Чтение онлайн

– Расслабонум!

В тот же миг внешний вид книги изменился. В руках у Тани возник пухлый потрепанный том в переплете из драконьей кожи, на котором золотой вязью было оттиснуто:

"Справочник Белого Мага

Существует в единственном экземпляре".

– Вообще-то все волшебные книги существуют в единственном экземпляре. Это только у лопухоидов полно одинаковых книг. Правда, у некоторых из наших изданий могут существовать магические двойники, вроде зеркальных отражений, которыми тоже можно пользоваться, – пояснил Баб-Ягун.

– А это не отражение?

– Нет, у нее их никогда и не было. Посмотри, там должна быть печать... Ага, вот она!

На титульной странице книги Таня увидела мерцающий штамп: «Библиотека Тибидохса. Вернуть до второго новолуния во избежание наложения проклятия».

– И что, действительно проклянут, если не вернешь? – с сомнением спросила Таня.

Едва она это произнесла, как штамп мигнул и принял форму виселицы. Надпись под петлей гласила: «Проверь!»

– Не советую проверять. В библиотеке строгие нравы. Ты даже не представляешь, что джинн делает с теми, кто вырывает страницы. Лучше, если ты этого никогда и не узнаешь, – хмыкнул Баб-Ягун.

Осторожно открыв книгу на той странице, где прежде был рецепт приготовления хлебцев, Таня прочла:

«Совет 24. Для откармливания домашних гарпий возьмите двенадцать тухлых яиц. Тщательно взбейте их хвостом перепуганного молодого скунса. Добавьте в похлебку свеженарубленного крысиного мяса и приправьте по вкусу сушеными оводами и шмелями... Подавать охлажденной в болотном соусе».

«Ого-го! Это уже не про хлебцы!» – подумала Таня. Полюбопытствовав же, что произошло с советом 567, Таня узнала следующее:

«Если в потусторонних мирах к вам прицепится мертвяк, Варило-Тормошило или Синий Дядя, следуйте следующим правилам: ни в коем случае не применяйте против них магию, не отвечайте ни на один вопрос, которые они вам будут задавать, ничего не берите у них из рук. В случае если они будут давать вам советы, избегайте им следовать. Нарушение любого из этих правил может стоить вам жизни».

– Вот так-то! – сказал Баб-Ягун. – Ты давай читай книжку и входи в курс дела. Без этого тебе к нам не попасть. Других учеников мы, правда, и без знания заклинаний переносили, но ты особый случай! С тобой этот фокус почему-то не проходит.

– Почему? – удивилась Таня. Баб-Ягун пожал плечами:

– Не знаю. Все пытались. И Сарданапал, и Медузия, и даже профессор Клопп: не пускает тебя что-то. То ли охранная магия, то ли потому, что ты дочь Гроттера. Придется тебе самой через ворота проходить, а значит, самой заклинания зубрить. Вот и послали меня с этой книгой.

Баб-Ягун похлопал ладонью по обложке.

– Все заклинания ты не выучишь, это точно. Больно их много, – продолжал он. – Так что сильно не заучивайся, чтобы башка не распухла: зубри только полетные, заклинания перехода и как пользоваться кольцом. В остальном ты все равно сама не разберешься – тут учителя нужны. И вот еще что, навсегда запомни одну вещь... вроде правила волшебства номер один. Никогда и ни за что не раскрывай тайны магии лопухоидам! Не вздумай рассказать им ни одного заклинания.

– Чтобы они не овладели магией? – спросила Таня.

Баб-Ягун хотел покачать забинтованной головой, но, видимо, забыл про гипс на шее.

– Не-а, магией они все равно не овладеют. Магом надо родиться. Тут ведь главное не слова, но кто эти слова произносит, что он при этом представляет и, самое необходимое, верит ли он в то, что говорит. А так хоть целый день кричи: «Хапкус гапкус!» – ни один предмет не прыгнет тебе в ладонь, если ты не родился со способностями. Лопухоиды же только испортят заклинания, замозолят их бестолковым повторением, и все. Но главное, тот волшебник, который открывает непосвященным тайну, навеки становится изгоем. У него отбирают волшебное кольцо, лишают практики, он сразу становится никем.

Баб-Ягун помолчал, еще что-то припоминая.

– Кажется, у меня еще было что тебе передать... Ага, твое магическое кольцо! Хорошо, что я про это заговорил!

Он распутал бинты, на этот раз вполне благополучно, ухитрившись не выпустить при этом ни одной костеростки, и извлек маленькую деревянную коробочку с буквами «LeoGr». Внутри в выдавленном углублении Таня увидела мужской перстень-печатку с оттиском в форме небольшой птицы.

– Не потеряй его... Магическое кольцо бывает одно на всю жизнь. Чужими кольцами пользоваться нельзя, равно как нельзя и заказать новое. Возможно, оно будет соскакивать, но магические перстни не подтягивают. Это... хм... перстень Леопольда, твоего отца.

Таня бережно положила кольцо на ладонь, не решаясь пока надеть его. Кольцо было прохладным и тяжелым. На вид оно казалось намного легче.

– А где мой папа? Почему он сам за мной не прилетел? Дядя Герман все время говорил мне, что он в тюрьме. А противный липкий человечек с рожками сказал, что мои родители погибли. Но ведь он врал, правда? – спросила она с волнением. Этот вопрос давно уже вертелся у нее на языке.

Баб-Ягун закашлялся и, отвернувшись, стал проверять, не распутались ли талисманы на летающей кровати.

– Э-э, мамочка моя бабуся... Видишь ли, твои родители... Их нет... Их убила Та-Кого-Нет. Поэтому ты и оказалась у дяди Германа. Иначе они тебя, само собой, не отдали бы, – буркнул он.

Тане почудилось, что по затылку ее ударили чем-то тяжелым и упругим. Не поддержи ее Баб-Ягун, она упала бы.

– Нет. Не правда... – сказала она тихо.

– Не хотелось тебе говорить, но ты все равно узнала бы... А мне вообще-то пора. Нужно быть в Тибидохсе до рассвета. Не хочу, чтобы моя кроватка мозолила глаза лопухоидам. А то, знаешь ли, они после этого плохо спят... Ну все, пока, я прилечу за тобой ровно через неделю!

– Ты уже улетаешь? – вздрогнула Таня.

Больше всего ей хотелось теперь схватить Баб-Ягуна и не отпускать его.

– И вот еще что: ты заклинания-то учи, но сама летать не вздумай! – озабоченно продолжал Баб-Ягун. – Слышишь? Ни за что не вздумай! Кое-кто обрадуется, если ты разобьешься, так что не будем доставлять ему такого удовольствия.

Явно спеша распрощаться, Баб-Ягун торопливо уселся на кровать и негромко произнес:

– Пилотус камикадзис!

Из-под гипса, где было кольцо, вылетел тонкий зеленый луч.

Кровать заскрипела, неуклюже протиснулась в окно лоджии и заскользила вдоль дома, постепенно набирая высоту. Баб-Ягун помахал Тане рукой.

– Удачи! Надеюсь, у тебя получится с заклинаниями! У многих не получается, но тут уж ничего не поделаешь. Это или есть, или нет! – крикнул он.

Когда кровать пролетала мимо предпоследнего этажа, Баб-Ягун из озорства постучал в стекло. Через секунду из окна послышался высокий женский визг. Похоже было, что прима-балерина Большого театра Катерина Колодкина отрицательно относилась к летающим мумиям, подглядывающим ей в форточки.