Чтение онлайн

Альваро (мягко отводя ее обратно к дому): Баронесса, выпейте вина на пороге вашего дома и поглядите на эту звезду. (Подводит ее к колонне портика и вкладывает в дрожащую руку сломанные очки. Она безропотно подчиняется) Вы знаете, какая звезда? Венера. Единственная женщина на небе. Кто ее туда поместил? Мистер Сикарди, транспортный отдел Южной Фруктовой? Нет, это Бог. (Входит в дом и вынимает нож из сумочки) А ведь есть еще люди, которые ни во что не верят. (Поднимает трубку) Эспланида семь — семь — ноль.

Серафина: Что вы делаете?

Альваро: Допейте вино, и я мигом все устрою. (По телефону) Я хочу поговорить с Эстеллой Хогенгартен.

Серафина: Не говорите с ней, она все лжет.

Альваро: Только не Эстелла — она ведь честно в карты играет. Эстелла? Это Манджакавалло. У меня к тебе один вопрос. Сугубо личный. Это касается одного смазливого парня, шофера, он уже умер, но когда-то часто заглядывал к вам в казино. Его звали… (Оборачивается вопросительно к двери, где стоит Серафина.) Как его звали, баронесса?

Серафина (почти не дыша): Розарио делла Роза!

Альваро: Розарио делла Роза. (Пауза.) Правда? А, как жалко…

Серафина роняет бокал и бросается в гостиную с диким крикам. Она выхватывает трубку у Альваро и кричит.

Серафина (гневно): Это жена его говорит! Что вы там знаете о моем муже, какие гадости?

Из трубки доносится резкий голос.

Голос (громко и ясно): Вы разве не помните? Я принесла вам розовый шелк на рубашку «Мужскую рубашку» — спросили вы, я ответила: «Да, для мужчины, он горяч и необуздан, как цыган». Но если вы думаете, это неправда, приходите сюда, и сами увидите — татуировка… его роза у меня на груди.

Серафина отстраняется от трубки, будто та охвачена пламенем. Затем с ужасающим криком швыряет телефон на пол. Спотыкаясь, как в тумане, направляется к изображению Мадонны. Альваро берет ее за руку и нежно усаживает на софу.

Альваро: Тихо, тихо, баронесса. Все пройдет, все пройдет через минуту. (Кладет подушку ей под спину, затем ставит телефон на место?)

Серафина (не твердо поднимаясь): Комната…завертелась…

Альваро: Вам надо полежать немного. И еще знаете, что надо? Лед завернуть в полотенце — и на лоб. Полежите здесь, баронесса, я сейчас! (Идет на кухню?) Сейчас вернусь!

Во двор вбегает Мальчик. Он становится лицом к пальме и громко считает.

Мальчик: Пять, десять, пятнадцать, двадцать, двадцать пять, тридцать…

Слышно, как в кухне Альваро колет лед.

Серафина: Где вы, где вы?

Альваро: В кухне! Все замерзло!

Серафина: Идите сюда!

Альваро: Сейчас, сейчас!

Серафина (повернувшись к святилищу с урной, сцепив руки): Не хочу, не хочу этого! (И все же медленно, неохотно, протянув перед собой дрожащую руку, она подходит к нише, где стоит урна)

Мальчик: Семьдесят пять, восемьдесят, восемьдесят пять, девяносто, девяносто пять, сто! (Изо всех сил) Пора, не пора, иду со двора!

При этом крике Серафина хватает мраморную урну и с силой швыряет ее в дальний угол. Затем закрывает лицо. Слышно, как матери зовут детей домой. Их голоса, нежные, как музыка, то возникают, то угасают. Бесконечно усталые от своих безудержных игр, дети бредут к дому.

Джузефина: Ви-ви! Ви-ви!

Пеппина: Сальваторе!

Виолетта: Бруно! Домой!

Дети разбегаются. Альваро входит со льдом.

Альваро: Никак не мог сколоть.

Серафина (отнимая руки от лица) Да не нужен мне лед… (Она оглядывается, как бы собираясь с силами. Голос ее охрип, тело дрожит от напряжения, сверкающие глаза прищурены, кулаки сжаты) Сейчас вы увидите, сколько силы может найти в себе женщина. (Подходит к наружной двери, открывает ее и громко кричит) Доброй ночи, мистер Манджакавелло!

Альваро: Вы… вы меня выпроваживаете?

Серафина: Да нет, идиот! (Громким шепотом) Притворитесь, что уходите. Отгоните грузовик от дома, чтобы ведьма не видела. А потом возвращайтесь через черный ход. А теперь простимся, пусть соседи слышат! (Кричит) До свидания.

Альваро: Ха-ха! Понятно! (Тоже кричит) До свидания! (Бежит к насыпи)

Серафина (еще громче): Доброй ночи!

Альваро: Доброй ночи, баронесса!

Серафина (сдавленным голосом): Привет всем передайте. Всем привет… До свидания!

Альваро: Чао! (Забирается на насыпь и исчезает)

Серафина возвращается во двор. Слышно блеянье козла, Серафина исступленно бормочет.

Серафина: Животное я, просто животное. (Быстро направляется к задней двери в дом. Слышно, как отъезжает грузовик, луч фар пробегает по стене дома. Серафина входит в дом, движения стеснены от переполняющих ее чувств, она задыхается и вскрикивает. Бросившись к статуэтке Мадонны, она страстно обращается к ней, яростно жестикулируя и приблизив к ней лицо) Слышишь, ты слышишь меня, синьора? Весь этот дом был под твоей защитой, а ты его сокрушила! Раздавила, словно яичную скорлупу, почему? Неужели ты ненавидишь Серафину? Серафину, которая так тебя почитала! Нет-нет-нет, ты молчишь. Я не верю тебе, Мадонна. Ты просто кукла из глины с облупившейся краской. Лампаду твою я задую, а тебя забуду, как сама ты забыла Серафину! (Задувает лампаду) Вот, все!

Но вдруг она пугается, храбрость и красноречие покидают ее. Испуганно вскрикнув, Серафина пятится от ниши, взгляд ее в испуге блуждает по комнате.

Блеет козел, ночной воздух полон зловещих звуков, птичьих криков, неожиданного шелеста крыльев в камышовых зарослях, отдаленных взрывов смеха в негритянском квартале. Серафина отступает к окну, шире открывает ставни, чтобы впустить лунный свет в комнату. Она стоит, тяжело дыша, у окна, прижав корту кулак. Хлопает дверь черного хода Серафина испуганно переводит дыхание и, как бы ища защиты, отступает за манекен в подвенечном платье. Входит Альваро. Он в сильном волнении, голос его хрипловат и нежен.