Чтение онлайн

Как уже было сказано, тай-цзи не просто боевое искусство; его истоки уходят в глубины китайской философии и мудрости даосизма. Сам термин буквально означает «великий предел» или «космос» и этимологически связан с понятием «Ицзин» (И-чин), то есть с «Книгой перемен». В начале классического «Трактата по тай-цзи цюань», речь о котором пойдет несколько позже, великий мастер Ван Дзон Юи писал: «Тай-цзи возникло из Пустоты. Оно породило движение и покой и является матерью инь и ян. В движении происходит разделение, а в покое обретается единство». Удивительно, как тесно переплетаются положения древней философии с пространственными представлениями современной квантовой механики.

Я надеюсь, что для тех, кто продолжит чтение этой книги, откроются поистине невообразимые возможности тай-цзи цюань. Нет ничего удивительного в том, что многие из вас не поверят прочитанному — тайны тай-цзи всегда хранились за семью печатями. Это объясняется целым рядом причин, в том числе нежеланием старых мастеров устранять барьеры между Западом и Востоком. Настоятельно рекомендую читателям не принимать на веру ни одно прочитанное слово, но убедиться в истинности изложенного на собственном опыте, желательно под руководством опытных инструкторов.

Все, что связано с тай-цзи, неотделимо от инь — ян. Наличие инь и отсутствие ян, и наоборот, свидетельствует о том, что то, с чем вы столкнулись, не имеет ничего общего с тай-цзи цюань.

Задумывались ли вы когда-нибудь о происхождении самого названия тай-цзи цюань, о том, почему эффективное боевое искусство повсеместно используется для поддержания здоровья, в чем причина плавности и «текучести» его основных движений и почему так мало учеников достигают истинного мастерства? Ответы на эти и другие вопросы кроются в понимании основополагающей концепции инь — ян.

Для европейцев концепция инь — ян является наиболее известным положением восточной философии. В то же время можно с уверенностью сказать, что ее трактовка далека от истинной в восприятии не только людей Запада, но и многих китайцев! Например, многие ученые полагают, что инь и ян представляют положительное и отрицательное, мужское и женское начала, первозданные силы вселенной или основные элементы, формирующие космос. Несмотря на авторитетность подобной интерпретации, с ней нельзя согласиться. Сами по себе инь и ян не являются ни силами, ни элементами; это символы, которые меняют свое значение в зависимости от контекста. Именно в таком понимании инь и ян могут символизировать силы и элементы, но не являются ими по определению.

Проявления инь и ян многообразны; проще всего представить их как два противоположных, но взаимодополняющих аспекта всего сущего, будь то объект, процесс или идея. Например, когда мы смотрим вверх, на небо, понятия «верха» и «неба» обретают смысл лишь в контексте соответственно «низа» и «земли». Наше концептуальное восприятие подсознательно, но это не меняет суть вещей. Иными словами, понятия «верх» и «небо», «низ» и «земля» прямо противоположны, но дополняют друг друга, исключая возможность независимого восприятия. «Верх» предполагает наличие «низа», «небо» — «земли», и наоборот. В глубинах космоса, где понятия «верха» и «низа» бессмысленны, подобная концепция оказалась бы несостоятельной. В нашем примере роль ян соотносится с «верхом» и «небом», а инь — с «низом» и «землей».

Небо, представляющее в нашем примере ян, можно, в свою очередь, рассмотреть само по себе. Покрытое облаками, сумрачное небо, по сравнению с безоблачным, ассоциируется с инь. В то же время сумрачное небо в дневное время, несомненно, превратится в ян, по сравнению с ночным небосводом. Именно в этом и состоит родственность и единство понятий ян и инь.

Инь и ян являются двумя аспектами холизма, или «философии целостности». Их союз обычно изображают в виде символа Тай-цзи (рис. 2.1). Чаще всего термин «тай-цзи» переводят как «космос». Обратите внимание на то, что символ симметричен со всех сторон. Его изображение наглядно показывает противоположность и единство инь — ян. Заметим, что инь начинается там, где ян достигает своего апогея, и наоборот.

