Тарквиний Гордый
Шрифт:
Жить в захолустье, каким стали руины Сибариса, равно, как и в совершенно чужих, заграничных Афинах, и сыновьям Грецина и Виргинию с Арпином, показалось до того скучно, что через несколько лет бесплодных скитаний, проживши все захваченные деньги, они вернулись назад, в медвежью берлогу, предпочитая опасную жизнь отверженных проскриптов, в отечестве жизни свободной на чужбине.
Общность интересов часто связывает людей, без этого никогда не сходящихся между собою, как непохожие ни складом характеров, ни воспитанием, и заставляет прощать такие дела, каких без этого никто не в силах забыть.
Вследствие общности житейских интересов, простили друг друга и сблизились Амальтея с Диркеей и Стериллой, Камилл и Тит с Арпином, Виргинием, Евлогидами.
После смерти Руфа Арпину стало некому мстить за гибель его родных и др. особ, которых этот молодой проскрипт когда-то любил. Тарквиний, сделавшись царем, стал слишком недоступен; мстить ему казалось невозможно. Проскрипты лелеяли лишь в таком смысле мечты о далеком будущем. Они усердно служили Клуилию и др. жрецам, исполняя те их приказы, что не противоречили голосу совести честных людей, и иногда спасали от гибели новых проскриптов тирании.
С течением времени и Арпин, и Камилл завязали сношение с неаполитанскими греками, содержавшими знаменитое прорицалище Сивиллы Кумской, а через них – со жрецами Апполона в Дельфах, которых, как и другие цари, очень ублажал Тарквиний Гордый, посылая богатые дары в их храм.
Этим рассказом мы заканчиваем серию бытовых картин, сгруппированных около личности Турна Гердония, а продолжение исторического хода событий Римского государства излагается в нашем рассказе «Сивилла», где главным лицом, около кого группируется фабула, стоит Туллия, знаменитая тиранка, жена Тарквиния Гордого.