Чтение онлайн

Казалось, что в комнате похолодало и стало темнее.

– И я увижу Лабиринт сновидений?

– Конечно, - ответил Винсент.

Нирен посмотрел на него и задумался. "Неужели демон смог его очаровать? Да еще и настолько, что он готов привести ее к нему прямо в Лабиринт?", - подумал он и вспомнил, как когда-то давно четверо хранителей впервые встретились с демоном. Они стояли перед Лабиринтом. Четыре хранителя - четыре создателя Таро Немезиды. Только пока они об этом ничего не знали. Эту идею Офертоон подарит им позже вместе с желанием найти ответы на многие вопросы. Вообще-то Офертоон считал, что сделка была вполне честной, с его точки зрения, разумеется. А что? Демон получил право спокойно бродить по Пустыне Миражей и даже покидать пределы Сумеречного мира, а хранители - колоду Таро Немезиды, при помощи которой можно было изменить судьбу. Другое дело, что он не сказал им, что в руках обычного человека колода не имеет силы. Впрочем, даже в руках опытного мага это была всего лишь колода, которая позволяла делать очень точные предсказания. Повлиять на судьбу мог лишь бессмертный, да и то не всякий, кто наделен даром бессмертия.

Нирен вспомнил, как они создавали эту колоду, в надежде, что смогут изменить мир. Однако, у них получилась лишь точная колода карт для предсказаний. Никому еще не удавалось изменить судьбу при помощи Таро Немезиды. "Возможно, что это никому и никогда не удастся", - мелькнула у него мысль.

– Пожалуй, поздно. Ты наверняка устал в дороге, так что думаю, нам всем пора спать.

– Да, - согласился Винсент, поднимаясь из-за стола, - поговорим завтра. Пойдем, Анхана.

Винсент вышел из кухни, Анхана поспешила вслед за ним, а Нирен убрал посуду, погасил свечи и еще долго сидел в темноте и думал. История, которая, казалось, была уже завершена, обретала новую жизнь. После возвращения Винсент все реже и реже что-то рассказывал Анхане. Казалось, что он вовсе потерял к ней интерес. Винсент все чаще уходил в библиотеку и просил его не беспокоить. Он часами копался в книгах, что-то выписывал, бормоча себе под нос. Анхана вынуждена была общаться с Ниреном. Боялась она его уже меньше, но все равно чувствовала себя неловко. Нирен понимал ее и старался не торопить. Она не могла мешать Винсенту, а Нирену порой требовалась помощь, так что Анхана помогала ему.

Когда вечером Винсент опять заперся в библиотеке, Анхана осталась в своей комнате. Она попыталась читать, но слова путались в голове, она перечитывала по несколько раз один и тот же абзац. Анхана закрыла книгу и отложила ее. Тихо вышла из комнаты и спустилась на кухню. Нирена не было. Она взяла яблоко из корзины, стоявшей на столе, и уже собралась уйти, как неожиданно и бесшумно в кухне появился Нирен.

– Хочешь чашку чая?

– Да, - она невольно сделала шаг назад.

Нирен ухмыльнулся, но ничего не сказал. Когда чай был готов, Нирен разлил его по чашкам и пододвинул одну к Анхане.

Вначале они молча пили чай. А потом Анхана все же решилась спросить:

– Скажите, почему Винсент так изменился после путешествия?

Нирен не торопился с ответом. Он налил себе еще чаю, сделал несколько глотков. Он посмотрел на Анхану так, что ей стало не по себе. У Нирена был тяжелый взгляд.

– Боюсь, что я не могу тебе рассказать.

– Но, вы знаете, ведь так?

Нирен вздохнул.

– Да. И понимаю, что произошло в Лабиринте Сновидений намного лучше, чем Винсент. И если он решит вернуться в Лабиринт, это может быть, его последним путешествием.

Анхана расстроилась. Она поняла, что Нирен ничего ей рассказывать не собирается, и даже если она будет умолять, он ничего не скажет. Нирен понимал, что она чувствует.

– Не отчаивайся. Это слишком тяжелая и опасная история. Я не хочу подвергать тебя опасности.

– Но, оставаясь в неведении я ведь все равно не смогу этого избежать? Так?

– Да.

– Тогда расскажите мне!

– Не сегодня, - согласился Нирен, - но я расскажу. Я должен хорошенько все обдумать.

Анхана кивнула. Настаивать было бессмысленно.

В кухню вошел Винсент. На нем была дорожная одежда, а в руках он держал свои сумки. Нирен и Анхана уставились на него.

– Я ухожу, а ты, Анхана, останешься у Нирена.

– Но, - начала было Анхана.

– Ты уходишь один?
– спросил Нирен.

