Чтение онлайн

– Ну, я пойду. Если я понадоблюсь, вы знаете, где меня найти.

– Однако ж... я хочу сказать, это не опасно, Тай-Пэн? – спросила Тесс. – Лихорадка Счастливой Долины и все такое? А вы там?

– Ветер и дождь развеют ядовитые газы, – ответил Дирк Струан с уверенностью, которой он сейчас не испытывал.

– Не забывай, Тесс, у нас еще осталось немного хинной корки, а скоро ее у нас будет в достатке, – сказал Кулум. – Тай-Пэн, по-моему, это новое предприятие – замечательная идея. Услуга всему человечеству.

Струан рассказал Кулуму о договоренности с Купером еще до того, как это появилось в газете. Он также посоветовал Кулуму проводить больше времени в обществе американца; чем больше он думал об объединении Купера с Кулумом, тем больше его привлекала эта идея. «Джефф очень умный человек, парень. Тебе понравится работать с ним». Он надел свой дождевик.

– Ну, я пошел. Послушайте, вы двое. Пусть Брок вас не тревожит. Не переживай за своего отца, девочка. Я уверен, он изменит свое решение, если ему дать время. Просто дайте ему время.

– Я надеюсь на это, – проговорила Тесс. – О, я так надеюсь на это.

Следуя к двери, Струан остановился около барометра.

– Боже милосердный! Он упал до 29, 5 дюйма! Глессинг встревоженно посмотрел на часы. Было почти десять.

– Черт возьми, получается почти полдюйма за полчаса.

Он сделал отметку в графике и последовал за Струаном, который в два прыжка выскочил в дверь.

На востоке горизонт почернел, море там слилось с небом. Ветер, не поменявший направление ни на градус, стал более яростным, порывистым, дождь усилился.

– Вот и он, теперь можно не сомневаться, – процедил Струан сквозь зубы. – Задраивайтесь наглухо, в этом единственное спасение. – Он пустился бегом по Куинз Роуд к Счастливой Долине.

– Быстро внутрь! Кулум, Тесс! – приказал Глессинг. Он захлопнул дверь и задвинул тяжелый засов. – Что бы вы ни делали, не открывайте дверей до моих дальнейших распоряжений. – Он прикрыл деревянными щитами штормовые окна с двойными рамами и проверил все замки и крепления, чувствуя, что Струан был прав. Око тайфуна пройдет прямо над ними. – Я очень рад, что ты помирился с отцом, Кулум. Ну, а теперь, я думаю, небольшой завтрак, – сказал он, стараясь успокоить их. – Миссис Струан, вы не возьмете на себя роль хозяйки?

Струан бежал изо всех сил. Несколько китайских кули с портшезами спешили в Тай Пинь Шан; оказавшиеся на дороге европейцы торопились в свои убежища. Сквозь пелену дождя Струан увидел лорку, она была в гавани как раз напротив него и быстро продвигалась к Счастливой Долине, не убирая рифов. Кипящее море было тусклого серо-зеленого цвета. Темная линия шквала с невероятной скоростью пронеслась через гавань, ее край задел лорку, сорвал грот и перевернул ее. Струан напрягся всем телом, и шквал поглотил его. Он длился всего несколько секунд, но шотландец почувствовал, как слепящий дождь, подстегнутый ветром, хлестнул его, словно плетью, и едва не сбил с ног.

Когда он смог открыть глаза, он посмотрел на море. Каким-то чудом лорка осталась на плаву, ковыляя вперед на одной бизани; ее палубу заливала вода, сзади тащились обрывки грота.

Струан опять побежал. Он подоспел к своему причалу в Счастливой Долине как раз в тот момент, когда покрытый белой пеной вал подхватил лорку и швырнул ее на сваи.

Матрос спрыгнул с планширя с носовым швартовым в руках, но поскользнулся и упал между причалом и кораблем. Он ухватился руками за край причала, пытаясь подтянуться, и пронзительно вскрикнул, когда лорка ударилась о пирс и перерубила его пополам.

Когда море оттащило корабль назад, матроса уже не было видно.

Струан закричал перепуганным вахтенным и метнулся вперед. Один из них перебросил ему канат, и он закрепил его за стойку. Другой, положившись на свою судьбу, прыгнул на причал с кормовым швартовым и удержался.

Море поднималось, лорка заскрежетала бортом о сваи причала, потом замерла, натянув канаты, и люди стали спрыгивать на берег.

– Бегите к фактории! – Струан сделал им знак следовать за ним и побежал к передней двери. Он распахнул ее, борясь с сильным ветром. Восемь человек команды вбежали внутрь, бормоча проклятия и благословляя свою удачу.

Струан стянул с себя насквозь промокшую одежду и тут заметил Горацио и Монсея.

– Великий Боже, что ты здесь делаешь, Горацио? Приветствую вас, мистер Монсей!

– Я уже думал, что нам никогда не добраться до берега, – прохрипел Монсей.

Грудь Горацио ходила ходуном. Он прислонился к стене, и его вырвало.

Дверь открылась, и сопровождаемый ветром и дождем в холл сердито вошел капитан лорки – молодой лейтенант королевского флота. Он остановился и отряхнулся, как собака. Струан подошел к двери и захлопнул ее.

– Клянусь Господом Богом Моисеевым! – обратился капитан к Струану. – Вы видели это небо?

– Какого дьявола вы забыли в море в такой день? У вас что, не хватило соображения воспользоваться своими глазами в Макао?

– Хватило, клянусь Богом! Но мне приказали идти на Гонконг, поэтому я пошел на Гонконг. Мы все в руках маньяка!

– Что?

– Этот чертов капитан-суперинтендант торговли, сэр Клайд в-господа-бога-мать Уэйлен, черт бы его побрал! Этот пустоголовый ирландец едва не утопил мой корабль со всей командой, сукин сын. Я сказал ему, что погода испортилась, но он лишь глянул на небо и фыркнул: «Вам хватит времени туда добраться. Приказываю выйти в море!» Благодарю тебя, Господи, за Гонконг.

– Как сейчас в открытом море?

– Еще один час, и нам бы пришел конец. Волны в двадцать, тридцать футов. А этот проклятый ветер! Дует без устали и не меняется – что-то невероятное! Так это тайфун или нет? Как такое возможно?

– Шторм приближается к нам строго с востока, и мы стоим прямо на его пути, парень.

– О Боже, защити нас!

– Будьте как дома. Я позабочусь о чае и роме для ваших матросов.

– Благодарю вас, – сказал молодой человек. – Извините мою несдержанность.

Струан подошел к Монсею и Горацио:

– Вы в состоянии подняться наверх, мистер Монсей?

– Да. Благодарю вас, Тай-Пэн. Вы очень любезны.

– Помогите мне с Горацио.

– Конечно. Даже не знаю, что это нашло на беднягу. Он стенает и бормочет что-то нечленораздельное от самого Макао. Крайне необычное поведение.

– Это страх, – ответил Струан.

Они помогли Горацио снять мокрый сюртук. Его лицо теперь было грязно-серым, он почти совсем обессилел от рвоты. Струан и Монсей, поддерживая его с обеих сторон, наполовину внесли его вверх по лестнице и положили на кушетку в западном крыле, в комнатах, когда-то принадлежавших Роббу.