Чтение онлайн

В одном из боев немецкие «панцеры» окружили их громадный, но неповоротливый танк и расстреляли его практически в упор. Командир Т-35, опытный танкист майор Корчагин геройски погиб, прикрывая отход своего экипажа. Он сражался до последнего в уже охваченной огнем головной орудийной башне. Пока не сдетонировал оставшийся уже немногочисленный запас снарядов…

Уже потом, перед самым штурмом Дубно, Горелов получил под командование тяжелый «Клим Ворошилов». На нем он вместе со своим бессменным механиком-водителем воевал и сейчас.

Да, многие были обязаны жизнью нынешнему командиру 4-й танковой бригады. В августе 1941 года Михаил Ефимович вывел из окружения остатки своей 20-й механизированной дивизии, а потом был назначен на должность командира вновь сформированной в Сталинграде 4-й танковой бригады.

Она была создана по новому образцу, не по полковой, а по батальонной системе. Это позволяло более гибко использовать все наличные силы. Что Михаил Ефимович и делал, причем с большой эффективностью. Но делал он это точно и расчетливо.

* * *

— Сейчас вы — наша последняя надежда! Именно от слаженности действий экипажей тяжелых танков КВ-1 и приданных вам подразделений зависит успех всей активной обороны! — Инструктаж перед боем проводил лично Михаил Ефимович. Всего в бригаде оставалось семь тяжелых танков «Клим Ворошилов», и одним из них был стальной богатырь с размашистой надписью белой краской: «Смерть фашистам!» Командовал им старший лейтенант Николай Горелов. — Активно используйте радиосвязь и надежно маскируйте танки на позициях. А после первых же выстрелов — сразу же меняйте позиции. Каждому тяжелому танку отводится свой район ответственности: развилка дорог, мост, господствующая высота. И ваша задача — не только удержать этот объект, но и максимально измотать силы врага, нанести механизированным и танковым соединениям гитлеровцев максимальный урон! Вам будут приданы подразделения автоматчиков и легкие танки Т-40. На пункте боепитания бригады получите дополнительный боекомплект бронебойных снарядов, зарядите и снарядите танки всем необходимым. Теснее используйте взаимодействие частей, которые имеются у вас в наличии. Громите фашистскую гадину по-суворовски: не числом, а умением!

— Есть, товарищ комбриг!

— По машинам! Выдвигайтесь скрытно и действуйте по своей инициативе. Враг ни за что не должен прорваться сквозь наши заслоны. И помните: отступать некуда, за нами — Москва!

— Служу трудовому народу!

* * *

— Экипаж, строиться!

Четыре танкиста замерли у массивной боевой машины по стойке «смирно».

Николай Горелов всмотрелся в эти лица, будто видел их впервые или же хотел запомнить навсегда. Старшина Стеценко, механик-водитель. С ним Горелов с самого начала войны. Сражались вместе с 26 июня на пятибашенном «танке-крейсере» Т-35. Горелов тогда был командиром передней малой орудийной башни, а Степан Никифорович Стеценко — старшим механиком-водителем «сухопутного крейсера».

— Товарищ старший лейтенант! Экипаж тяжелого танка «Клим Ворошилов» по вашему приказанию построен! Докладывает старшина Стеценко!

Но и без нее ворчливый старшина был ревнителем воинской дисциплины и порядка. А еще он буквально холил и лелеял грозную боевую машину. «Будь с танком, как с другом, и он никогда тебя не подведет», — любил повторять он. И на каждом привале лез в двигатель своего ненаглядного «Климушки», что-то там подтягивал, гремя гаечными ключами, ремонтировал.

В этом ему помогал младший механик-водитель экипажа, он же — заряжающий Роман Ветров. Этот светловолосый парень из Харькова работал раньше на ХТЗ и в технике разбирался не хуже старшины. Но был вежлив и никогда не ставил под сомнение авторитет старшего товарища.

