Тапочки для садиста
Шрифт:
— Почему я? Есть оборотни куда сильнее меня, — тихо спрашиваю я, страшась реакции некроманта. Однако, он вполне спокойно отвечает на мой вопрос.
— Потому что ты и твоя сестра — порочные дети ангела и оборотня, — его слова не до конца понимаются мной. — О, так ты не знала, что твоя мамаша — сошедшая с небес. Она та, кто полюбила земную тварь, твоего папочку, — снова его пугающий смех. — За это они должны были быть прокляты на вечные мучения, но, пожелав избавиться от этой кары, заключили договор со мной. Я снял с них это бремя, но, взамен, подчинил себе и тебя, и твою сестру.
— Но Энни…
— Она увернулась от моего проклятия. Моей связи, — он злится. — Я не знаю, как эта шавка умудрилась это сделать, но поверь, с тобой я оплошности не допущу. Дитя порока, ты поможешь мне добыть эти артефакты. Ведь только ты способна обойти и защиту ангельского света, и защиту зверей, и защиту демонов. Ты, рожденная от связи ангела и оборотня и наделенная этой демонической руной — идеальная зверюшка для воплощения моего плана.
На этом мои мучения не закончились. С каждым разом некромант придумывал всё более извращенные пытки. Он истязал мою звериную сущность, высвобождая истинную мощь. Он проводил темные ритуалы на моём теле, призывая руну пробудиться.
Бальз потратил множество сил для совершенствования моего тела. Только вот большинство его попыток оказались безрезультатными. Почему-то моё тело блокировало его вмешательство. Возможно, это была, по словам некроманта, ангельская кровь. Возможно, я надеялась, потусторонняя помощь сестры.
Однажды она пришла ко мне во сне. Успокаивала меня и просила продержаться еще немного. Будто она знала, что скоро наступит моё… спасение? Ну, или что-то, напоминающее его. В ту ночь вся темная магия в моём теле окончательно замолкла. Любые попытки в дальнейшем пробудить руну пришли в негодность.
Бальз злился. Он не понимал, почему ничего не получается. Именно тогда он и решил действовать. Решил забрать наиболее доступный, по его мнению, артефакт. Теперь мне стало понятно, что первой его целью стала песнь ангелов, дарованная на сохранность магам библиотеки и находящаяся под защитой света, пройти через которую могут только наделенные ангельской кровью. То есть — я…
— Значит, следующей целью станут смычок из священного дерева и скрипка дьявола, — лицо мага стало напряженным. — Если это так — нам стоит немедленно предупредить остальных, — Лазарь поднялся с пола, отряхнув свою мантию. — Думаю, тебе сейчас нужна поддержка. Хочешь, чтобы я сообщил кому-либо о твоём… спасении?
— Д-да, есть человек, которого мне безумно хочется увидеть…
Увидеть Антуана спустя полгода разлуки было мучительно. Не иметь возможности коснуться его — еще болезненнее. Я стояла меньше чем в метре от него и не могла сдержать собственных слез. Я так соскучилась по нему.
— Марика, — он прикоснулся к барьеру, не имея возможности пройти внутрь. Обнять меня. — Я так старался найти тебя. Я правда пытался, но все мои попытки оказывались бесполезными. Марика, прошу, прости меня. Я не смог защитить тебя, — он оседает на колени, не разрывая зрительного контакта со мной.
Я вижу, как он изнурён. Вижу слабость его собственного тела. Я знаю, что он действительно сделал всё возможное, чтобы спасти меня. Я действительно благодарна ему за это.
— Антуан, я так соскучилась по тебе, — я тоже оседаю на пол, придвигаясь вплотную к границе барьера. — Я так рада видеть тебя сейчас. Я…
— Марика, я…
— Мы нашли способ защитить тебя, — Лазарь появляется слишком неожиданно. В его руках большая шкатулка с защитными рунами на ней. — Это должно помочь.
— Что это? — интересуюсь я, отвлекаясь на мужчину. Разговор с Антуаном я решаю продолжить позже. Не сейчас точно. Слишком смущающе вновь заглянуть ему в глаза.
— «Слеза ангела» — ожерелье, подаренное бывшему магистру в знак благодарности за защиту свитка, — он открывает шкатулку, представляя нашему взору красивый камень, заключенный в серебряную оправу. — Думаю, его сила настолько же велика, как и этот барьер.
— Значит, я могу примерить его? — я чувствую волнение, охватывающее моё тело.
— Именно, но! — он замолкает, собираясь с мыслями. — Мы не можем позволить тебе покинуть стены библиотеки. Так что, пока мы не разберёмся с некромантом и не решим вопрос с сохранностью тебя и артефактов — ты будешь жить здесь. Согласна?
— Д-да, это честная плата за вашу помощь, — я протягиваю руку, касаясь ожерелья и надевая его на себя. По всему телу проходится мелкая рябь. Становится жарко. Чувствую, как магия артефакта охватывает моё тело, позволяя обрести спокойствие. Точно такое же чувство я испытала, войдя в барьер.
— Попробуй выйти, дитя, — Лазарь протягивает мне руку, а я, неуверенно замирая, не могу сдвинуться с места.
— Ну же, Марика, давай, — Антуан так же протягивает мне свою ладонь. Его нежная улыбка прибавляет мне уверенности. — Дай же мне наконец тебя обнять.
— Х-хорошо, — я глубоко вздыхаю и протягиваю магам свои ладони. Покидая барьер, я не чувствую давления, что испытывала раньше. Не слышу голоса некроманта. Могу вдыхать… свободно.
Я не знаю, надолго ли это. Действительно ли это ожерелье защитит меня. Но я надеюсь, что у меня наконец появился шанс противостоять некроманту. Шанс попытаться победить его.
— Марика, — теплое кольцо рук окружает меня давно забытой нежностью. Утопая в объятиях мага, я едва ли могу сдержать слёзы. Прижимаясь как можно ближе к Антуану, я доверчиво закрываю глаза, чувствуя, как усталость охватывает собственное тело.
— Прости, что заставила поволноваться.
========== Глава 7. ==========
— Марика, ты жива! — объятия Стивена кажутся какими-то нереальными. Слишком трепетными и нежными. Встречно обнимая оборотня, я понимаю, что действительно рада его видеть. — Мелкая, заставила же ты нас поволноваться, — он треплет мои волосы и еще несколько минут не отпускает из кольца собственных рук.
— Рад видеть тебя, — Джон останавливается позади оборотня и приветливо улыбается мне.
— Я тоже рада всех вас видеть, — я, наконец освободившись из стальной хватки Стивена, могу оглядеть прибывших. За эти полгода внешне они совсем не изменились. Зато я чувствую, насколько возросла их сила. Зверь Стивена явно стал мощнее и проворнее, даже сейчас, в его человеческом обличии, чувствуется истинная власть вожака. Он стал достойным приемником своего отца.
Я ощущаю и энергию, исходящую от магов. И Антуан, и Джон явно стали сильнее. Их магический фон стал более ярким, насыщенным. Сразу чувствуется, как усердно совершенствовались эти двое.
— Мне теперь точно не стать твоим вожаком, — спустя несколько минут выдает Стивен. — Ты явно сильнее меня.
— Ты серьезно? — я не могу скрыть удивления в голосе.
— Да, — он принюхивается. — Мой волк недовольно скалится рядом с тобой. Чувствует опасность и, сказать по правде, готов подчиняться.