Чтение онлайн

— Но в записях ясно сказано о Иерусалиме! — изумленно воскликнула Эмма.

— Я попробую объяснить. Но это непросто. Вы сейчас умывайтесь, завтракайте, а я зайду через час, и мы продолжим.

Освежившись прохладной водой, Эмма приступила к завтраку. На удивление, никакой национальной еды на столике не было. Пластиковые стаканчики фабричных йогуртов, упаковка мюсли, кувшин безвкусного пастеризованного молока и много, много фруктов.

Странное чувство охватило ее. Она увидела себя как бы со стороны. Она не выглядела несчастной, загнанной в далекую пустыню женщиной. Несмотря на то, что ее привычный и такой знакомый мир рухнул, Эмма этим нисколько не была угнетена. Все эти годы она жила как все. Устремления и уклад жизни мало отличался от тех людей, кого она знала, ее знакомых, коллег и соседей.

Эмма, как и все, следила за жизнью светских звезд и знала об их личной жизни куда больше, чем о секретах своих подруг. Ей, как и всем, хотелось оказаться на месте знаменитостей, быть богатой, известной, желанной. Истории их головокружительной карьеры были больше похожи на триллеры, где главный герой проявляет удивительные человеческие качества и, в конце концов, побеждает.

Временами в прессе появлялись сногсшибательные разоблачения. Примерный семьянин, гордость Голливуда и всей Америки, оказывается, лупит свою жену последние десять лет. В порыве откровения бедная супруга звезды, недовольная многомиллионными отступными, рассказывает всю правду о своем беспутном муже. Неожиданно он предстает пьяницей, наркоманом, плохим любовником и беспринципным человеком. Читательницы рыдают, сопереживая несчастной, и даже пишут ей письма полные советов и сочувствия.

Придуманная праздная жизнь куда интересней повседневной собственной, переполненной страхами, недовольством, ревностью. Все последние изменения в ее жизни ужасны с точки зрения обывателя, грызущего попкорн перед телевизором. Кто захочет поменяться местами с Александром или Карлом Рунге? Но сейчас Эмме было совершенно очевидно, что ее предки жили поистине красочной, переполненной необыкновенными событиями жизнью. С ней сейчас происходило нечто подобное, провидение дало ей шанс окунуться в гущу ошеломляющих событий. Ей предстоял выбор: или в страхе бежать от всего этого, или взять происходящее под свой контроль.

Эмма почувствовала огромное облегчение. Как же ей повезло вырваться из плена рутины и скуки, когда невозможно вспомнить не только то, что было такого-то числа прошлого месяца, но и вчерашний день. Почувствовав необыкновенный душевный подъем, она выскочила из палатки и направилась к шатру Дорохова.

Неожиданно ее окликнул молодой женский голос. Девушка в голубом балахоне жестом предлагала следовать за ней. Под большим навесом в центре палаточного городка сидели Виктор и Сагиб. Дорохов вскочил, приглашая Эмму присоединиться к ним.

— У нас небольшие неприятности, — начал он, — только что к стоянке попыталась подъехать машина, в которой находились двое мужчин. Один из них араб из Иерусалима, а вот второй явно неместный. Он похож на молодого человека, которого учуял Садык в старом городе. Они ищут американку и предложили бедуинам хорошие деньги за помощь. Люди Сагиба отказались, сославшись на то, что их стоянка закрыта для туристов, и помочь они не смогут.

Дорохов внимательно посмотрел на Эмму и с удивлением произнес:

— Такое ощущение, что для вас эта новость не стала очередным потрясением.

— Что толку скулить от страха, — весело пропела женщина. — Чему быть того не миновать, а истязать себя я больше не буду. Помогите мне разобраться с записями деда, и тогда станет понятно, что нужно от меня этим людям.

Сидящий рядом Сагиб уважительно покачал головой и медленно произнес, обращаясь к Эмме:

— Аллах дал тебе силу смотреть в глаза опасности, для женщины это большая милость. Мой долг помочь вам, если потребуется, и оставайтесь с нами, сколько посчитаете нужным.

