Чтение онлайн

Гауптман, кавалер рыцарской степени Железного креста и Военного креста за заслуги, отмеченный знаком танкиста в золоте, Дитрих Шталльманн окончательно потерял себя на этой войне. Он хотел не воевать, а убивать: страшная война на Восточном фронте сделала из боевого офицера мясника.

— Panzer, vorw"arts! — Танки, вперед! — Теперь он спешил со своим подразделением, чтобы ударить в тыл советской кавалерийской «кампфгруппе», которая уже заняла Дорогобуж. Таким ударом он намеревался отсечь тылы советской группировки, блокировать и уничтожить их, оставив кавалеристов генерала Белова даже без того скудного снабжения, которое у него еще оставалось.

Внезапно дорога перед головным танком Pz Kpfw III Ausf. F взорвалась фонтаном снега и комьями мерзлой земли. Поначалу гауптман решил, что там заложен партизанский фугас, но вскоре понял, что ошибся. За деревьями, на краю небольшого болота, угадывалась грязно-белая бронированная громада советского танка. Это был KВ-1 — ужас Панцерваффе!

Дитрих Шталльманн тут же отдал приказ своей трофейной «тридцатьчетверке» атаковать сталинского монстра. Только у Pz.Kpfw.747 T-34 (r.) были призрачные шансы выстоять против бронированного гиганта. Наклонная броня, широкие гусеницы, надежный дизель В-2 и мощная пушка были теперь на службе Панцерваффе.

— Achtung! Panzer, feuer! — Внимание! Танки, огонь!

В поле зрения прицела ТОД-6 появился знакомый силуэт. Широкие гусеницы обтекаемый корпус с наклоненными бронелистами, сомнений быть не могло — это «тридцатьчетверка». Но на ее покатой башне красовались здоровенные черные кресты! Николай Горелов знал, что гитлеровцы используют наши трофейные танки, но видел это впервые.

«Тридцатьчетверки» на службе Вермахта следовало опасаться: ее мощная 76-миллиметровая пушка Ф-34 на короткой дистанции могла пробить броню борта КВ-1, а наклонная броня позволяла весьма неплохо держать удары.

Но опытный танкист знал и слабые места своего танка. Горелов вместе с гвардии старшиной Стеценко успел повоевать не только на тяжелых и легких машинах, но и на Т-34. Из-за тотальной нехватки подготовленных экипажей их швыряли с танка на танк, так что Горелов всесторонне изучил эту машину в бою. Основным недостатком Т-34 было ослабление лобовой части корпуса — при прямом попадании снаряда люк механика-водителя попросту проваливается. Также у Т-34 были слабые гусеницы машины, они могли быть разбиты снарядом. Впрочем, этот недостаток касался практически всех танков, в том числе и немецких. Также часто выходили из строя главный и бортовые фрикционы.

— Степан Никифорович, разворачиваемся и идем на фашистскую «тридцатьчетверку» в лоб! Газуй!

— Понял, командир. По люку водителя садануть хочешь? — догадался опытный старшина.

— Точно так. Заряжающий, бронебойный выстрел УБР-354А со снарядом БР-350А. Второй такой же держи наготове.

— Есть!

«Клим Ворошилов» на полной скорости рванулся прямо на подлого врага, решившего использовать советский танк против его создателей. Поймав в перекрестье прицела ТОД-6 люк механика-водителя вражеской «тридцатьчетверки», Николай Горелов нажал на электроспуск пушки.

Оснащенный баллистическим наконечником тупоголовый трассирующий снаряд БР-350А проломил люк механика-водителя. Pz.Kpfw.747 T-34 (r.) замер. И тут же получил второй такой же бронебойный снаряд четко под скос башни. Трофейная немецкая машина задымила, склонив ствол пушки, будто извиняясь, что перешла на сторону врага…

С «Панцерами-III» советский тяжелый танк разделался и того проще. Могучим ударом «Клим Ворошилов» сломал довольно толстую сосну. Тяжелый ствол дерева грохнулся как раз на одну из «троек». Немецкий танк забуксовал, выбираясь из-под внезапно свалившегося дерева, и тут же получил бронебойный снаряд в борт башни. И второй немецкий танк не избежал подобной участи.

Но пока КВ-1 «разбирался» со средними немецкими танками, к нему подполз «Фламмельпанцер» и ударил из двух своих огнеметов. Струи огня лизнули толстую, всю в отметинах попаданий, броню «Клима Ворошилова». Она частично рассеяла жар, но все же жадное пламя не хотело оставлять свою добычу.

— Разворачивайся, Степан Никифорович! Полный вперед!

«Клим Ворошилов» ударил немецкий огнеметный танк своим многотонным корпусом. От мощного удара баки с горючей жидкостью не выдержали и лопнули. Легкий «Фламмельпанцер» полыхнул ярчайшим погребальным костром. Косматое пламя облепило всю громаду советского тяжелого танка. Температура в боевом отделении поднялась практически мгновенно, внутри — как в мартеновской печи, еще немного, и броня попросту потечет!

Из пушки стрелять нельзя — рванет весь оставшийся боекомплект!

— Старшина, приказываю вместе с заряжающим покинуть танк через днищевый люк! Я — за вами!

— Слушаюсь, командир!

Танкисты проворно полезли вниз и выбрались через аварийный люк. Прячась за массивными катками, они выползли из-под танка и скатились с дороги под откос.

— А где же командир?! Командир?!

Гвардии капитан Николай Горелов и не думал оставлять горящий танк. Оставались еще два «панцера»: командирский Pz.Kpfw IV Ausf F1 B.W. и огнеметный «Фламмельпанцер». Если они дойдут до села, то их там уже никто не остановит.

Николай Горелов перебрался на место механика-водителя. Надежный танковый дизель работал на пониженных оборотах. Это хорошо…

— Прощайте, мужики… — Пузырящимися от ожогов руками гвардии капитан взялся за рычаги управления. Переключил скорость и дал полный газ. Пот заливал глаза, от нестерпимого жара начал уже тлеть даже танковый, жаростойкий, комбинезон.

От движения утихшее было пламя разгорелось с новой силой. Огненным метеором могучий «Клим Ворошилов» понесся на врага. Второй «Фламмельпанцер» буквально расплющило от удара многотонной громады КВ-1. Жидкое пламя снова плеснуло на путиловскую броню. Горящий «Клим Ворошилов» развернулся и снова взревел дизелем. Словно стальной зверь, вызывающий на бой своего недруга.

Немецкий танк выстрелил в упор, пытаясь остановить стремительно надвигающуюся огненную громаду, но 50-миллиметровый снаряд отрикошетил от брони.

А в следующий момент разогнанный до скорости 30 километров в час 43-тонный советский бронированный исполин ударил угловатый Pz.Kpfw IV Ausf F1 B.W. всей своей массой, помноженной на ярость заживо сгорающего внутри советского танкиста!

Мощь столкновения была такова, что оба танка отбросило в небольшое болотце у дороги. Огненный вихрь страшного взрыва поднялся над стальными гигантами! И долго еще жадное пламя лизало почерневшую броню…