Чтение онлайн

Трофеи польской кампании. На переднем плане танкетки TK-3 и TKS.

Следует, однако, признать, что польское правительство, бежав в Румынию 16 сентября, опередило своих танкистов. Продолжавшаяся вплоть до 28 сентября оборона Варшавы в стратегическом плане уже ничего не решала, точно так же, как не стал решающим для обороны Польши ввод советских войск в Западную Белоруссию и Западную Украину 17 сентября 1939 года. К этому дню Польша уже потерпела полное поражение. Темп же продвижения немецких танковых и моторизованных группировок достигал в это время 25–30 км в сутки и занять всю Восточную Польшу (Западную Украину и Западную Белоруссию) они могли в течение 4–8 суток, то есть к 21–25 сентября.

Подводя итоги Польской кампании, можно констатировать, что внезапный, мощный удар крупных масс немецких танков и моторизованной пехоты обеспечил прорыв слабо подготовленной обороны польских войск.

При этом, правда, немцам удалось рассечь войска противника на отдельные части, но полностью окружить их и уничтожить, как это было запланировано, они не смогли.

Немецкие солдаты осматривают танкетку TKS, захваченную вместе с перевозившим её грузовым автомобилем «Урсус». Сентябрь 1939 года.

Тактика германских танковых войск основывалась в большей степени на быстроте действий, чем на огневой мощи. Основная задача заключалась в том, чтобы внести смятение. Узлы сопротивления, укреплённые районы, противотанковые препятствия, леса и деревни обычно обходились; германские командиры старались найти линии наименьшего сопротивления, ведущие в тыл противника. После прорыва успех развивался также в глубину, вместо того чтобы следовать более осмотрительному методу, разработанному французами: расширять прорыв по фронту. Для наступления немцами создавались высокие плотности танков, которые на направлении главного удара достигали 50–80 машин на 1 км участка прорыва. Тактика развития прорыва в глубину была рискованной, так как энергичный противник мог отрезать прорвавшиеся части. Успешные же действия танковых дивизий и высылаемых от них на удаление до 50 км передовых отрядов в значительной степени объяснялись неподготовленностью польских войск к ведению оборонительных действий в условиях массированных танковых атак, отсутствием у поляков достаточного числа противотанковых средств и слабым управлением войсками. Применение в германо-польской войне большого количества танков придало наступательным операциям стремительность, скоротечность и большую глубину. Массированное применение танков и взаимодействующей с ними авиации ставило обороняющегося перед необходимостью иметь глубокоэшелонированную оборону, способную выдержать мощный танковый удар, и подвижные резервы для борьбы с танковыми группировками. Вместе с тем в действиях корпусов и дивизий Панцерваффе отмечалось стремление к нанесению фронтальных ударов, недостаточное применение манёвра на поле боя, недостаточно хорошо организованные управление и взаимодействие между танками, пехотой и артиллерией. Однако немцы быстро учились на своих ошибках.

3 сентября в 11:00 Великобритания, а в 17:00 Франция объявили Германии войну. На следующий день был подписан франко-польский договор о взаимопомощи. Однако это не поколебало уверенности Гитлера, который считал, что, «если они и объявили нам войну, то это для того, чтобы сохранить своё лицо, к тому же это ещё не значит, что они будут воевать». И действительно, после формального объявления войны на франко-германской границе ничего не изменилось. Немцы продолжали возведение укреплений, а французские войска, передовым частям которых было запрещено заряжать оружие боевыми снарядами и патронами, безучастно взирали на германскую территорию. Главнокомандующий французскими войсками генерал Гамелен говорил: «Стрелять по работающему противнику? Тогда немцы ответят стрельбой по нашим!» В случае попыток групп противника наступать через Рейн приказывалось первоначально стрелять в воздух или в воду. Электростанция Канб, сияя огнями, продолжала работать между передовыми линиями французов и немцев на «ничейной» земле. Её никто не трогал ни с той, ни с другой стороны. У Саарбрюккена французы вывесили огромные плакаты с надписью: «Мы не произведём первого выстрела в этой войне!» На многих участках границы французские и немецкие военнослужащие обменивались визитами, продовольствием и спиртными напитками.

Лёгкий танк «Рено» FT31 — модернизированный FT17 периода Первой мировой войны. Франция, 1938 год.

Вместе с тем, будет ошибочным считать, что девять месяцев «странной войны» не использовались противоборствующими сторонами для накапливания сил и подготовки к возможным будущим сражениям. Вот только процесс этот шёл с разной интенсивностью и с разными целями.

Так, предмобилизационные мероприятия во Франции начали проводиться ещё летом 1939 года, когда были призваны резервисты в 49 специальных крепостных батальонов и 43 специальные артчасти, составлявшие войска прикрытия на «Линии Мажино». 23 августа во Франции началась скрытая мобилизация и были введены в действие планы обеспечения безопасности Парижа и границ с Бельгией, Италией и Швейцарией. До 27 августа было отмобилизовано 3/4 французских вооружённых сил — 1895 тыс. чел., 8 тыс. орудий и миномётов, 2,5 тыс. танков и до 2 тыс. самолётов. 27 августа было призвано ещё 725 тыс. человек, и вооружённые силы достигли численности 2674 тыс. человек. 1 сентября, когда во Франции была объявлена открытая мобилизация, на её территории уже находились 72 пехотные (кадровые, резервные, североафриканские, колониальные и крепостные войска, равноценные 15 дивизиям), 3 кавалерийские и 2 лёгкие механизированные дивизии и 39 отдельных танковых батальонов.