После этих слов бедуин рассмеялся и сказал по-арабски:

— Красивая, сильная женщина много детей нарожает, повезло тебе, Виктор, с невестой.

Сагиб удалился, а Эмма, глядя на смущенного Виктора, полюбопытствовала:

— Что он сказал?

— Он восхищен вашим мужеством и красотой.

— И это все? — лукаво улыбнулась Эмма.

— В общем, да, — опустив глаза, пробурчал Дорохов.

Пытаясь загладить возникшую неловкость, женщина подлила из чайника кофе в кружку Дорохова и с улыбкой протянула ему.

— То, что за вами следят, это не новость, — задумчиво произнес он. — И вы правы, не следует уделять этому излишнее внимание. Вы спросили меня, почему я думаю, что в рукописи речь идет не об Иерусалиме. Вам придется набраться терпения и выслушать мои аргументы. Начнем с того, что Карл Рунге оставил подробную инструкцию…

— Инструкцию? — иронично перебила его Эмма. — Это скорее ребус.

— Но давайте представим на секунду, что это не головоломка, как подумает любой, прочитавший эти записи, а четкая и ясная инструкция. Я с этим много раз сталкивался в старинных трактатах. Большинство исследователей это вводит в заблуждение, они ищут загадки там, где их нет. Обычно полотно повествования разбивается на множество не связанных друг с другом частей. Сложность в том, чтобы их правильно интерпретировать и каждый кусочек поставить в нужное место. Хочу напомнить, что ваш дед прямо об этом говорит: «В заключительной части своего послания я хотел подвести предварительный итог наших с отцом исследований. Переходные окна, так называемые порталы, наверняка существуют. Мой отец Александр Рунге дает описание, как найти их».

Далее в своем рассказе Виктор упомянул о так волновавшей ее реке, упомянутой Александром Рунге. Один раз: «Копье обретет свою силу в священном потерянном городе. Тот, кто откроет окно в другой мир, должен встать лицом к священной горе так, чтобы бегущая вода была по правую руку, и сжать копье пальцами левой руки». И в другой записи: «Нет сомнений, что перед нами разворачивается важнейшее библейское событие в истории человечества — казнь Иисуса Христа. На переднем плане гора Голгофа, солдаты и осужденные на смерть, вдали мы видим крепостные стены и Нет никаких сомнений, что это река, невооруженным глазом видны даже небольшие лодки».

Читающего записи сбивает с толку тот факт, что Карл собирается в Иерусалим. Возможно, он хотел посмотреть этот город, и у него на это были свои причины, но он не мог не знать, что в Иерусалиме нет никакой реки, и никогда не было. В дневнике прослеживается своеобразная логика изложения, и из этого следует, что Иерусалим вряд ли может считаться потерянным городом, он всем известен.

В мемуарах дважды упоминается Турция, где расположены гора Бейкоз и подземный город Сум. В конце упоминается Иван Максимов, встреченный в Турции Александром Рунге. Ваш прадед погиб именно в Турции, в окрестностях горы Бейкоз, где он провел последние дни своей жизни. Кстати, Иван Максимов в свое время выдвинул невероятную теорию. По его мнению, древний Иерусалим, Рим, Царьград и Троя это один и тот же город, столица великой империи. И расположен он был на месте или в окрестностях Константинополя-Стамбула в сегодняшней Турции. Это идеальное географическое положение для столицы огромного царства. Правда, эта теория не получила должного подтверждения.

— Вы в это верите, Виктор?

— При первой нашей встрече я уже говорил, что в современной истории много домыслов как по датированию исторических событий, так и по местоположению городов, которые, как вы помните, могли перемещаться по примеру Царьграда или Рима. Теория Максимова и других русских ученых мне близка, так же как вашему деду была близка книга Исаака Ньютона, упомянутая в записях.

— А реки в Стамбуле есть?

— Стамбул окружен водой, как никакой другой город. Многочисленные бухты, проливы, каналы пронизывают эту местность. Есть, конечно, и реки. Под описание этот город подходит. В любом случае другого варианта у меня пока нет.