Чтение онлайн

Рамзеса тщательно проверили и только после этого начались жемчужные процедуры. Первые из них были очень болезненными, Рам кусал губы до крови, только бы не кричать, у него было чувство что с него снимают кожу. О том чтобы выйти куда-нибудь после первых процедур не было и речи. Это было и запрещено и Рам сам бы выйти не смог, каждое движение причиняло столько боли, что Рам просто лежал в своей палате, тоже оплаченной Терезой, все три дня до второго сеанса. На третьей процедуре Рамзесу захотелось все бросить и уйти, ему стало казаться что год ходить пятнистым не так уж и страшно, это хотя бы не больно, но он не ушёл, а скрипя зубами, продолжал терпеть. После седьмого сеанса "кожу сдирать" перестали, стало легче, а спустя полтора месяца Рамзес предстал перед родителями почти таким же как прежде. Ему какое-то время было рекомендовано избегать прямых солнечных лучей, ему прописали столько средств по уходу за обновленной кожей, сколько было не у каждой богатой престарелой дамы, но зато выглядел Рамзес совсем как прежде, если не считать короткого ежика волос, вместо шикарной гривы. Но волосы дело наживное.

***

Тереза сидела на полу в коридоре около детской и плакала. В комнате игрались Айвен, сын Оливии и Ральфа и Тревор. И со стороны казалось что дети играют как миллионы других детей во всех вселенных, но стоило присмотреться и становилось понятно что играют они не совсем обычно. Айвен был на несколько лет старше брата и он почти все время молчал, но Трей отвечал ему на, казалось бы, не заданные вопросы. Тара слышала то о чем другие только догадывались, малыш Тревор отлично слышал мысли Айвена, и старшему мальчику просто не было нужды проговаривать их вслух. Тревор, как и его мать, был особым.

– Тара, - Ральф, спешивший поприветствовать родственницу, остановился около плачущей Терезы.
– Ты заметила?
– он вздохнул и сел рядом с девушкой.

– Почему вы мне не сказали?
– спросила Тереза, вытирая слезы.

– Мы сами только недавно стали полностью уверены в том что это дар, к тому же предполагали как тебя это расстроит.

– В особый отдел уже сообщили?

– Пока нет. Я не хочу спешить.

– Это преступление, ты знаешь об этом? Сокрытие людей с особыми способностями или препятствование особому отделу в их нахождении. Наказание штраф или даже тюремное заключение.

– Ему нет еще и трех лет, - Ральф про наказание знал.
– Его еще и изучать толком нельзя. Я не отдам малыша на исследования, а его захотят забрать, дар у вас редкий.

– Я так надеялась что он будет обычным, - Тара опустила голову на согнутые колени.
– А как Айвен?
– спросила она.

– Он обычный. Почти.

Тереза вопросительно посмотрела на Ральфа.

– Это не тянет на способности, метка ему не положена, но что-то в нем есть. Тара, не казни себя так.

– А кого мне казнить?
– горько спросила Тереза.
– Не тебя же.

– Перестань, на свете живут миллионы особых. У Айвена в школе два особых ребенка и ничего, их не выделяют и не дают обижать. Трею будет чуть сложнее, но, в крайнем случае, будем учить его дома, а не в школе. Тереза, его способности это не конец света. Он здоровый, счастливый малыш, его все любят. Не драматизируй и, очень тебя прошу, не внушай ему мысль что с меткой жить тяжелее чем без нее. Придет время, он поймет это сам, а пока не программируй его.

– А чего вы тут сидите?
– шепотом поинтересовался выглянувший из комнаты Айвен.
– Ой, тетя Тара, - увидел он Терезу.

– Привет, Айвен, - Тара встала на колени и обняла племянника.
– Как ты врос, с нашей последней встречи.

– Да, - мальчик довольно улыбнулся.
– Трей, - крикнул он.
– Твоя мама Тара приехала.

– Мама Тара, - Тревор выбежал из детской, но увидев Тару, засмущался и поспешил спрятаться за брата.

– Привет, Трей, - улыбнулась ему Тереза.

– Подойди, обними Тару, - попросил Ральф. Трей послушно обнял хоть и знакомую, но все же чужую ему женщину и тут же спрятался за ноги отца.

– Все в порядке, - тронула, собравшегося было возмутиться, Ральфа за руку Тара.
– Он привыкнет. В гостиной вас ждет сумка с подарками, - заговорчески сообщила она мальчишкам и те, наперегонки, бросились в гостиную.

– Он немного пугливый, - виновато пояснил Ральф.
– Но мы все время рассказываем ему о тебе, о том как ты его любишь.

– Ральф, - Тара грустно улыбнулась.
– Я знаю что вы очень стараетесь, и я знала что буду Трею чужой, когда оставляла его. И кстати, там есть подарок и для тебя, - Тара кивнула на большой зал.

– Что ж ты раньше не сказала, - воскликнул Ральф.
– Мальчики сейчас ведь все разнесут, еще и передерутся, - и будто в подтверждение слов Ральфа из комнаты раздался плач Трея, более рослый Айвен оттеснил его от сумки, не давая посмотреть что внутри. Вмешалась Оливия, она отчитала старшего сына и быстро утешила младшего. Стоило Таре войти, как и ей досталось, за то что, во-первых, привозит столько подарков, а во-вторых, за то что позволяет мальчикам самим рыться в сумке.

– Это передай маме, - попросила Тара Трея, когда он достал маленькую фиолетовую коробочку.

– А это подарок для твоего папы, - пояснила Тереза, когда Айвен вытащил завязанную бантиком коробку посолиднее.
– И давай я вам помогу, - она пересела на пол и отдала Айвену и Трею предназначавшиеся для них коробки.

– О боги, Тара, - ахнула Оливия, открыв коробочку.
– Какая прелесть. Из чего это?

– Что-то вроде кораллов с Ракушки, - Тереза улыбнулась, Оливии она явно угодила.

– О боги, Тара, - теперь ахнул Ральф.
– Перо и чернильница самого Линдана Гона. Где ты их нашла? Это же, наверное, запредельно дорого.

– Пожалуйста, - Тара довольно улыбнулась.

– Боже, тетя Тара, - подражая родителям, воскликнул Айвен, распаковав свой подарок.
– А что это?
– он покрутил свою игрушку.

– Это космолет, - пояснила Тереза и показала как игрушка летает. Айвен пришел в неописуемый восторг. Трей сначала собрался обидеться, но Тара развернула его подарок, у него был такой же кораблик, только другого цвета.

– Видишь, на нем написано твое имя, - мысленно подсказала сыну Тереза.
– Запустим?

– Да, - кивнул Трей и бережно запустил игрушку в воздух.

– Так, живо на улицу, - скомандовала Оливия.
– Чтобы в доме мне никаких полетов.

– Прости, - извинилась Тереза.

– Итак, господа, - Ральф отложил свой подарок.
– Сажаем свои космолеты и смотрим что там еще осталось в сумке.

Космолеты тут же были забыты, а мальчики почти с головой нырнули в сумку. Ральф следил чтобы они больше не ругались, а Тара и Оливия с улыбками наблюдали за возней своих мужчин.