Тата. Твоя (не)верная
Шрифт:
– Миша, мне нужно в душ, – шепчу, надеясь получить отсрочку.
– Я хочу тебя прямо сейчас, – выдает Михаил, опрокидывает на широкую кровать и нависает надо мной.
– Все должно быть идеально, – хнычу я, пока рассматриваю грудные мышцы и тянусь к образовавшемуся вырезу.
– Так и есть, – он перехватывает руку, теперь не позволяя мне коснуться себя. Порывисто задирает подол длинного платья, проводит по бедру, когда натыкается на подвязку, встает на колени и снимает ее зубами.
Меня возбуждают нежные прикосновения, по телу проходит волна сладкого предвкушения, когда чувствую направление мужских рук.
Пальцы отодвигают ткань ажурных трусиков и скользят внутрь туда, где бьется горячая волна желания.
Закрываю глаза от удовольствия.
Движения становятся энергичными и более проникающими.
Из груди вырывается сдавленный стон.
А когда к умелым пальцам присоединяется язык, теряю контроль. Мечусь и выгибаюсь на постели, отдаваясь запредельным ощущениям. Глажу волосы мужчины, придвигаюсь ближе, требуя большего. Но постепенно осознаю, что не должна быть эгоисткой и получать удовольствие одна.
Сажусь и принимаюсь раздевать склонившегося надо мной мужчину. А он тем временем продолжает касаться клитора, проникать внутрь. В порыве дергаю планку, пытаюсь расстегнуть оставшиеся пуговицы. Стону, когда не получается. Михаил смеется и раздевается сам.
Ласкаю складное тело, подтянутый живот, веду пальцем от пупка вниз по дорожке из волос и останавливаюсь на пряжке. Расстегиваю ремень, брюки и запускаю руку под ткань боксеров. Когда касаюсь мужского естества, Михаил стонет от удовольствия, но отстраняется и порывисто выдыхает:
– Подожди.
Он подает мне руку и помогает подняться с постели.
Оу! Голова кружится, перед глазами встает пелена. Ощущаю мужские руки, аккуратно расплетающие шнуровку и разъединяющие крючки. Платье падает к ногам. Жаркое дыхание касается шеи, пальцы ловко справляются с запором бюстика, влажные губы и язык ласкают освобожденную от оков грудь. Зубы прикусывают сначала один потом другой сосок. Эмоции на грани. Я теряю самообладание, контроль над телом и едва стою на ногах. Михаил чувствует это и укладывает меня обратно на лепестки роз, снимает трусики, дразнящим движением проводит между ног и отстраняется.
– Еще, – стону и выгибаюсь, требуя ласк.
– Какая ты нетерпеливая, – усмехается Миша и специально тянет время. Нарочито медленно снимает оставшуюся одежду, надеясь продемонстрировать красивое тело, но я поворачиваюсь к нему спиной.
– Посмотри на меня, – шепчет мужчина и шлепает меня по ягодице.
– Ты знаешь, как я люблю, – иду на поводу у своих желаний.
– А как же то, что нравится мне? – он специально жестко входит в меня, точно наказывая. – Я хочу видеть твое лицо, – наматывает мои длинные волосы на кулак и тянет. – Эмоции, – заставляет меня сесть на него и двигаться в установленном ритме.
Вместо ответа издаю стон. Я наслаждаюсь близостью, ощущениями, ловлю экстаз, но все это исчезнет, как только он заглянет в мои глаза. Поэтому закрываю их, поворачиваюсь и нахожу губы. Поцелуй останавливает поток слов и действует возбуждающе.
Миша роняет меня на живот, прижимает собственным весом и движется во мне так энергично, что очень скоро мы достигаем каждый своей вершины.
Стоны удовольствия разрывают тишину спальни и затихают. Как замираем и мы.
Я лежу на животе, а Миша откатывается в сторону.
– Танюша, – через какое-то время муж зовет меня по имени.
– М-м-м, – недовольно ворчу, когда звук голоса вырывает меня из сладостной эйфории и забытья.
– Почему ты никогда не смотришь на меня в момент близости? – спрашивает он и проводит пальцем вдоль позвоночника.
– Так я лучше чувствую тебя, – повторяю как мантру, ведь не впервые даю такой ответ Михаилу.
Ложь? Нет. Правда!
– Я тебя не возбуждаю? – продолжает допрос.
– Глупости! – тянусь к тумбочке и беру за горлышко бутылку с шампанским. – Открой, пожалуйста. Хочу выпить.
– Ты кого-то представляешь на моем месте? – он с шумным хлопком открывает бутылку и разливает игристое вино.
– Еще раз глупости. За нас! – произношу тост.
Михаил звякает о мой фужер своим и провозглашает:
– На брудершафт и до дна.
Мы встаем на колени, наши руки сплетаются, тела соприкасаются, опрокинутое внутрь шампанское заставляет кипеть кровь. Михаил целует меня и все повторяется.
ГЛАВА 3. Время для двоих?..
Несколько дней проводим вдвоем. Михаил от меня не отходит и на минуту. Вместе готовим завтраки и обеды. Едим на открытой террасе. Гуляем, изучаем окрестности, находим спуск к речке. Купаемся в прохладной проточной воде, затем греемся на июльском солнышке. Я умудряюсь сгореть, кожа краснеет и становится чувствительной к прикосновениям. Михаил смазывает поврежденные участки кожи охлаждающей мазью от солнечных ожогов. Средство быстро действует, но я какое-то время держу мужчину на расстоянии, объясняя это болью и дискомфортом. Он бесится, но уступает и продолжает заботиться обо мне, как курица-наседка.
Только на этом сюрпризы не заканчиваются.
Когда мы расслабляемся на заднем дворе в джакузи, я снова заставляю его нервничать. Сообщаю о запланированной на завтра вечеринке.
– Таня! А меня спросить? Это время для нас двоих, – он зачерпывает воду и плещет мне в лицо, наказывая за опрометчивый поступок.
– Миша, – ворчу и отвечаю тем же.
Он мотает головой, стряхивая капли воды с волос, надвигается на меня и прижимает к бортику.
– Отвечай, зачем? – смотрит прямо в глаза и запускает руку под ткань моих трусиков, ласкает, но под пристальным взглядом я теряю чувствительность.
– Я думала, ты будешь рад приезду наших сестер. Здесь чудесное место для отдыха. Открытая терраса, джакузи, свежий воздух. Можно использовать жаровню-гриль, которую я нашла в кладовке. Шумная компания, веселье, разговоры, музыка, танцы. Я хотела развлечь тебя, – обиженно дуюсь и убираю его руку.
– Ты считаешь, что я скучаю? – он дергает бретельки купальника, развязывает бантики и обнажает меня полностью.
– Миша, ты чего? Мы на улице, соседи заметят, – стеснительно закрываю интимные места.