Чтение онлайн

Лэнгдон с изумлением понял: Кэтрин была буквально в нескольких шагах, в бизнес-центре, когда он мчался через холл, дернув пожарный рычаг. Боже, я только что разминулся с ней.

"Тот распечатанный экземпляр, — спросил Лэнгдон, не различая ничего в темноте. — Ты смогла его куда-то спрятать?"

"Он прямо здесь, в моей сумке! — ответила она. — Когда я сказала Алексу, что он у меня, тот сказал, что это может быть единственная уцелевшая копия, и велел отнести ее в надежное место, пока мы не разберемся. Я была неподалеку, так что пришла сюда."

Лэнгдон крепче обнял ее.

"Я верила, что ты жив, Роберт — я чувствовала это, несмотря на слова Алекса о твоей гибели. Я хотела позвонить и сказать, где буду ждать. Проблема в том, что он предупредил: за нашими сообщениями, вероятно, следят."

"И ты отправила мне закодированное письмо перед тем, как избавиться от телефона, — сказал Лэнгдон, ощущая, как складывается картина."

"Да. Энохианский язык и кодекс XL. Это было самое странное сообщение, какое я могла придумать, но я знала, что ты поймешь."

Лэнгдон не мог не улыбнуться. "Это чертовски умно, Кэтрин Соломон."

"Было нетрудно, — она засмеялась и нежно поцеловала его в щеку. — Я просто спросила себя: как бы поступил ты?"

В коридоре за пределами Барочной библиотеки лейтенант Павел наблюдал, как последние туристы выходят наружу.

Где, черт возьми, Роберт Лэнгдон?

Пять минут назад Павел показал фотографию Лэнгдона смотрителю, проверявшему билеты у входа. Тот подтвердил: высокий американец действительно вошел в библиотеку незадолго до прибытия офицера и, насколько ему известно, еще не выходил.

Так где же он?!

"Здесь есть другой выход? — потребовал Павел. — Jiny vychod?!" Напуганный смотритель покачал головой. "Zadny tu neni."

Павел шагнул внутрь и осмотрел длинное прямоугольное помещение. По сути, это был широкий коридор с высокими книжными шкафами вдоль стен — спрятаться было негде. Посередине зала стояли старинные глобусы, выстроенные по направлению к огромной прозрачной витрине — ни то, ни другое не могло служить укрытием.

Тут Павел заметил балкон.

Очень хитро, профессор.

Огибающая галерея библиотеки находилась достаточно высоко, чтобы Лэнгдон мог скрываться, просто лежа на верхнем ярусе. Павел осмотрел зал — ни лестниц, ни дверей, ведущих наверх, не было.

Он подозвал смотрителя и указал на балкон.– Как ты туда забрался? – тихо спросил он, возвышаясь над худощавым молодым человеком.

Экскурсовод нервно указал на угол библиотеки слева от входа. – Там дверь в книжном шкафу…и винтовая лестница за ней.

Павел взвесил варианты. – Опечатать библиотеку! – приказал он. – Выходите и заприте двери. Тот, кто заперт внутри, крайне опасен. Ни при каких обстоятельствах не открывайте эти двери – что бы вы ни услышали! Даже выстрелы. Ясно?!

Экскурсовод побледнел и кивнул, тут же бросившись обратно в коридор и захлопнув двери за собой. Глухой удар прокатился по пустому залу, и Павел услышал, как несколько засовов щёлкнули на место.

Оставшись один, Павел развернулся и встретил взглядом безмолвный зал.

Теперь только мы с тобой, профессор… в этой роскошной ловушке.

ГЛАВА 65

Историческая Староновая синагога укрылась в районе Йозефов — когда-то бывшем огороженной стеной еврейским гетто Праги. Как старейшая действующая синагога Европы, она с XIII века безмолвно наблюдала за изменчивыми волнами истории. Несмотря на испытания временем и бурные события, пережитые Прагой, синагога осталась нетронутой — свидетельство стойкости веры и традиции.

Согласно легенде, камни для этого храма были принесены ангелами из Иерусалима "с условием", что они вернутся в Иерусалим с приходом Мессии. Многие учёные считают, что это "условное" дарение — на иврите аль тнай — смешали с идишским алт най, что буквально означает "старо-новый", отсюда и необычное название здания.

Духовный оазис... в пустыне материализма,подумал Голем, вглядываясь в аскетичный каменный фасад синагоги, вплотную обступивший витринами Hermes, Montblanc и Valentino. Современный мир захватил каждый уголок древнего гетто, поглотив его мрачные жилища, оставив лишь тонкую нить памяти об опасных улицах, которые некогда патрулировал легендарный голем, созданный на этом месте столетия назад.

Во многом, синагога была местом, где родился и сам Голем. Вскоре после прибытия в Прагу он бесцельно проходил мимо этого здания, когда услышал экскурсовода, рассказывавшего легенду о великом защитнике еврейского гетто — душе-хранителе, заключённой в тело глиняного чудища. История показалась ему знакомой и личной. Будто движимый неведомой силой, Голем вошёл в храм.

Внутри воздух был мёртво-неподвижен, насыщен почти мистической энергией. За алтарём возвышался священный ковчег, хранящий древние свитки Торы, вдохновлённые вечным диалогом земного и божественного. Голема успокоила тишина и приглушённый свет. Он сел на деревянную скамью, чью поверхность отполировали поколения верующих, и именно там, в мерцающем свете средневековых подсвечников, он взял информационный буклет… и начал читать.

Он не мог оторваться от легенды о големе и его создателе — могущественном рабби Иуде Ливе бен Бецалеле, известном также как Махараль из Праги. Помимо изучения еврейской мистики и Талмуда, рабби Лив был математиком, астрономом, философом и каббалистом, написавшим множество трудов, включая важный текст под названием Гур Арье аль а-Тора.

Поздним вечером Голем тихо читал текст рабби, купленный в магазинчике у синагоги. Поглощая древние слова, он, к своему изумлению, находил себя на каждой странице… Истину, которую уже знал!

Реальность имеет множество уровней.

Гуф, нефеш, сехель…

Одинокая душа может слиться с другой, создав новое существо.

Йесодот, тааровот, тарковот.

Души рождаются вновь и вновь.

Гильгуль нешамот…

В ту роковую ночь, изучая цикл перерождений, он осознал, что, как и первому голему, ему суждено было явиться в этот мир внезапно, с чётким осознанием себя, — чистая душа, пробудившаяся в физической оболочке, столь чуждой, что вызывала отвращение.