Стрелок-радист Леонид Красин окончил общевойсковое училище связи, а уже с началом войны был направлен в танковые войска, в штаб механизированной бригады. Но молодому парню не сиделось «на теплом месте». Хотя под Киевом штаб подчистую разгромили немецкие пикирующие бомбардировщики «Юнкерс» Ju-87 — печально известные «лаптежники». Ему хотелось лично бить фашистскую гадину на передовой! — о чем он не раз писал в рапортах. Тогда же командование удовлетворило его рапорт и направило в экипаж тяжелого танка «Клим Ворошилов».

Командир орудия Тарас Омельченко был родом из Кременчуга, приписал год для совершеннолетия. Танковые пушки Л-11, Ф-32 и Ф-34 калибра 76,2 миллиметра он освоил за десять дней! Как и пулемет ДП-27 и ДТ-29 — «Дегтярев-танковый». В родном городе, занятом гитлеровцами, у него осталась семья и любимая девушка — Катруся. Он мечтал, как ворвется на своем тяжелом танке на улицы родного города и будет огнем пушки уничтожать ненавистных оккупантов! А потом обнимет старушку-мать и свою коханую. [10]Но до этого было еще очень далеко…

Заряжающий Максим Леонидов был единственным москвичом в экипаже. В субботу он со школьными друзьями кружился на выпускном балу, и все дороги были перед ним открыты!.. А в понедельник вчерашний школьник уже стоял в длинной очереди добровольцев у дверей военкомата. Разумеется, усталый, с красными от недосыпа глазами военком молча указал юнцу на дверь:

— Не бойся, парень, на твой век хватит повоевать!..

И тогда Макс вместе со сверстниками пошел в один из многочисленных отрядов гражданской обороны. Он тушил немецкие бомбы-«зажигалки», растаскивал завалы после бомбежек, оказывал помощь раненым. А когда враг подошел уже совсем близко, ушел копать окопы и противотанковые рвы поясов обороны вокруг своей столицы. Потом, приписав в метрику себе еще один год, пошел служить в танкисты! Радости его предела не было: наконец-то он поквитается с проклятыми оккупантами!

На лице старшего лейтенанта Горелова не дрогнул ни один мускул, но сердце в очередной раз сжалось, глядя на вчерашних пацанов… Людей сейчас катастрофически не хватало. Нет, от добровольцев отбоя не было. А вот опытные бойцы, кадровые, в большинстве своем полегли на всем протяжении от Буга до Днепра и дальше — до Северского Донца. А те, кто выжил, переводились на командные должности вместо погибших. Младших командиров катастрофически не хватало. Отсюда и просто чудовищные потери в живой силе.

Вчерашний учитель истории, а ныне — командир взвода или роты мог бы красочно рассказать о героическом сражении трехсот спартанцев царя Леонида в Фермопильском ущелье. Однако он не знал о тактических преимуществах, которые дает радиосвязь, и не мог полностью использовать преимущества новых боевых порядков пехоты или противотанковой артиллерии…

Вот и приходилось воевать с отважными, но неопытными юнцами. Удивительное дело, но он, Николай Горелов, их командир, был ненамного старше. Но на его виски уже легла первая жаркая изморозь фронтовой зимы…

— Экипаж, слушай мою команду! Приступить к погрузке боекомплекта и заправке танка. Механикам-водителям — проверить дизель и ходовую часть. Быть готовыми к выдвижению в указанный район по сигналу. Сигнал — зеленая ракета. Задача ясна?

— Так точно!

— Выполнять!

Танковый экипаж мгновенно рассыпался. Николай Горелов наравне со всеми перегружал 76-миллиметровые унитарные выстрелы к пушке, копался в двигателе вместе с ворчливым старшиной Стеценко и неунывающим Ромкой Ветровым. Кантовал скользкие бочки с солярой. Они были все вместе: единая фронтовая семья, объединенная общей целью — победой и общим стальным «организмом» — тяжелым танком КВ.