Чтение онлайн

Конечно, скептиков хватает. "Цивилизованное" здравомыслие, которое на деле часто оказывается обычной узостью ума и душевной ленью, любит позубоскалить над всем тем, что ему не по вкусу. В США опубликовано уже несколько пародий на Кастанеду. Новые критики сравнивают дона Хуана с мифическим Оссианом - вымышленным галльским поэтом III в. н.э., чьи труды в действительности сочинил в XVIII веке Макферсон, ловко мистифицировав всю "культурную" публику. Немало и завистников. В самом деле, кому из антропологов прежде удавалось достичь такой ошеломляющей популярности миллионные тиражи и такие же гонорары, бесплодные попытки Голливуда договориться с автором о съемках фильма и т.д. и т.п.? Даже великий Феллини в свое время безуспешно гонялся за Карлосом по всей Америке, но и он получил отказ. Само собой, кое-кто из коллег уже не мог равнодушно глядеть на этого "выскочку".

Но предметом нашего исследования вовсе не является личность Карлоса Кастанеды - доктора антропологии и бывшего профессора Калифорнийского университета. Мы намерены по возможности подробно рассмотреть хуановский космос, оценить и проанализировать основополагающие идеи, наиболее важные элементы праксиса, попытаться выявить внутреннее родство мировоззрения _нагвалей_ с некоторыми подходами мирового оккультизма к проблеме постижения истины. Мы хотели бы также сделать для всех очевидной уникальность учения дона Хуана и его чрезвычайную важность для изучения великой тайны человека и бытия, тем более, что его роль по-прежнему остается предметом спора в ученом обществе.

Кроме того, насущная необходимость проведения данного исследования связана и с определенным практическим моментом. Информация, предоставленная читателю Карлосом Кастанедой, расположена в том виде и порядке, каковые отражают, в первую очередь, становление самого автора. И не всегда легко разобраться, какое место занимает тот или иной элемент в системе - ведь зачастую этого не понимает сам Кастанеда. Из книги в книгу он поправляет себя, расставляет более верные акценты, но читателю трудно уследить за всеми перипетиями такого созревания. Помимо этого, многие дидактические приемы дона Хуана, особенно в первых книгах, остаются нерасшифрованными, и это еще более усложняет восприятие целого. Мы взяли на себя смелость систематизировать разрозненный материал и предложить комплексный метод его интерпретации. Немалую помощь в этом специфическом анализе автору данной работы оказал личный опыт "внутреннего" изучения измененных состоянии сознания, придавший его оценкам определенную степень уверенности. Хочется верить, что этот сложный материал станет немного яснее для тех, кто, как и мы, тщится разгадать самую великую Тайну - тайну внутри нас и вне нас. "Дон Хуан повернул мой взор вовне и научил меня видеть великолепие мира," - сказал Кастанеда.

Оказаться без посредников, лицом к лицу с этой могущественной тайной бытия, ощутить, наконец, нашу способность и наше право говорить на равных со всей грандиозностью мироздания - быть может, именно это исцелит человека от его вечной хандры и безвольных скитаний по мифам? По крайней мере, дон Хуан думает так. "Это единственный способ уравновесить ужас перед тем, что ты человек, и восхищение тем, что ты человек."

I

ОПИСАНИЕ МИРА

_Тени разума, бессмысленные и назойливые, ополчились на меня; их

несметное множество составляло некое подобие мира и, чтобы избежать

смятения, каждому призраку дал я имя, каждому приписал сложные законы

существования. Теперь они реальны, а я - нет.

Только в редкие минуты чистого сознания вспоминаю я, что это просто

тени, и тогда гоню их прочь_.

Даниэль. О созерцании.

ГЛАВА 1. ТОНАЛЬ И НАГУАЛЬ

_Рассуждая отвлеченно, мы все, конечно, знаем, что мир не

исчерпывается тем, что в нем уже известно и знакомо, что познано нами,

а, напротив, бесконечно шире и содержательнее всего нам уже

известного. Но на практике нашего познавательного отношения к миру и

более того - нашей общей установки к бытию мы все склонны жить а

"привычном", т.е. уже известном, - жить так, как если бы мир им и

кончался_.

