Чтение онлайн

– Не пищи! – Рявкнула я на него. – Немедленно на рынок и принеси мне молока. Свежего! – Это я уже крикнула ему вдогонку. А сама отправилась в дом. Молоко, молоком, но ребёнок же давно голодный. Как бы ему жирное не повредило. Значит надо молоко разбавлять. И разбавлять кипячёной водой. А кто её кроме меня вскипятит? Некому. Всё сама, всё сама.

К тому моменту, когда вода вскипела, прилетел мой горбун.

– Ты быстро. – Похвалила я его.

– Да я в город то не бегал. Коз тут недалеко пасут. Я и подоил одну. Ты же сказала – свежего.

– Молодца.

Щенок видимо почуял запах парного молока, потому что приподнял лобастую башку и снова заплакал.

– Сейчас, сейчас, маленький мой. – Засюсюкала я. Плеснула немного молока в чашку, добавила чуть чуть воды. Посмотрела на щенка. Не обжегся бы. Налила теплую жидкость прямо себе в ладошку и поднесла к его мордочке. Малыш вцепился в край ладони и зачмокал. Молоко быстро исчезло. Щенок заплакал ещё громче, требуя добавки. Я немного подумала и капнула в ладонь ещё грамм тридцать. Снова чмок-чмок и нет молочка. И снова плач.

– Нет, малыш, теперь погоди. – Сказала я. – Сразу много я тебе не дам. Я не знаю, как у вас у собак, но людям после голодовки обжираться не рекомендуется.

Я подняла щенка на руки и прижала голеньким животиком к своему животу.

– Погрейся.

Щенок принялся тыкаться мордочкой, ища титьку. Вамана закатился тихим смехом.

– Он думает, что ты его мамка!

– А я и есть теперь его мамка. – Ответила я.

В эту ночь мы с мальчиком остались ночевать в доме. Строго говоря, ночёвкой это назвать было нельзя. Каждые пятнадцать – двадцать минут я давала щенку разбавленного молока. К полуночи прилетели папа с Эйслетом. Поахали, попугались немного над щенком. Меня хотели напугать. Мол, зверь дикий, страшный. Вырастет – сожрёт. Но я сказала: – Ша! Пусть сначала вырастет. А там видно будет.

Утром щенок закричал. Видимо я его всё-таки перекомила. Пришлось выносить его на двор и делать массажик животика. Массажик помог. Да так, что я даже пожалела, что не унесла щенка подальше. Всё равно пришлось спускаться к нижнему ручью и купать ребёнка. Потом я дала ему немного тёплой водички, и он, наконец-то, уснул. Во сне он тихонько плакал и искал маму.

Следующие дни были забиты ещё больше чем предыдущие. Моя последняя надежда была съедена Красавчиком, вместе с кусочком Лунниного торта. И я загоняла себя как старую лошадь. Чтобы не думать, чтобы не вспоминать даже.

Большую часть дня я теперь проводила у уров. Утро посвящалось Дворцу. С каждым днём придумывалось что то новое для украшения или для благоустройства. И даже уже не мной. Я бы ограничилась балкончиками и башенками. Но в дело вступил Макс.

После праздника он решил, что одного здания Корму тоже будет мало и предложил ему возвести ещё одно и соединить оба здания проходом. Я хорошо понимала его. Во-первых, ему хотелось заработать как можно больше. А во вторых он видимо заразился вирусом строительства и его светлая голова работала просто отлично.

Я начертила им несколько вариантов. И одно и двух и даже трёхэтажный проход. И в одну линию и в две и даже в три. Нет, вру. В три линии это уже Макс предложил. Я же говорю, он большой умница. Нарисовала им арки, колонны, порталы, короче все , что помнила из архитектуры и предложила самим сочинить весь ансамбль.

