Чтение онлайн

– За этим местом хорошо следят, – заметил я.

– Это приходящий садовник со своими помощниками. Здесь живу только я и слуги.

– А что там? – спросил я, посмотрев в сторону извилистой тропинки.

– Это зависит от того, на какой развилке вы захотите повернуть.

– Вы позволите мне сделать выбор?

– Будьте моим гостем. Их тут всего две. – Ее очи глядели на меня изучающе.

– Выбор невелик.

– Иногда это лучше многопутья.

Они любят такие игры. И любят читать мужчин. А когда полностью их изучат, то потеряют интерес. Еще хуже, если выдать все секреты – на болевые точки непременно надавят, а все сказанное – без сомнений используют против тебя в самый уязвимый момент.

– Тогда направо, – выбрал я не задумываясь.

– Почему?

Я пожал плечами.

– Как скажете. Поворот направо приведет к родовой усыпальнице. Хотите на нее взглянуть?

– Было бы любопытно.

Пройдя несколько метров извилистой тропинки, мы очутились лицом к лицу со склепом, изготовленным в готическом стиле. Скрываясь в постоянной тени, куда, по всей видимости, вообще не попадало солнце, склеп порос зеленым мхом и отдавал сыростью. Надписи с пятнами черной плесени на стенках по бокам от входа гласили следующее:

Рональд Престон Беннет ? Марта МакФлай-Беннет

1870 – 1940 ~ 1878 – 1941

Рейнольд Рональд Беннет ? Патрик Рейнольд Беннет

1900 – 1951 ~ 1937 – 1945

– Родители мужа, – объяснила миссис Беннет.

– МакФлай – девичья фамилия матери вашего покойного супруга?

– Совершенно верно. Пойдемте отсюда.

Я понял, что она не хочет говорить о других – о муже и сыне – и не стал задавать лишние вопросы.

– Где же могилы ваших родителей? – Язык мой – враг мой. – Простите, я не знаю почему я вдруг спросил… Это так глупо и неосторожно… Они ведь еще могут быть…

– Похоронены на городском кладбище в западной части Амабея, в могилах попроще. Такова была их воля. – Миссис Беннет оставила мои оправдания без внимания и, по виду, ни чуть не обиделась..

Породистая.

– Они не питали радости от моего брака и никогда не посещали этот особняк. Мои отец и мать были очень замкнутыми религиозными людьми.

– И вы, полагаю, вышли замуж без их согласия? – догадался я.

– Я сбежала из дома, когда мне было шестнадцать. Впрочем, всему виной мое безрассудство и гормоны. Отец и мама хоть и были пуританских взглядов и порой чрезмерно набожными, но никогда меня не обижали, если вы понимаете, что я имею в виду. В религиозных семьях иногда происходят нехорошие вещи.

– Я вас прекрасно понимаю.

– Устроившись на работу, я самостоятельно сняла жилье и первой возобновила с ними контакт. Надо сказать, они приняли меня с любовью, были рады увидеть вновь после долгого отсутствия. Даже один раз встречались с Рейнольдом. Правда, с первой же минуты невзлюбили его и потом при каждой очередной встречи твердили, что он похож на одержимого бесами. Но в то время мне так не казалось. Тогда я вообще была довольно легкомысленна и поверхностна, не забивая себе голову слишком глубоким анализом людей и жизни в целом.

– Вы сказали, ваш муж был похож на одержимого?

– Так сказали мои родители.

– Простите.

– Он постоянно говорил о богатстве и заявлял, что непременно добьется его любыми способами. Я тогда не придала значения выражению «любыми».

– И ведь добился. Такому упорству можно только позавидовать.

Миссис Беннет махнула рукой.

– Я бы хотела упокоиться в земле вместе с родителями, но это теперь невозможно, – она ловко ушла от темы.

– Невозможно?

Хозяйка ничего не ответила, и дальнейшая прогулка прошла в молчании.

Мы неспешно обогнули дом вокруг и с другой стороны особняка вернулись к крыльцу напротив фонтана. Ангелочки больше не поливали из кувшинов, а на поверхности застывшей в бассейне воды плавали два цветка фиалки и несколько порванных лепестков да бледных листьев. Ангел все так же взывал к небесам. Казалось, его взор погрустнел с тех пор, как я увидел его впервые.

Наступил вечер. Теплый июльский бриз подул со стороны залива, к которому вели ступеньки за фонтаном, они тянулись вниз футов на триста, прямо к воде. Мы подошли к спуску, несколько минут понаблюдали за бухтой, после чего вернулись в дом.

– Полагаю, вам нужен отдых, – сказала миссис Беннет.

– И немного освоится в своей комнате, – подтвердил я.

В дверях появился хмурый дворецкий.

– Майлз проводит вас на второй этаж и все покажет. В вашей спальне есть любые необходимые вещи и удобства. Вам там будет уютно.

– В этом нет сомнений, миссис Вайолетт. Благодарю вас за доброту и гостеприимство.

– Ваша сумка уже наверху, – произнес дворецкий канцелярским голосом и зашагал по коридору в сторону винтовой лестницы, подав мне знак следовать за ним.

– Чувствуйте себя как дома, мистер Арнольд. Если захотите выйти наружу, не отказывайте себе в этом удовольствии. Только не заблудитесь, – предупредила миссис Беннет. – Здесь легко потеряться, хотя с виду все понятно. Главное, выбрать правильное направление.

– В запасе у меня осталось только одно.

– Проверим его вместе, но уже завтра.

– Буду ждать с нетерпением. А сегодня, пожалуй, свалюсь без задних ног.

Она попрощалась и отвернулась к заливу, поправив на плечах полупрозрачную шаль.

Я последовал за дворецким.

Мы дошли до просторного мраморного холла и стали подниматься наверх. Вдоль закругленной винтовой лестницы висели массивные портреты, а между ними с идеально выверенными интервалами крепились светильники с заостренными шишкообразными лампочками. Наиболее свежие портреты, судя по виду, начинались снизу и по мере восхождения по твердым каменным ступенькам, каждая вторая из которых имела мозаичные рисунки в виде звезд, сменялись более старыми. Вдоль ступеней следующего пролета, ведущего на третий этаж, еще несколько образов терялись в темноте. Я ощутил на себе их пристальные взгляды, следившие, казалось, за моими передвижениями. Это были уже не старые, а старинные полотна.

– Кто все эти люди? – поинтересовался я у дворецкого, когда мы достигли второго этажа.

– Несколько исторических персонажей. – Он провел рукой по воздуху напротив полотен. – Вы не встретите здесь семейных картин. Мистер Беннетт этого не любил… – Дворецкий замолк, подняв глаза кверху с таким видом, как будто испугался, что эту его реплику услышат посторонние.

Хм, почему именно исторические персонажи?..

И действительно, взглянув повнимательнее на один из портретов, я узнал знаменитого герцога Бекингема 2 . Забавно. Впрочем, лично для меня знаменит он был лишь по роману Дюма 3 . Конечно, я знал общую информацию об этой неоднозначной фигуре в истории Англии, но к своему писательскому стыду не особо тщательно наводил о нем справки. Запомнил только, что это был авантюрист редкой харизмы и пылкой страсти. И эту информацию я, кажется, также почерпнул из «Мушкетеров».