С. Л. Франк. Непостижимое.

1. Res integra*

Обращаясь к знанию дона Хуана - знанию, принципиально незнакомому в традиционном культурном контексте и шокирующему в своем последовательно применяемом виде - мы с самого начала вынуждены признать ложность исходных посылок в отношении к бытию у так называемой "современной личности".

* Вещь целостная (лат.)

На протяжении сотен и сотен страниц мы наблюдаем, как дон Хуан методично и беспощадно разрушает не только привычное мировоззрение, но и само мироощущение, миро-переживание Кастанеды. Нам, разумеется, не повторить процесса, но если мы хотим иметь хотя бы частичное представление о характере и целях столь странной (может быть, даже опасной и вредной?) работы и решились узнать, отчего "перепаханный" таким способом субъект делается магом, надо, пожалуй, вначале поразмыслить над сверхценной идеей, составляющей фундамент нашего, человеческого космоса.

Эта идея настолько прочно занимает центральное место в сознании, что вовсе не бросается в глаза, оставаясь аксиоматичным фоном всякой деятельности и всякого отношения. Это не конструкт, не комплекс, не программа личности - но во всем она универсальный элемент, так как удерживает, крепит, вяжет воедино разнообразные продукты нашего Я.

Мы говорим об идее _целостности_ себя и мира. Подразумевая таковую целостность, мы как бы сохраняем открытость вовне (что соответствует нашему представлению об адекватности), т.е. готовы признать, что как в мире, так и в нас самих несомненно присутствуют элементы, связи и даже целые области, нами еще не познанные, не усвоенные, сущие "в себе". Прагматическое отношение к ним индивидуально: когнитивный энтузиазм в данном случае мало отличается от консервативной неприязни скептика, ибо каждый раз _целостность_ торжествует - либо принимая в себя новое множество, либо отвергая раздражающее усложнение. Прежде и помимо всего нас интересует _целокупность_, _единство_ и _однородность_, будь то в применении к картине вселенной или к переживанию собственной личности.

По сути, мы всегда исходим из двух взаимно представленных друг другу образов (само слово "образ" уже содержит представление о некоей обрамленности, внутри которой для нас всегда заключено _целое_):

– Реальности, что для нас есть всеобщий и универсальный Объект, Целокупное "То",

– и Я - во всем спектре, во всей распространенности объема внутри нас, начиная с трудно вычленяемого корня (_Ichheit_ Якоба Беме или _Атман_ ведических риши) и заканчивая ряженым в гримасы обличьем, где вечно гуляют заботы и смятения, внутренний разлад и скука.

И первое, и второе - _res integra_, и именно так предстают они перед нами в первичном и уже неустранимом переживании, сколь ни предавайся абстрактному анализу впоследствии, сколь ни рисуй схемы и механизмы.

Конечно, чувство целостности должно было иметь начало еще во младенчестве, когда нерасчленимость восприятия в значительной мере определяла характер опыта. И если уж говорить о реализации идеи _целокупности_, то именно в первые годы жизни большинство из нас смогло значительно приблизиться к ней - хотя еще сама идея не рождалась, а царила безраздельная свобода чувствования.

Из воспоминания об этой свободе сохранилась только беспрекословная уверенность в _целом_ мире и _целом_ себе. По мере роста мы хранили и храним ее на дне своего существа, питая иллюзию в целях самосохранения ведь на самом деле ситуация давно изменилась, как ни трудно себе в этом признаться.

За всю историю существования своего вида человек так основательно разбил первоначальную целокупность опыта, что, кажется, не осталось ни одной области, куда бы не проник скальпель торжествующего анализа. Сама природа _внимания_ - основополагающего инструмента разума - всегда несла с собой расщепление, разъятие целостности, вычленение компонентов, усиление либо вытеснение их.