– А как же...
– вновь попыталась протестовать Анхана, - ты ведь обещал, что мы уйдем вместе!

– Подожди, - перебил ее Винсент, - я помню, что обещал взять тебя с собой в Сумеречный город. Но, ты не готова. Так что, ты останешься здесь с Ниреном. К тому же так будет лучше для всех. Это опасное путешествие. Особенно сейчас.

Анхана разозлилась.

– А как я буду готова, если ты уходишь, не завершив мое обучение? Я никогда не буду готова. И что теперь? Мне возвращаться в Эльфер?
– она чуть было не плакала от досады.

– Теперь тебя учить буду я, - тихо сказал Нирен.

– А как же сновидения?

– Скажи ей, - сказал Винсент.

Нирен помрачнел и пробурчал.

– Я - хранитель Баланса, , сновидящий и тот, кого совет старейшин назвал отступником, и теперь я буду твоим наставником.

Анхана посмотрела на Винсента, затем на Нирена. "Отступник? Сновидящий? Хранитель Баланса? Но как же? Неужели отступников оставляют в живых? Что теперь делать? В Эльфер точно нельзя возвращаться, - пыталась собрать мысли Анхана.
– Похоже, что теперь вообще все бессмысленно".

– Я согласна, - прошептала она.

Нирен закрыл глаза, а Винсент ахнул. Они оба ожидали, что она будет спорить, как-то сопротивляться, но только не так быстро согласится.

– Я остаюсь. И как только буду готова, я отправлюсь к Лабиринту Сновидений, - она улыбнулась, - похоже, что карты иногда ошибаются.

Глава 20, в которой Карел узнает историю создания Таро Немезиды

Карел проснулся он на закате с тем же тягостным чувством бессилия. Казалось, что силы покидали его, а он даже не знал почему. "Письмо!
– мелькнула мысль.
– Надо было сразу его прочитать, ведь наверняка там что-то важно". Но он сомневался.

Он поднялся с кровати. Достал письмо. Плотная светло-коричневая бумага была приятной на ощупь. Красивый почерк Рейнгольда. "Надо же, он прекрасно знает где я нахожусь, - подумал Карел.
– Удивительно. Хотя для такого сильного мага как Рейнгольд это пара пустяков. Не удивлюсь, если он знает еще больше. Ведь он постиг древние тайны в Области Тьмы". Карел не торопился вскрывать конверт. Он пытался понять, о чем написал ему магистр Ордена. Но почему-то ничего не получалось. Наверняка письмо было защищено каким-нибудь редким и сильным заклинанием. Только Карел не ощущал магии. Он присел на край кровати. Закрыл глаза. Сосредоточился. Но привычных образов, рассказывающих о предмете, не возникло. Только темнота. Обычная глухая темнота. Карел открыл глаза. Неудача не расстроила его. Так бывало и раньше. Он аккуратно вскрыл конверт и вынул письмо. Оно было написано на обычной бумаге. Это было странно. Магистр Рейнгольд всегда писал письма на особых листах с гербом ордена. Почерк, несомненно, принадлежал магистру. Карел начал читать. Письмо точно написал Рейнгольд. Карел узнал его манеру писать с первых строк.

Чем дальше Карел читал, тем больше удивлялся. Рейнгольд обращался к нему не как глава Ордена, а как хранитель Баланса и учитель. Он не требовал, не приказывал. Рейнгольд просто просил и предостерегал. Карел дочитал письмо. Аккуратно сложил его и вложил обратно в конверт. Письмо Рейнгольда рушило все его планы. Он хотел пожить в Эльфере, пообщаться с Бихеймом и заказать у Данары кружева. А теперь надо было покидать гостеприимную Мануэлу, и отправляться в Сумеречный город. А, возможно, и дальше. "А почему бы не задержаться на недельку еще?
– Подумал Карел.
– Ведь Рейнгольд не написал мне, что я должен прямо сейчас отправляться в Сумеречный город. Так что, я, пожалуй, обдумаю все, посоветуюсь с Бихеймом. И потом продолжу путешествие. Только надо ответить на письмо".

Немного успокоившись, Карел спустился вниз. Мануэлы не было видно. Дел у нее было много, и он не хотел ее отвлекать, а уж если честно, то просто не хотел ей попадаться на глаза. Карел выскользнул из гостиницы и пошел к городскому Храму.

"Что-то я зачастил", - усмехнулся он, подходя к храму Баланса. Карел толкнул тяжелую дверь. Она бесшумно открылась, и он вошел. Внутри было тихо. В просторном храме была лишь одна пожилая женщина. Она сидела на скамье в дальнем углу. Она молилась, перебирая в руках четки. Навстречу Карелу вышел Марк.