Чтение онлайн

11 августа наступление началось. Наконец, был взят Бинт-Джбейль. Впереди уже виделась главная цель — выход к реке Литани, что означало очистку всего Южного Ливана. 12 августа АОИ нанесла решающий удар вдоль долины вади Салуки силами целой дивизии (до 15 тысяч человек). Ударный кулак составляли более 100 единиц тяжелой бронетехники. Впереди шли танки «Меркава-IV». В долине «в лоб» их встретили комплексы «Корнет», с флангов ударили расчеты РПГ-29 «Вампир». По данным АОИ в том бою было уничтожено четыре «Меркава-IV». Повреждения различной степени получили еще 17 единиц БТ. Был сбит израильский вертолет, территория Израиля вновь подверглась интенсивному ракетному обстрелу. Всего в тот день только убитыми АОИ потеряла 24 военнослужащих.

12 августа ООН приняла новую резолюцию о прекращении огня в Южном Ливане. Находясь в шоке от событий на фронте, правительство Израиля поспешило ее принять. Прекращение огня вступало в силу с 0 часов 14 августа.

«Хезболла» тоже согласилась на мир и спешно отвела своих бойцов за Литани. 13 августа, не встречая серьезного сопротивления, израильские танки вышли к Литани. Интенсивные бои продолжались только у блокированного израильтянами городка Айта аш-Шааб в 700 метрах от израильской границы. Потери АОИ в тот день составили 9 убитых и 203 раненых.

«Хезболла» в последний раз «салютовала» по Израилю самым мощным за весь конфликт залпом — 250 ракет. Израильская авиация уничтожила 11 многоэтажных зданий в Бейруте.

На время АОИ заняла весь Южный Ливан, срыла все обнаруженные бункеры и укрепления, взорвала или взяла в качестве трофеев склады с оружием, в том числе с боеприпасами для ПТРК и сами комплексы. Вскоре израильтян сменили войска ООН. В регион вновь стали просачиваться отряды «Хезболлы».

Израиль добился оперативной цели: прекращения обстрелов своей территории, отвод вооруженных сил «Хезболлы» от своей границы на безопасное расстояние 30 км. И, хотя АОИ нанесла противнику существенные потери, добиться разгрома «Хезболлы» не смогла. Не была достигнута и главная декларируемая цель войны — возвращение пленных солдат.

«Хезболле» удалось сохранить ядро своей армии, приобрести ценный боевой опыт и нажить огромный политический капитал в исламском мире. Потери в живой силе, военной технике и вооружениях, инфраструктуре, финансах она быстро восполнила за счет Ирана и притока новых добровольцев.

Ход второй ливанской войны показал, что «мятежвойна» становится все более технологичной — в ней решающая роль переходит к новейшим вооружениям. Наличие у партизан современных комплексов ПТО стало сенсацией той войны. Впервые палестинцы смогли обогнать израильтян в некоторых технических аспектах. Они могли декодировать израильские радиоканалы, то есть быть в курсе как текущей обстановки, так и планов противника. Сами же использовали несколько способов связи, в которые оказалось трудно «вклиниться»: проводные полевые телефоны, сотовую и пейджинговую связь.

Израиль имеет богатейший опыт по ведению антипартизанских действий в самых разных условиях, в том числе особо трудных — горах и городе. Его «Меркавы» созданы для ведения всех возможных видов боевых действий в этом регионе. В том числе, чтобы противостоять партизанско-диверсионным действиям. Однако АОИ не смогла выработать новую более эффективную тактику применения современной бронетехники против «партизан ХХI века».

Обе стороны конфликта стали заложниками своей технической и технологической мощи.

Израиль сделал ставку на превосходстве в традиционных вооружениях. Господствуя в воздухе, практически безнаказанно нанося удары и высокоточным оружием, и боеприпасами большой поражающей мощи, авиация не смогла самостоятельно выиграть эту войну. Доктрина Дуэ и на этот раз не сработала.

Малоэффективным оказалось массированное использование артиллерии. Сотни тысяч снарядов крупных калибров были расстреляны впустую «по квадратам», однако сокрушить систему укреплений они не смогли, хотя нанесли ей определенный урон.

В наземной операции основную роль вновь должны были сыграть танки. Расчет на огневую мощь и неуязвимость ОБТ «Меркава-IV» привел к его применению как «универсального средства». Эффект должно было усилить массированное использование. На заключительном этапе кампании численность экипажей веденной в наступление тяжелой бронетехники была примерно равна численности противостоящей ей пехоты «Хезболлы». Собственно по пехоте израильтяне добились двенадцатикратного перевеса.

Стоило этому «универсальному средству» столкнуться с адекватным отпором, как рухнула вся построенная на нем система ведения наземной войны. Разумеется, при продолжении боевых действий военная группировка «Хезболлы» в Южном Ливане была бы полностью уничтожена. Но победа была бы достигнута ценой недопустимо высоких потерь для АОИ.

В итоге четверть всех погибших во Второй ливанской войне израильских военных пришлась на танкистов: 31 из 119 (121). Впрочем, в «войне Судного Дня» потери среди танкистов составляли почти половину всех потерь живой силы АОИ.

Всего из ПТУР и РПГ было поражено 45 танков «Меркава» (11 % задействованных в операции), в 24 случаях произошло пробитие брони. Еще от 3 до 7 танков подорвались на фугасах. Восстановлению не подлежали 5 танков. Стоит напомнить, что таковыми считаются только фатальные повреждения бронекорпуса или изменения в структуре брони из-за воздействия высоких температур.

Было потеряно более 12 единиц бронетранспортеров и бульдозеров. Что говорит о довольно высокой живучести этих средств и действенности концепции тяжелых БМП.

Общий итог: 5 танков уничтожено, 19 подбито, 21 поврежден. Максимальные потери (уничтожено — подбито — повреждено) БТ оцениваются в 65 единиц, из них 2/3 пришлось на 10–13 августа. Известия о десятках потерянных единиц бронетехники, десятках убитых и сотнях раненых буквально за одни сутки произвели на руководство армии и страны шокирующее воздействие.

Аналитики отметили низкий процент попаданий, поскольку было зафиксировано 1000 выстрелов из «реактивных систем». Однако в первоначальных отчетах АОИ фигурировала весьма расплывчатая цифра «500–1000 выстрелов» на участках применения бронетехники, «учитывавшая» все пуски из РПГ, ПТУР, ПТРК, а также из одноразовых ручных гранатометов, в том числе направленные на отсечение пехоты от танков. Количество пусков из ПТРК всех видов вряд сильно ли превышает 100, что в итоге дает неплохую для боевых условий точность попаданий. В то же время только вертолеты поля АОИ боя выпустили более 500 ПТУРСов, хотя «Хезболла» не имела бронетехники.

В аналогичной ситуации зависимости от технологического потенциала оказалась «Хезболла». Ее стратегия и тактика свелась в итоге к различным формам применения тех или иных видов ракетного оружия. Утратив в первый день арсенал ракет большой и средней дальности, руководство «Хезболлы» лишилось возможности «говорить с Израилем на равных», то есть полноценно использовать возможности «ракетного террора». Массированное применение РЗСО исходило не из военных, а из политических и психологических целей. Вместо того, чтобы использовать комплексы залпового огня по их прямому назначению — поражать скопления войск противника, в том числе наступающих колонн, более 4000 НУР были выпущены в направлении населенных пунктов на израильской территории.