Чтение онлайн

Король Абдалла — дед Хусейна — проявил выдающиеся качества политика и сумел не только в течение многих лет продержаться на своем шатком троне, но и с большим умом использовать английскую поддержку. Он превратил своих бедуинов в лучшую в регионе армию, ввел у себя разумные законы и наладил экономику, благодаря чему его государство осталось на плаву даже после ухода англичан.

В 1947 г. ООН большинством голосов (при поддержке СССР) принял решение разделить и оставшуюся треть Палестины еще на два государства: еврейское и арабское. Абдалла немедленно воспользовался этим и оккупировал ту часть, которая должна была составить арабское государство (кроме сектора Газы, оккупированного Египтом). Конечно, все заинтересованные лица в то время понимали, что никакого арабского государства не может быть за отсутствием инфраструктуры, но дипломаты Британской Империи надеялись таким образом усилить свои позиции, предложив двум своим тогдашним вассалам — Трансиордании и Египту — округлить их владения.

С тех пор Трансиордания стала называться Иорданией, а арабы Западного берега Иордана на двадцать лет оказались поддаными ее короля.

Однако, начиная с этого момента, из географии исчезло столь значимое в истории слово — Палестина. Остались только Израиль и Иордания. Причем, Израиль был определен как еврейское государство, а Иордания, как бедуинское, хотя бесправное большинство в нем составляли арабы. Спустя тридцать лет после Первой мировой войны это были уже не те арабы, что безропотно подчинялись кому попало, а арабы, привыкшие к британской палестинской администрации, которая всячески поощряла в них зачатки самоуправления. Таким образом открылась вакансия для нового, «палестинского» народа…

Существует в философии лингвистическое направление, которое утверждает абсолютный приоритет словесных формул в сознании (а следовательно и в исторически реализуемой активности) людей. Не берусь судить категорически, но мне кажется, что победа Ленина в революции была предопределена его выбором названия для своей малочисленной партии — БОЛЬШЕВИКИ. Партия меньшевиков не смогла бы победить в России независимо от ее программы и качеств вождей, просто потому что «меньшее» в массовом сознании неизбежно уступает «большему».

Примерно такой же уровень интуитивного политического дальновидения проявил и Ясер Арафат, назвавши свое движение «палестинским». Палестинцами теперь можно называть и большинство населения Иордании, и израильских арабов, и жителей Палестинской автономии на Западном берегу Иордана, и многочисленных беженцев из районов военных действий 1947–1948 гг., рассеянных по всему свету. («Кто это палестинцы?» — недоумевала Голда Меир: «я — палестинка.») Это имя, основанное на христианском названии местности, придало локальной проблеме статуса Западного берега неожиданно глобальное значение, от которого зависит и стабильное существование двух государств — Израиля и Иордании — и престиж двух мировых религий.

Культурная наполненность слова «Палестина» настраивает любую европейскую аудиторию на высокий, мечтательный лад («Скажи мне ветка Палестины, где ты росла, где ты цвела…») и исключает мысль о зле и насилии.

Хусейн стал королем после того, как на его глазах король Абдалла был убит палестинским боевиком за то, что накануне встретился с Голдой Меир для мирных переговоров. Конечно, Абдалла встречался с Голдой не из необъяснимой любви к евреям, а исходя из трезвой оценки перспектив и интересов своего народа. Но… если бы террористические организации состояли из трезвых людей, вся история человечества, возможно, пошла бы другим путем.

Следует также заметить, что террор является пока единственной действенной формой оппозиции во всем арабском мире от Индийского океана до Атлантического, и Иордания не была исключением.

Вступив на должность в 1952 г., Хусейн правил 47 лет. Во всех арабских странах за это время успели произойти государственные перевороты. В некоторых — не по одному разу.

Решение Лиги Арабских стран в 1967 г. толкнуло и его (вместе с Египтом и Сирией) на участие в агрессии против Израиля, которая была впоследствии названа Шестидневной войной. В результате Иордания лишилась Западного берега и Восточного Иерусалима и в нее хлынул поток обозленных (и вооруженных) «беженцев», которые воспринимали это поражение как историческое недоразумение. Теперь уже, в отличие от 1947 г., эти люди были объединены общей бедой и вдохновляющей идеологией «палестинской революции», которая каким-то чудесным образом освободит все угнетенные колонизаторами народы. Нет нужды объяснять, что они были также вооружены советским оружием и отчасти советской фразеологией. В течение нескольких лет они сумели совершить десять покушений лично на короля Хусейна, а также множество убийств его министров и членов семьи.