Рис. 2.1. Символ Тай-цзи

Помимо боевых искусств философская концепция инь — ян, равно как и символ Тай-цзи, находит свое применение в ряде других дисциплин, в частности в медицине, гадании, астрологии, геомантии и философии даосизма. Например, с точки зрения китайской медицины равновесие между инь и ян в организме является непременным условием хорошего здоровья. Символика инь — ян подобна математической формуле, которая, оставаясь неизменной, может быть использована применительно к разным аспектам здоровья и медицины. В философии даосизма символ Тай-цзи, несомненно, является основополагающим и рассматривается как в материальном, так и в духовном аспекте.

Название «тай-цзи цюань» возникло на основе концепции инь — ян и, соответственно, символа Тай-цзи. Инь — ян заявляют о себе во всех четырех основополагающих аспектах тай-цзи цюань, как-то: в форме, тренировке силы, применении и теории.

Даосский мастер Зан Сань Фен творчески переработал арсенал приемов шаолиньского кунг-фу. Его версия стала называться вначале «длинные кулаки Вуданг», а впоследствии получила название «тай-цзи цюань». Для гармонизации относительно «жесткой» направленности школы Шаолиня мастер создал плавную технику «мягких» круговых движений. В качестве примера сравните «жесткую» атаку кунг-фу «Черный тигр похищает сердце» (рис. 2.2, а) и относительно «мягкий» удар тай-цзи «движение — перехват — удар» (рис. 2.2, б). Аналогичная эволюция техники также видна при сравнении шаолиньского приема «Красавица смотрится в зеркало» (рис. 2.2, в) и кругового движения тай-цзи «отражение» (рис. 2.2, г).

Рис. 2.2. «Жесткая» и «мягкая» формы кунг-фу

Таким образом, мы отметили плавность и «мягкость» движений тай-цзи цюань, принципиально отличающихся от быстрой и резкой техники школы монастыря Шаолинь. Обычно ученики выполняют все движения медленно, поскольку так легче контролировать поток внутренней энергии. Однако по достижении определенных навыков движения становятся быстрыми и мощными, символизируя гармонизацию инь (медленная и грациозная техника) и ян (быстрая и мощная).

Во времена, когда Чень Ван Тин разрабатывал философскую доктрину тай-цзи цюань, большинство школ боевых искусств придерживалось «жестких», внешних форм тренировки, таких как работа с мешками, поднятие тяжестей и отработка ударов по вбитым в землю кольям. Чень Ван Тин противопоставил жестким методам старой школы методику «внутренней» тренировки с использованием плавных круговых движении и нацеленную на достижение контроля за энергетическим потоком.

При использовании жесткой, внешней формы тренировок, например для отработки «железной ладони» кунг-фу, ученики на протяжении многих месяцев практиковались на мешках с песком, в то время как приверженцы новой, внутренней школы учились приему «ладони таи-цзи», выполняя грациозные движения для передачи внутренней силы в ударную точку руки. Последний метод предполагал соответствующий контроль за дыханием и использование образного мышления; механическое выполнение упражнений едва ли привело бы к ощутимым результатам.

Методика развития мощной «ладони тай-цзи» является прекрасной иллюстрацией концепции инь — ян и напоминанием того, что лучшие результаты достигаются путем гармонизации двух начал. В этом конкретном случае аспект ян проявляется во внешней форме круговых движений, а инь отвечает за координацию дыхания и активизацию образного мышления. Правильное дыхание и работа ума сами по себе способствуют достижению значительной силы, но эффективность техники ощутимо повышается при использовании соответствующих движений рук. В нашем случае начало упражнения характеризуется мягким, внутренним подходом, но, когда необходимая энергия сконцентрирована, применение техники трансформируется в жесткую, внешнюю форму.