Тайна булавки
Шрифт:
В качестве свидетелей под завещанием подписались: Мильдред Грин, кухарка, и Артур Грин, слуга, жившие в то время в Майфильде.
— Вероятно, это те слуги, которых старик прогнал за то, что они отдавали объедки своим бедным родственникам, — предположил Тэб.
В душе он радовался за своего друга, получившего такое большое наследство, и жалел только о том, что это произошло в результате столь трагических обстоятельств.
Карвер положил завещание обратно в коробку и продолжил поиски. Он подошел к двери, осмотрел замок и покачал головой.
— Замок этот не запирается автоматически. Значит, дверь была заперта либо снаружи, либо изнутри… Если бы здесь имело место самоубийство, то объяснение всему было бы весьма простое. В данном случае я не понимаю, каким образом этот ключ мог очутиться на столе… — он попробовал просунуть ключ в отверстие для вентиляции. Отверстие оказалось слишком мало.
— Вероятно, в эту комнату можно попасть через другой вход, — предположил озадаченный сыщик.
Солнце уже всходило, когда они наконец закончили поиски: в комнате с бетонными стенами и полом не было ни окна, ни камина. Пытаясь в последний раз разгадать тайну ключа, Карвер пригласил рабочего для осмотра сделанного из твердой стали и вмонтированного в нишу двери вентилятора. Даже если кому-то удалось бы вынуть эту дощечку, через образовавшееся отверстие не мог бы пролезть ни один взрослый человек.
— Остается лишь предположить, что у преступника была крошечная дрессированная обезьянка, — прокомментировал вывод специалиста Карвер.
— Но, может быть, есть второй ключ, — заметил Тэб.
— Нет. Поверьте, что, если бы таковой существовал, то Вальтерс или Феллинг, как я его называю, им давно уже воспользовался бы… Ведь он был докой по этой части… Если уж он взялся за изготовление ключа, то нет сомнения, что второго не было.
— Значит, вы считаете, что дверь была заперта этим ключом? — Тэб посмотрел на лежащий на столе ключ.
— Я не только в этом убежден, я готов поклясться, что это так, — Карвер указал на пятна крови у замочной скважины, а также на внутренней и наружной стороне двери.
— Я убежден, что эту дверь открыли изнутри после того, как старик был убит, а затем заперли снаружи…
— Но в таком случае, каким же образом ключ оказался на столе в запертой комнате?
Карвер в раздумье покачал головой.
— Если бы у меня было хоть малейшее предположение на этот счет, то я мог бы надеяться раскрыть тайну этого убийства.
— Ничего не понимаю, — начал Тэб и вдруг увидел на полу маленький блестящий предмет. Это была совсем новая булавка.
7
С того места, где стоял Тэб, булавка была отлично видна. Он нагнулся и поднял ее.
— Что это такое? — спросил сыщик.
— Мне кажется, это самая обыкновенная булавка, около полутора дюймов длиной, какими пользуются конторщики для скрепления документов.
Булавка эта была слегка согнута и лишь этим отличалась от миллиона ей подобных булавок.
— Дайте-ка ее мне, — положив булавку на свою обтянутую белой перчаткой ладонь, Карвер встал под электрической лампочкой.
— Не думаю, чтобы булавка эта имела какое-то значение. Тем не менее я оставлю ее у себя, — и он положил находку Тэба в спичечную коробку, куда раньше уже был положен ключ.
— А теперь пойдемте, Тэб!
Они вышли из подвала на ярко залитую солнцем улицу и невольно улыбнулись, посмотрев друг на друга: такой контраст с этим ясным солнечным днем представляли их небритые, усталые от бессонной ночи лица.
Придя домой, Тэб нашел Рекса спящим в гостиной на диване. Он спал в одежде, в комнате ярко горела лампа.
— Я ждал вас до трех часов, — зевая, проговорил проснувшийся Рекс. — Удалось ли найти Вальтерса?
— Пока нет. Я расстался с Карвером всего десять минут назад… Он подозревает Брауна… Его перчатки мы нашли в подвале…
— Брауна, приехавшего из Китая? Как все это ужасно! Я старался всю ночь не думать об этом, но не мог… С ума можно сойти…
— Все же я должен сообщить вам приятное известие: мы нашли завещание вашего дяди. Конечно, я сообщаю вам это неофициально…
— Вы нашли завещание? Похоже, мне ничего не досталось… Кому же завещано все богатство — приюту для бездомных собак или яслям для котят?
— Все состояние завещано некоему толстому молодому архитектору… Я уже с грустью думаю о том, что нам скоро придется расстаться… Быть может, вы все-таки пригласите меня когда-нибудь к себе… Или, может быть, сделавшись богачом, вы не пожелаете больше со мной знаться?
Рекс нетерпеливым жестом остановил его.
— Я думаю сейчас не о деньгах!..
Тэб проспал четыре часа. Когда он проснулся, Рекса уже не было дома.
А когда он вышел на улицу, то стал свидетелем того, как специальные воскресные издания, осветившие подробности убийства Джесса Трэнсмира, раскупаются нарасхват.
Тэб пришел в редакцию «Мегафона», набросал краткий рассказ о ночном происшествии и направился в Майфильд. Карвера там не оказалось, а охранявший дом полицейский отказался его пропустить. Тогда он направился на квартиру Карвера и застал его за бритьем.
На вопрос Тэба, удалось ли напасть на следы Феллинга и Брауна, сыщик ответил:
— Нет. Я считаю, что найти Брауна будет гораздо труднее, ибо в этой стране его никто не знает. Что же касается Феллинга-Вальтерса, то, к сожалению, его нам тоже не удалось обнаружить, хотя нам известны почти все его друзья и знакомые. Все они утверждают, что давно его не видели. Шофер такси, на котором он скрылся, сообщил, что отвез его на Центральный вокзал. По дороге они останавливались, чтобы купить пассажиру шляпу.
— У вас за это время появились какие-нибудь новые версии?
Карвер какое-то время пребывал в глубокой задумчивости. Этот худощавый человек высокого роста, казалось, не отличался поспешностью движений и быстротой реакции.
— Есть много догадок, — произнес он наконец, — но все они не выдерживают критики…
— А вам не приходило в голову, что выстрел мог быть произведен через вентиляционное отверстие?
— Да, я об этом подумал, после того как мы с вами расстались, и вернулся в подвал, чтобы еще раз осмотреть вентилятор. Металлическая доска не почернела, что непременно случилось бы, если бы через одно из отверстий стреляли… Кроме того, пуля, найденная в теле старика, не могла по размеру пройти сквозь такое отверстие. Нет, убийство было совершено в самом подвале.