Чтение онлайн

– Я абсолютно уверена, что у Стивена не было врагов. Все его любили. – Она печально улыбнулась. – Да, он был несколько консервативен и боялся всевозможных новшеств, но люди относились к нему очень хорошо. Его невозможно было не любить, сэр Чарльз.

– Я полагаю, миссис Баббингтон, ваш муж не оставил вам больших средств?

– Нет. Почти ничего. Стивен не умел копить. Он раздавал деньги направо и налево. Я постоянно ругала его за это.

– Я полагаю, он не ждал никаких финансовых поступлений откуда бы то ни было? И не являлся чьим-нибудь наследником?

– Нет-нет. Родственников у Стивена было немного – сестра, замужем за священником в Нортумберленде, но они живут очень бедно; а также дядья и тетки, которые уже умерли.

– Стало быть, вряд ли кто-то мог извлечь выгоду из смерти мистера Баббингтона?

– Именно так.

– Давайте на минуту вернемся к вопросу о врагах. Вы говорите, что у вашего мужа не было врагов. Но они могли быть у него в молодости.

На лице миссис Баббингтон появилось скептическое выражение.

– Это крайне маловероятно. Стивен был миролюбивым человеком. Он всегда хорошо ладил с людьми.

Сэр Чарльз нервно кашлянул.

– Извините меня за некоторый мелодраматизм – но, может быть… когда вы с ним обручились… это вызвало разочарование у какого-нибудь вашего поклонника?

Глаза миссис Баббингтон на мгновение блеснули.

– Стивен служил викарием у моего отца. Он был первым молодым человеком, которого я увидела после того, как вернулась после окончания школы домой. Мы полюбили друг друга и четыре года были помолвлены. Потом он получил приход в Кенте, и мы смогли пожениться. Наша любовная история очень простая, сэр Чарльз, и очень счастливая.

Сэр Чарльз склонил голову. Безыскусное достоинство миссис Баббингтон вызывало восхищение.

Эгг подхватила эстафету.

– Как вы думаете, миссис Баббингтон, ваш муж встречался прежде с кем-нибудь из гостей, присутствовавших в тот вечер в доме сэра Чарльза?

Миссис Баббингтон озадаченно посмотрела на девушку.

– С вами и вашей матерью, дорогая моя, а также с молодым Оливером Мандерсом.

– Да, это понятно, но, может быть, с кем-то еще?

– Мы оба видели Анджелу Сатклифф в театре в Лондоне пять лет назад. И Стивен, и я с нетерпением ждали встречи с нею у сэра Чарльза.

– До этого вы с ней не встречались?

– Мы никогда не встречались с актрисами – и актерами, – пока сэр Чарльз не поселился здесь. И это было замечательно. Думаю, сэр Чарльз не догадывается, какое значение для нас имел его приезд. Он привнес в нашу жизнь дух романтизма.

– Вы прежде не встречались с капитаном и миссис Дейкрс?

– Это невысокий мужчина и красиво одетая женщина?.. Нет. И с той, другой женщиной, которая пишет пьесы, – тоже. Бедняжка, по-моему, она выглядела неважно.

– Значит, вы уверены, что никогда не встречались ни с кем из них прежде?

– Я абсолютно уверена, что не встречалась с ними сама, – и почти уверена, что с ними не встречался Стивен. Мы с ним практически не разлучались.

– И мистер Баббингтон ничего не говорил вам о гостях сэра Чарльза, – не унималась Эгг, – до того, когда вы пришли на ужин или когда встретились с ними?

– До нашего появления там он не говорил ничего – кроме того, что предвкушает интересный вечер. А когда мы пришли, у нас было не так много времени…

Неожиданно по ее лицу пробежала судорога. Заметив это, сэр Чарльз поспешил вмешаться.

– Пожалуйста, извините нас за причиняемое вам беспокойство. Видите ли, мы считаем, что для столь бессмысленного на первый взгляд убийства должна быть какая-то причина.

– Я понимаю, – сказала миссис Баббингтон. – Если это убийство, должна быть причина… Но я не знаю… не представляю, что это может быть за причина…

В комнате повисла тишина.

Спустя минуту или две сэр Чарльз наконец нарушил молчание.

– Вы не могли бы вкратце описать жизненный путь и профессиональную карьеру вашего мужа?

У миссис Баббингтон оказалась прекрасная память на даты. Сделанные сэром Чарльзом записи выглядели следующим образом:

«Стивен Баббингтон родился в Айлингтоне, графство Девон, в 1868 году. Получил образование в школе Святого Павла и в Оксфорде. Стал дьяконом и получил место в приходе в Хокстоне в 1891 году. Рукоположен в 1892 году. Был викарием в Эслингтоне, графство Суррей, при преподобном Верноне Лорримере в 1894–1899 годах. Женился на Маргарет Лорример и получил приход в Джиллинге, графство Кент. Переведен в приход Сент-Петрок в 1916 году».

– Это кое-что дает нам, – сказал сэр Чарльз. – На мой взгляд, наибольший интерес для нас представляет период, когда мистер Баббингтон служил викарием в приходе Святой Марии в Джиллинге. Его молодость была слишком давно, чтобы он мог тогда сталкиваться с кем-либо из тех людей, которые присутствовали в тот вечер в моем доме.

Миссис Баббингтон вздрогнула.

– Вы действительно полагаете… что кто-то из них…

– Я не знаю, что думать, – ответил сэр Чарльз. – Бартоломью что-то увидел или о чем-то догадался – и умер точно так же. При этом присутствовали пять…

– Семь, – поправила его Эгг.

– …Семь человек, которые присутствовали и в моем доме. Один из них наверняка является преступником.

– Но почему? – воскликнула миссис Баббингтон. – Почему? Какой мотив мог быть у этого человека для убийства Стивена?

– Это мы и собираемся выяснить, – ответил сэр Чарльз.

Мистер Саттерсуэйт приехал в «Воронье гнездо» вместе с сэром Чарльзом. В то время как его хозяин и Эгг Литтон-Гор навещали миссис Баббингтон, он пил чай с леди Мэри.

Последняя относилась к мистеру Саттерсуэйту с большой симпатией. Несмотря на мягкость ее манер, она отличалась определенностью и твердостью взглядов в отношении того, что ей нравится и что не нравится.

Мистер Саттерсуэйт прихлебывал китайский чай из чашки дрезденского фарфора, жевал микроскопические сэндвичи и вел беседу. Во время его последнего визита они нашли много общих друзей и знакомых. Их сегодняшний разговор начался с той же темы, но постепенно приобрел более интимный характер. Мистер Саттерсуэйт был чрезвычайно тактичным человеком – он сочувственно выслушивал сетования других людей и никогда не докучал им своими проблемами. Еще в прошлый раз леди Мэри сочла вполне естественным поделиться с ним своим беспокойством по поводу будущего своей дочери. Теперь же она разговаривала с ним, как со старым другом.