Чтение онлайн

По законам Королевства поединок судит первый генерал, но так как мой первый генерал сам выступал в качестве воина, то судить пришлось мне. В свете восходящего солнца на арену, подготовленную специально для подобных мероприятий, вышли два воина. В мои задачи, как судьи и как Правителя, входило обеспечение безопасности всем присутствующим, а также я должен следить, чтобы эти двое не покалечили друг друга в пылу битвы.

Отец с Борей встали друг напротив друга. Решено было не использовать оружия, потому как силы магов было достаточно для проведения состязания. Судя по выражению лица отца, он просто жаждал начистить физиономию зятю.

Коротко пожав друг другу руки в знак уважения, воины разошлись. Я дал отмашку начинать поединок.

– До первой крови, - крикнул я, - Либо до капитуляции одного из воинов!

Папа и Борислав кивнули. Отец начал наступление первым. Оборачиваться в медведя полностью он не стал, ограничился звериными лапами. Очевидно, желая указать Борьке на его происхождение. Мол, мой род древний и могущественный. Но Борис не испугался, судя по всему. И ипостаси не сменил.

Сформировав шар энергии, папа швырнул получившийся комок в друга. В мгновение ока перед Борисом выстроилась каменная стена, отгораживая мага от удара. Энергия разлилась по поверхности, исчезая. Борислав даже не пошевелился, чтобы нападать. Ждал. Повторный удар, уже более сильный и направленный. Чувствовал, как содрогается воздух от чистой энергии. Будь на месте Борьки маг слабее, его тело рассыпалось бы в прах. Но друг устоял, вновь, не шевелясь. Только его щит стал более прочным, гранитным, нерушимым.

Отец, вновь собрав энергию в шар, нанес третий удар, очевидно надеясь, что защита Борислава падет. Но нет, только легкая довольная улыбка появилась на лице друга. Отец нахмурился. Я приблизился к папе. Поединок остановился.

– Па? Может ну его, хороший ведь парень, и Таньку любит, - серьезно сказал я. Папа, только прищурившись, смотрел на первого генерала. Борислав убрал каменный щит, опустил руки.

– Поединок на мечах!
– крикнул старый Король. Борислав невозмутимо кивнул.

– Па, - остановил его я, - Да брось. Я объявлю ничью. Он ведь программист, а не фехтовальщик! Поранишь его, сестренка тебя не простит.

– Тай, - отец перевел на меня взгляд, - Я должен быть уверен, что он защитит мою дочь.

Ну, что ж, друг, сочувствую. Посмотрел на Борислава. К нему уже подбежал оруженосец с мечом. Приглянувшись, рассмотрел меч. Ну, не все так плохо. Оружие не абы какое, а из личной коллекции отца. Вполне сгодится при сражении с королевским мечом папы. Посмотрел на папу. Понял, меч выдан с его согласия. Вот ведь старый лис, все спланировал заранее.

Отошел от воинов. Махнул рукой, разрешая начать поединок.

'Тай!' - услышал в голове голос любимой. Поискал ее глазами. Увидел жену в ложе с сестрой, матерью и ...Борисом? Удивленно посмотрел на дерущихся воинов. Нет, все в порядке. Отец наступает. Генерал отражает удары. Спустя секунду роли изменились. Теперь оборонялся отец. После нескольких минут наблюдения за поединком, понял, что каждый удар, каждый шаг, сделанный Бориславом, скопирован с отца. Вновь посмотрел на ложу. Борислава уже не было там. Вот только теперь на арене их было два. Отец, опустив меч, начал смеяться. Я подошел ближе, слушая разговор.

– Ну, ты засранец, - негодовал папа в ответ на реплику генерала, но совсем не злобно, - Повеселиться и то не дал! Меч оставь себе, подарок.

Под воздействием магии Борислава, иллюзия пропала. На арене остался один Барс с мечом в руке.

– Ладно, признаю ничью!
– милостиво согласился отец, - Но согласись, я бы тебя вздул! Эти твои иллюзии, конечно, сильная вещь, но без них я тебя точно одолею!

– Можем проверить в любой момент, - улыбаясь, предложил Борька.

– Есть идея лучше, - вклинился я в их разговор, - Закроемся в кабинете и пообщаемся по-мужски.

– Ой, мальчики, - насмешливо проговорил отец, отдавая свой меч оруженосцу, - Куда вам до меня? Даже и пытаться не советую!

Посмотрел на Раду. Она улыбалась, глядя на меня из королевской ложи. Пожал плечами, мол, не в курсе событий, но кажется, все в порядке.

Набрав воздух в легкие, крикнул:

– Ничья!

Народ, собравшийся на зрелище, загалдел, провожая с арены воинов. А спустя пару минут мы, в тесной мужской компании, собирались закрыться в кабинете, предварительно велев принести закуски. Мама прищурившись, смотрела на отца, провожая нас взглядом.

– Тим!
– крикнула она, когда мы скрылись за дверью, - Еще и семи утра нет!

– Милая, расслабься, - отмахнулся от ее слов отец, - Я на пенсии, могу себе позволить все, что хочу.

Почувствовал, что за дверью появилась моя Рада. Приоткрыв дверь, просунул голову, посмотрел на любимую.

– Можно?
– шепнул я одними губами. Рада, скрестив руки на груди, посмотрела на меня. Понял, что она едва сдерживает смех. Но величественно кивнула в знак согласия.

– Я люблю тебя, - улыбнулся я, смотря на любимую.

– Друга позови!
– услышал командный голос сестры. Посмотрев на жену, и получив мысленное ответное признание, исчез за дверью. Увидел, как отец уже разливает алкоголь по стаканам. Мдаа, попойки не избежать, печенкой чую.

Приоткрыв дверь, Борис выглянул в коридор. Что-то ответив сестре, вышел к ней. И спустя минуту вернулся к нам, закрыв дверь на ключ.

– Это ты? Или твои иллюзорные штучки?
– требовательно спросил папа. Борислав сел в кресло, рассмеялся.

– Неа, я, - весело ответил он, - Напиваться с тестем я и сам могу. Ни за что не упущу такой шанс.

Опрокинув по первой, отец глянул на зятя.

– Да у нас еще вся жизнь впереди, - сказал старый Король. Я рассмеялся. Вот только Борислав остался серьезным, даже не улыбнулся. Только плеснув в стакан водки, выпил.

– Вся жизнь, - горько проговорил он, - Вся жизнь - это мало.

Друг улыбнулся, вот только улыбка вышла не очень веселой. Будто он скрывал что-то, как будто боялся.

Папа, сев в кресло напротив Борислава, внимательно смотрел на него. Я остался стоять у окна.

– Ты о пророчестве?
– вдруг проговорил папа. Борислав кивнул. Отец отставил стакан на стол, потер подбородок. Вздохнул, - Выход должен быть. Мы найдем.

– Надеюсь, - тихо проговорил Борислав, - Очень надеюсь. Просто ... Просто, она ведь за мной пойдет, а я не хочу, чтобы она умирала. Хочу, чтобы жила.

– Без половинки это невозможно, - тихо проговорил папа. А я согласно кивнул. Смог бы я жить без Рады, ответ выдумывать не пришлось, однозначно 'нет'.

Прием в честь Правителей Туврона назначен на восемь. Поэтому к четырем вечера наши жены, вломившись в кабинет, где мы заперлись рано утром, вытащили наши совершенно пьяные тела и распорядились разнести по спальням.