Против Германии французское командование развернуло Северо-Восточный фронт в составе 1-й, Арденнской, 2-й, 3-й, 4-й, 5-й, 7-й и 8-й армий, в которых к 3 сентября насчитывалось 78 дивизий. Уже 4 сентября мобилизация во Франции завершилась, а войска были развёрнуты на позициях. К 10 сентября французские вооружённые силы закончили развёртывание по штатам военного времени и насчитывали почти 5 млн. человек.

Зенитная установка 8-мм пулемёта «Гочкис» на мотоцикле Rene Gillet G1. На коляске мотоцикла эмблема 6-й разведывательной группы (6е GRDI) 3-й моторизованной дивизии. Эмблема напоминает о том, что группа когда-то была 6-м полком алжирских спаги. Франция, 1940 год.

К началу Второй мировой войны французская армия располагала внушительным танковым парком, значительно хуже обстояло дело с организационным строительством танковых войск. По ряду причин первой к развёртыванию механизированных соединений приступила кавалерия. С 1931 по 1940 гг. в её составе были сформированы три лёгкие механизированные кавалерийские дивизии — Division Legere Mecanique (DLM), которые по существу представляли собой танковые дивизии от кавалерии. Каждая из них включала штаб, разведывательный полк (два батальона в составе эскадрона мотоциклистов и эскадрона бронеавтомобилей), танковую бригаду (два танковых полка — 160 машин), механизированную бригаду (более 3000 человек и 60 танков), артиллерийский полк, противотанковый батальон (20 орудий), зенитную батарею (6 пушек), сапёрный батальон и др.

Свои механизированные части получили и пять лёгких кавалерийских дивизий Division Legere de Cavalerie (DLC). Классическая конница была представлена в них кавалерийской бригадой. Механизированные же части, сведённые в лёгкую бригаду, состояли из разведывательно-танкового полка, моторизованного драгунского полка, эскадрона 25-мм противотанковых пушек и ремонтно-технического эскадрона. Каждая из DLC имела 44 танка и бронемашины.

Бронетранспортёры Scout Carrier во время тактических занятий. Франция, весна 1940 года. Обе машины вооружены противотанковыми ружьями Boys, а вторая ещё и пулемётом Bren.

Все эти соединения кавалерии находились в составе армии метрополии и принимали участие в боевых действиях в 1940 году. 6-я лёгкая кавалерийская дивизия находилась в Тунисе, а 4-я лёгкая механизированная кавалерийская дивизия так и не вышла из стадии формирования.

В январе 1940 года завершилось формирование 1-й и 2-й бронетанковых дивизий Division Cuirasse (DCR), а к марту 3-й бронетанковой дивизии. По штату каждая дивизия должна была иметь полубригаду средних танков (два батальона — 60 машин) и полубригаду лёгких танков (два батальона — 90 машин). Кроме того, в состав бронетанковой дивизии входили батальон мотопехоты, оснащённый 20 бронеавтомобилями, два дивизиона 105-мм гаубиц, батарея 47-мм пушек и батарея 25-мм зенитных пушек. Одна из трёх бронетанковых дивизий имела 180 танков, две — только по 136 танков. Остальные танки поддержки пехоты были сведены в отдельные роты, батальоны, полки, группы и бригады, придаваемые полевым армиям. Впрочем, все три танковые бригады и 14 танковых полков расформировали в марте 1940 года. Танковые разведывательные группы — Groupe de Reconnaissance de Division d’Infanterie (GRDI) включили в состав семи моторизованных пехотных дивизий. Обычно такая группа состояла из 20 танков и 12 бронеавтомобилей. Моторизованные пехотные дивизии входили в состав армейских корпусов наряду с обычными пехотными дивизиями. Тем самым на нет сводились все преимущества мотопехоты в подвижности.

Пехотный танк Matilda I. Характерные «уши» на бортах башни — кронштейны для крепления дымовых гранатомётов.

К маю 1940 года французская армия располагала 2637 танками новых типов. В их числе: 314 танков В1, 210 — D1 и D2, 1070 — R35, AMR, AMC, 308 — Н35, 243 — S35, 392 — Н38, Н39, R40 и 90 танков FCM. Кроме того, в парках хранилось до 2000 старых боевых машин FT17/18 (из них 800 боеспособных) и шесть тяжёлых 2С. Около 600 бронеавтомобилей и примерно 3500 бронетранспортёров и гусеничных тягачей дополняли бронетанковое вооружение сухопутных войск. Подавляющая часть этой техники находилась в метрополии. 49 батальонов и 12 отдельных танковых рот, три лёгкие механизированные и три танковые дивизии были развёрнуты на границе с Германией. Затем к ним добавилось несколько отдельных танковых батальонов, переброшенных из Северной Африки, 6-я и 10-я (польская) танковые бригады кавалерии, а также вновь сформированная 4-я бронетанковая дивизия.

В свою очередь, в Англии господствовала атмосфера, «в которой предложения об отправке английских войск на континент встречали резкое возражение». Подготовка экспедиционной армии умышленно затягивалась, переброска войск на континент производилась крайне медленно. Для формирования одной английской бронетанковой дивизии потребовалось 8 месяцев. От начала войны до января 1940 года во Францию было переброшено только 5 английских дивизий, к маю 1940 года — 10. Немало дискуссионных вопросов возникло в связи с отправкой в сентябре 1939 года из Англии во Францию так называемой передовой ударной авиагруппы, состоявшей из 10 эскадрилий. Во-первых, эта группа была уменьшена в два раза по сравнению с первоначальными планами, а во-вторых, англичане наотрез отказались в какой-либо степени подчинить её французскому командованию, возглавившему, с согласия англичан, действия на всём театре войны против Германии.