Чтение онлайн

Лицо мальчика, всегда бледное, сейчас стало синеватым, глаза были закрыты, правая рука свесилась с кровати. Улисс взял руку ребенка. Она была холодной, пульс не прощупывался. Улисс поднес к губам Люо зеркальце. Оно слегка запотело.

В это время открылась дверь и вбежал Чёрч.

– Он умер?

– Нет, – ответил Улисс.

– В чем же тогда дело?

– Не знаю.

– Как это «не знаю»? Вы же врач, вы должны знать!

– Не знаю, – машинально повторил Улисс.

– Надо вызвать другого врача… Более опытного, – резко сказал Чёрч.

– Да, надо, – отозвался Улисс.

– Какого врача? Говорите быстрее.

– Я думаю, терапевта.

– Кто у нас лучший терапевт? Вы же должны быть с ними знакомы.

Улисс задумался.

– Профессор Гонро, но он, кажется, не занимается частной практикой…

– Ну, это я беру на себя, – самоуверенно заявил Чёрч. – Сейчас я его привезу. Где он живет?

– Я никогда не был у него.

– Сейчас разыщем… Где у вас телефонный спра­вочник, госпожа Ричар?

Ричар подала ему книжку. Чёрч перелистал ее и нашел адрес. Потом подошел к Улиссу.

– Вот что, Хент, – тихо сказал он. – Я хочу вам напомнить обязательство – никому ничего не говорить о препарате. И сейчас тоже нельзя. Хорошие врачи и без этого поймут, что делать… Мне кажется, – добавил он, подумав, – лучше вам удалиться отсюда, пока здесь будет профессор.

– Ладно, – все так же вяло ответил Хент.

Когда спустя тридцать минут позвонили и госпожа Ричар сказала, что приехал Чёрч с профессором, Улисс перешел в соседнюю комнату.

После осмотра Люо, Гонро заявил, что у ребенка, по-видимому, летаргический сон. Он предложил вызвать невропатолога и по настоянию Чёрча остался участвовать в консилиуме.

Вскоре приехал невропатолог. Осмотрев Люо, он согласился с диагнозом и порекомендовал немедленно отправить ребенка в больницу, где он мог бы находиться под постоянным наблюдением врачей.

– В этом, я думаю, нет надобности, – заявил Чёрч. – Мы обеспечим надлежащий уход за ребенком здесь. Я просил бы вас назначить лечение и предписать все, что требуется. У Люо есть постоянный лечащий врач. Очень опытный, – добавил он, покосившись на дверь. – Он сейчас в отъезде, но с минуты на минуту должен возвратиться и будет постоянно находиться при ребенке. Кстати, госпожа Ричар, он еще не вернулся?

Госпожа Ричар поняла, что от нее требуется. Она вышла и спустя пять минут возвратилась с Улиссом.

– Доктор как раз приехал.

Профессор Гонро свысока посмотрел на этого безвестного врача, которому, как это ни странно, Общество покровительства талантам доверило наблюдение за гениальным ребенком. Только из вежливости Гонро и его коллега кое о чем расспросили Улисса, явно давая понять, что мало интересуются его мнением.

– Эта болезнь надолго? – спросил Чёрч.

– Гм-гм… – неопределенно промычал Гонро. – Главное сейчас, мне кажется, не столько в том, чтобы разбудить ребенка, сколько не дать угаснуть жизни. Да-да. Об этом надо беспокоиться.

Когда врачи ушли, Чёрч подошел к Улиссу и, положив ему руку на плечо, сказал:

– Не унывайте, Хент, мы вылечим Люо.

– Боюсь, что это от препарата, – со вздохом отозвался Улисс.

– Глупости. При чем здесь препарат? Мало ли бывает случаев летаргии… Сейчас как раз время широко применить препарат.

– Ни за что!

– Напрасно. Поймите, Люо сейчас нет. Нам нужны таланты, иначе – крах нашему Обществу, крах всему. Мы дадим вам сколько угодно денег. Назовите любую сумму.

Улисс молчал, он почти не слушал Чёрча. Две мысли переплетались в его голове: «Почему уснул Люо?» и вторая, столь же мучительная: «Как вернуть Лайгу?»

Он не выдержал и спросил Чёрча:

– Где Лайга?

Вопрос не застал Чёрча врасплох, он ожидал его.

– Где Лайга? – переспросил он. – Почему вы думаете, что я должен знать это?

Улисс стиснул зубы, чтобы не раскричаться, не сказать лишнего слова.

– Мне подумалось, что вы знаете.

– К сожалению, нет…

Чёрч начал одеваться.

– Мне кажется, – сказал он уже у двери, – что вы могли бы вернуть Лайгу, согласившись произвести новые опыты. Женщины любят покапризничать и помучить нас. И потом… вы сами должны понимать: Лайга из таких женщин, которым не пристало жить в нищете. Подумайте об этом, Улисс.

Денег не было. Улисс продал кое-какие вещи и выручил около пяти тысяч бульгенов. Этого хватит ненадолго. Особенно, если продолжать опыты. Единственная обезьяна, которая еще не подвергалась экспериментам, неожиданно издохла. До этого животных в лабораторию доставляли агенты Чёрча. Теперь Улиссу не хотелось обращаться к нему. Хент решил сам раздобыть обезьяну и отправился в зоологический магазин. Но там обезьян не оказалось. Продавец посоветовал Улиссу обратиться в институт изучения рас и народов.

– Там есть много животных, – сказал он, – может быть, вам продадут.

Директор института, низенький полный мужчина с добродушным лицом пастора, принял Улисса очень любезно и, выслушав его, с готовностью взялся помочь. Он вызвал одного из служащих и спросил его., можно ли удовлетворить просьбу Улисса.

– У нас имеется сейчас шесть больших человекообразных обезьян, – сказал тот. – Одна самка беременная. Может быть, она подойдет господину…

– Хент, доктор Хент.

– Если господин Хент найдет ее пригодной для своих опытов, мы можем ее продать. В связи с беременностью она для наших опытов не годится. А если этот экземпляр почему-либо не понравится господину Хенту, достаточно подождать неделю, и мы сможем предложить ему другой. В наш адрес уже выслана партия животных, она вот-вот должна прибыть.

Директор предложил пойти посмотреть обезьяну.

Миновав здание лабораторий, Улисс и его спутники подошли к небольшому деревянному сооружению, напоминавшему миниатюрный средневековый замок довольно привлекательной архитектуры. Фасад его был украшен всевозможными резными фигурами и увит плющом.

– Это наш обезьянник, – сказал директор.

Изнутри валил запах животных и слышались крики обезьян. Среди щелкающих звуков выделялся монотонный ноющий голос. Он был такой печальный, что Улисс остановился. Директор института спокойно сказал:

– Это снова капризничает Зома, никак не смирится со своим пленением. Пойдемте, поглядим на нее, она сидит в одной клетке с интересующей вас самкой.

В большой клетке сидела обезьяна и еще какое-то существо, забившееся в угол.

Увидев людей, обезьяна бросилась к передней стенке клетки и сквозь прутья протянула лапу за ла­комством. Второй узник не обратил никакого внимания на вошедших, только перестал кричать и теперь тихо всхлипывал.

– Зома, Зома, иди сюда! – позвал директор. – Вот упрямица! У нее на днях издох детеныш, – объяснил он Улиссу, – и она никак не успокоится. Иди сюда, говорю тебе.