Наконец, в 1970 г. они начали гражданскую войну против короля и призвали себе на помощь Сирию. 1 сентября газета ФАТХа — самой крупной организации палестинцев — призвала к свержению короля Хусейна. 17 сентября палестинцы обстреляли столицу Иордании — Амман. 21 сентября две сирийские бронетанковые бригады вторглись в страну и заняли второй по величине город Ирбид. В ответ иорданская армия перешла в наступление, разгромила базы ФАТХа по всей стране и нанесла поражение сирийской танковой колонне. Более 8000 палестинских боевиков были убиты и десятки тысяч ранены. (По другим сведениям убито было 20 000 палестинцев.) Большая часть бойцов ФАТХ, спасая свою жизнь, вброд перешли Иордан и сдались израильским войскам. Какая-то часть сумела бежать в Ливан. Сентябрь 1970 г. вошел в историю палестинского движения, как «черный сентябрь».

Повидимому, именно этот сентябрь (или американская финансовая помощь) окончательно убедил Хусейна в необходимости мира с Израилем. Хотя Иордания еще со времен Абдаллы проводила регулярные тайные консультации с изральскими дипломатами, в октябре 1970, впервые после смерти старого короля, такая встреча состоялась на высшем уровне.

Трудно назвать короля Хусейна «голубем» в общепринятом европейском смысле, но в его лице Израиль впервые обрел партнера по переговорам. Как сказал один поэт: «Пошли нам, Боже, честного врага!» До переговоров с Хашимитским домом Израиль встречался в арабском мире только со слепой ненавистью, не принимающей в расчет никаких резонов. Король Хусейн вел переговоры, чтобы договориться. Вопреки всем теориям воля одного человека в истории значит очень много.

Во всех арабских странах сегодня существуют авторитарные режимы разной степени жесткости. Эта авторитарность в какой-то степени соответствует феодальной, по-существу, структуре арабских обществ и отсутствию национальной солидарности.

Лет двадцать назад, проходя резервную службу, я вместе с другими солдатами охранял строительный объект вблизи Шхема (арабское название — Наблус). Строительные рабочие-палестинцы — веселые, двадцатилетние мальчишки — дружелюбно приглашали нас к своему костру. Они объясняли, что предпочитают работать на израильских объектах не только потому что израильтяне лучше платят, но еще и потому что спесивые арабские шейхи-работодатели не признают их за равных себе людей и всячески подчеркивают свое превосходство. Эти ребята уже поучились в вестернизованной школе, и идея наследственного сословного неравенства стала им чужда. Их очень заинтересовало мое происхождение и они расспрашивали о жизни в России. Один из вопросов меня поразил: «Как Россия устроена? Там — свобода, как у нас, или диктатура, как в Иордании?» Т. е. двадцать лет назад на «оккупированных территориях» жили еще палестинцы, которые воспринимали Израиль, как свой дом.

Конечно, Иордания — абсолютная монархия, в которой парламент предназначен для выслушивания и безоговорочного одобрения воли короля. За 47 лет царствования Хусейна сменилось полсотни премьер-министров. Воля хашимитских королей все полвека была направлена на вестернизацию и модернизацию их страны. Тот факт, что вестернизация входит в противоречие с отсутствием свободы, должен напомнить российскому читателю пример Петра Великого, который модернизовал Россию вопреки ее воле. Подобно Петру, Хусейн в узком кругу также умел вести себя предельно просто. Бывший премьер-министр Израиля Шимон Перес рассказал, как десять лет назад он тайно встретился с королем в доме мэра Лондона. Чтобы сохранить тайну, мэр отпустил всех слуг, и его жене пришлось самой подавать к столу. После обеда король вызвался помыть посуду…

Заключив мир в 1994 г. Хусейн лично облетел Израиль на своем самолете и, полюбовавшись им с воздуха, признал, что израильтяне очень украсили свою землю. По-видимому, им владела мысль превратить в сад и свою пустынную страну.

Мирная идиллия прерывалась несколько раз, но королю удавалось побороть сомнения в мирных намерениях Иордании. 13 марта 1997 г. иорданский солдат открыл автоматный огонь по группе девочек-восьмиклассниц, приехавших на экскурсию в Иорданию и убил семерых. Король совершил беспрецедентный шаг, лично посетив семьи убитых и присоединившись к их трауру. Ничто не сможет заменить родителям убитых детей, но израильтяне оценили воистину королевский жест Хусейна, ставшего на колени в доме осиротевшей семьи убитой девочки…