Строительство своего дома я не то чтобы приостановила. Просто, всё основное там было уже сделано. Жить там было очень даже можно, но именно сейчас у меня иногда просто не хватало сил, чтобы туда добраться. После обеда я уходила в центр, к неизменной радости Красавчика. Кстати. Я очень редко видела несколько уров сразу. Да и вообще я их редко видела. Только в первое моё посещение их было не меньше десяти. Сначала я всё ожидала появления шана. А потом подумала – Какого чёрта? Что я ему? Он отдал своё сердце Ол. А Альлига против неё, что ромашка против розы. Скромная и худая. Откормиться у меня пока не получалось. Для этого надо было много кушать, и мало двигаться. С «много кушать» проблем не было. Ела я за троих. А вот со вторым пунктом полный облом.

Сначала я даже удивлялась такому пристальному вниманию Красавчика. Относила это за счёт своего положения. Всё-таки – дочь Корма. Но однажды я закончила работу немного раньше, чем обычно. То есть до того как на востоке занялась утренняя заря. Красавчик вышел проводить меня и тут навстречу мне в ворота вошли две молодые женщины. Одна из них с ходу бросилась на шею Красавчику, укоряя, что он совсем забыл про неё. Вторая кивнула, здороваясь, и прошла вглубь двора. Туда, где находились спальни уров.

Я была уже большой и примерно представляла себе, чем могут заниматься мужчина женщина, оставаясь наедине. И Красавчик, как я уже говорила, был совсем не в моём вкусе. Но, тем не менее, неприятный укольчик в сердце я всё-таки ощутила. А когда он, махнув мне на прощанье, обнял свою подружку за тоненькую талию и повёл к себе, я даже горестно вздохнула. Мне вдруг очень сильно захотелось, чтобы и меня вот так же кто-нибудь обнял и повёл «под сень, матьих, струй».

– И мальчики кроватные в глазах. – Пробормотала я и, засунув руки в карманы, поплелась домой.

В доме моём теперь почти неотлучно жил маленький горбун. Кормил щенка в моё отсутствие, приносил еду и для меня. Будил, когда я совсем уже наглела. Да и вообще, приходить в дом, в котором тебя кто-то ждал, было намного радостнее, чем в немую пустоту.

Не знаю, что именно было тому причиной, то ли после праздника все оценили мой домик, то ли присутствие в этом доме заводного Ваманы, но каждый вечер у нас обязательно был гость. А то и несколько. Не одна я оценила по достоинству весёлую натуру и острый ум маленького горбуна. Не мне одной понравились его забавные рассказы из жизни горожан. Он стал просто душою компании. Вот и теперь, подходя к дому, я услыхала громкий смех.

Эйслет. Я так ему обрадовалась, что буквально взлетела на балкон. Сколько я его не видела то? Недели две.

– О! – Воскликнул Эйслет. – Наша красавица пришла. А мы уж и не надеялись. Ты, наконец-то, надоела урам и они тебя выгнали?

– Эйслет! Я так рада тебя видеть. – Я чмокнула его в щёку. – Мне с тобой очень надо поговорить. – Ты сердишься на меня за нашу последнюю встречу?

– Это когда ты щенка притащила?

– Что? – Я совсем забыла, что они действительно приходили тогда вместе с Кормом. Слишком была занята малышом. – Нет. После праздника. Ну, ты понимаешь…

Эйслет обнял меня обеими руками за талию и, прижав к себе, запечатлел на моём лбу смачный поцелуй.

– Ну что ты, сладкая? Как я могу на тебя сердиться?

Я уже открыла, было, рот, что бы сказать ему о том, что мы могли бы…

– И не думай об этом. Не забивай свою прелестную головку всякой ерундой. – Продолжил Эйслет. – надеюсь, мы с тобой по-прежнему друзья?

Я подавилась своими словами и медленно кивнула. Я не знала, плакать мне или смеяться? Прямо сказка о журавле и цапле. Он ко мне, а я в кусты. Я к нему – он на попятный.