были бы на машинах, чтобы не отстали…

Пехоте приходилось особенно тяжело: помимо винтовок несли на себе ручные и станковые пулеметы, а также 50-мм и 82-мм минометы и боеприпасы к ним. Жара же стояла страшная, под тридцать градусов…

Пехота растянулась на несколько километров, шла еле-еле, вся в пыли и в поту. У деревенских колодцев вспыхивали драки – все лезли вперед, спешили поскорее умыться и напиться и еще набрать с собой воды. В общем, день выдался очень утомительным, тяжелым. Наконец, под самый закат, доползли до мелкой лесной речушки. Судя по карте – какой-то приток Стыри. До цели, Луцка, оставалось еще два дневных перехода…

Командир танкового полка майор Третьяков приказал остановиться. Идти дальше нельзя, люди вымотались до предела, да и технике требовался осмотр и ремонт. Бойцы с радостью понеслись купаться – скидывали на бегу форму и прямо голышом бросались в чистую речку.

Какое же это наслаждение – окунуться в прохладную воду после долгого жаркого дня! Бойцы, стоящие в охранении, вздыхали и молча завидовали товарищам – тоже очень хотелось окунуться. Хоть на пять минут – поплавать, поплескаться, смыть с себя серую пыль!

Капитан Исаев похвалил Чуева: молодец, не потерял ни одного БТ. Костя чувствовал себя неловко: это же не его заслуга, а бывшего комвзвода. Именно Бобков приучил людей тщательно следить за техникой.

Ужин был таким же, как и завтрак, – пшенная каша. Ладно, хорошо, что хоть это было… Кухня и полевой хлебозавод далеко отстали, плелись где-то в самом хвосте… Когда еще догонят! После ужина немного посидели возле костра, покурили, поговорили о том о сем, а потом легли спать. В общем, воевать в этот день Косте так и не пришлось. Хотя страстно мечтал об этом.

Первое столкновение с противником произошло на следующий день, уже под вечер. Этому предшествовал очередной изнуряющий переход – по дневной жаре, третий подряд. Красноармейцы сосем выдохлись, буквально валились с ног, техника и та начала отказывать. Моторы чихали, кашляли, захлебывались пылью. Пришлось оставить на дороге еще несколько машин, в том числе и одну Костину. К счастью, его собственная «бэтушка» пока шла нормально, не капризничала.

К вечеру наконец добрались до тихого, провинциального городка. Там и обнаружили гитлеровцев. Они днем заняли Клевань (причем без боя, просто вошли) и теперь отдыхали. Ужинали, готовились к ночлегу… Столкновения с советской частью они, похоже, совсем не ждали.

Майор Третьяков приказал немедленно атаковать противника. Конечно, следовало бы дать пехоте немного отдохнуть, прийти в себя (только что с марша!), но… Немецкие дозорные засекли советские танки на опушке леса и подали сигнал. Гитлеровцы засуетились, потащили на окраины противотанковые пушки. А где-то за низенькими хатами уже грозно, раскатисто заревели моторы, значит, у них есть и панцеры… И точно – из-за деревьев на шоссе выползло несколько серо-зеленых танков с черными крестами на квадратных лобастых башнях.

Костя велел закрыть люки – сейчас начнется. Его первый бой… Пока ждали сигнала, он с интересом рассматривал чужую технику. Без труда узнавал: это – Pz.II, легкий, не очень опасный противник, справимся без труда, а вот дальше – «троечка», это уже гораздо серьезнее. И еще какие-то незнакомые машины, очевидно, трофейные, захваченные гитлеровцами во Франции, Польше и других европейских странах. Их тоже пригнали сюда…

Ну что ж, дадим отпор, расстреляем и их тоже. Мы же вам не поляки какие-нибудь, чтобы сдуться за три недели, будем драться по-другому, по-настоящему. Смело и решительно.

Сообщение Советского Информбюро за 26 июня

… На Луцком направлении в течение всего дня идут крупные и ожесточённые танковые бои с явным перевесом на стороне наших войск. На Черновицком направлении наши войска успешно отражают попытки противника форсировать реку Прут. На Бессарабском участке фронта части Красной Армии прочно удерживают за собой госграницу, отбивая атаки немецко-румынских войск. Противник, пытавшийся наступать у Скулени, с тяжёлыми для него потерями отброшен на западный берег реки Прут.

Наша авиация в течение дня бомбардировала Бухарест, Плоешти и Констанцу. Нефтеперегонные заводы в районе Плоешти горят. В течение 26 июня авиация противника особой активности не проявляла. Истребители противника оказывали слабое сопротивление нашим бомбардировщикам. Данные о количестве уничтоженных самолётов противника и наших потерях уточняются.

На наблюдательный пункт Костиного батальона (как раз возле машины Чуева) прибыл комдив Черняев. Посмотрел в бинокль на выдвинутые панцеры, подумал и отложил атаку. Приказал развернуть на опушке дивизионную артиллерию – пусть сначала та поработает…

На окраину выкатились «боги войны» – 122-мм гаубицы. Расчеты поставили их на прямую наводку, стали ждать. Вот сейчас противник пойдет на нас… И точно – немцы уже появились на поле.

По извилистому проселку, высоко поднимая пыль, затарахтели немецкие мотоциклы, за ними поползли пулеметные броневики (пять штук), а дальше неспешно, через рожь, пошли солдаты в серо-зеленых мундирах. В полный рост, не пригибаясь. Рукава кителей закатаны до локтей, воротники расстегнуты – загородная прогулка в теплый летний вечер. Похоже, немцы не ждали серьезного сопротивления, ведь до этого советские части обычно отходили без боя. И поплатились за свою беспечность…