Чтение онлайн

– Ну, что до этого, мэм, – протянул он отчасти неуверенно, – может, я и не так хорош, как следовало бы, однако, вероятно, все же лучше, чем мог бы быть… хотя хвастаться тут нечем, поскольку я все-таки не лучше, чем есть.

– Но я уверена, что, несмотря на ваше ужасное ремесло, вы должны быть очень славным, добрым человеком…

– Миссис Белинда, позвольте мне взять вашу корзину, – вмешался в разговор Дэвид и протянул руку.

Белинда улыбнулась.

– Благодарю вас, сэр, правда, она совсем легкая, да я и привыкла…

Но Шрига было не так-то легко остановить.

– Ужасное ремесло, мэм? Конечно, я занимаюсь случаями добровольного сведения счетов с жизнью, или, если так можно выразиться, felo-de-se, и всякими мокрыми делами, или, проще говоря, убийствами. Да, мэм, преступления для меня – хлеб насущный, однако сам я не нахожу их приятными, в особенности убийства!

– Можно проводить вас до Лоринг-Чейза, сударыня? – в отчаянии спросил Дэвид.

– Спасибо, мистер Дэвид, но не раньше, чем мы доставим маленького Джона домой… Убийства! – С тихим вздохом повторила она. – Я согласна, они смертный грех; прощение за него можно заслужить только через Совершенную Любовь, ибо только любовь к ближнему способна изгнать всю ненависть, всякий страх и горе, только она способна смыть все слезы и очистить душу, потому что такая любовь даруется Бесконечностью, которая есть Бог. Вы верите в Бога, сэр?

Шриг прошел несколько шагов, не отвечая, по-видимому, обдумывая про себя этот вопрос, потом повернул голову и встретился взглядом с Белиндой, кроткие глаза которой тревожно вглядывались в собеседника.

– Да, сударыня… иногда. – Голос Шрига так разительно отличался от его обычного грубовато-добродушного тона, что Дэвид не знал, удивляться ему искренности сыщика или возмущаться его лицемерием. – Иногда, когда я наблюдаю за детьми – уж очень они похожи на ангелов.

– Я тоже люблю детей и видела во сне ангелов, – сказала Белинда. – Иногда сны лучше, намного лучше, чем явь… Иногда мне снится, что я умерла и стала совершенной… И правда, хорошо было бы, если бы милосердная Смерть возносила к более совершенной жизни.

Она подняла глаза к безоблачному небу и несколько шагов прошла, словно в молитвенном экстазе, затем глубоко вздохнула и опустила голову.

Возле калитки, за которой в глубине цветущего садика стоял красивый дом, миссис Белинда остановилась.

– Джон живет здесь, – сказала она. – А вон и его отец, Джим Крук.

И Дэвид увидел знакомого кучера, спешившего им навстречу по узкой садовой дорожке. Щеголеватый внешний вид, от аккуратно подстриженных бакенбардов до начищенных башмаков с гетрами, и выправка, и походка – все выдавало в нем бывшего моряка.

– Ага, отыскался салажонок! – закричал он весело и, щелкнув отпрыска по носу, рассыпался в благодарностях. – Благослови вас Бог, миссис Белинда, мэм. Знать бы, что вы эскортируете его сюда в целости и сохранности… Жена прямо сбилась с ног, а я только что из поездки. И вам спасибо, мистер Шриг… давайте его сюда! Примите мои наилучшие пожелания, мэм… Джентльмены!

Крук сунул сына под мышку, шаркнул башмаком перед миссис Белиндой, пожал руки Дэвиду и Шригу и с видом триумфатора прошествовал по направлению к дому, причем его маленький сын сучил руками и ногами и вопил от восторга.

– А теперь, если не возражаете, мэм, мы проводим вас до дому, – сказал Шриг.

– Если вы не предпочитаете проделать этот путь в одиночестве, – добавил Дэвид.

– О, нет, нет, пойдемте. – Она улыбнулась. – Скажите, мистер Шриг, долго вы пробудете в Лоринге? – поинтересовалась она через несколько минут.

– М-м… это зависит от призрака, мэм.

– Ах да, призрак… – Белинда вздохнула. – Я как-то и не верила в них прежде.

– А теперь верите?

– Я верю, что несчастные души могут иногда возвращаться… Нет, я знаю это!

– Но ведь сами вы не видели здешнее приведение, не так ли, мэм?

– Увы, пока не видела. Но я надеюсь, я живу ради того, чтобы увидеть… А вы сами верите в призраков, мистер Шриг?

– Как вам сказать, мэм… Со здешним я надеюсь побеседовать.

– Побеседовать?! – Она изумленно подняла брови, потом стиснула задрожавшие руки. – Но как? Когда, сэр? Умоляю вас, где?.. Прошу, позвольте мне пойти с вами!

Они подошли к высоким железным воротам, за которыми начиналась мрачноватая аллея старых деревьев, а дальше высился широкий фасад Лоринг-Чейза. Остановившись у ворот, миссис Белинда схватила Шрига за руку своими миниатюрными руками и умоляюще заглянула ему в лицо. Шриг как будто избегал ее взгляда, потому что, отвечая, не сводил глаз с далекого фронтона огромного дома.

– Непременно, мэм, непременно… Без вас нам никоим образом не справиться… А потолковать с ним я надеюсь сегодня ночью, в комнате сэра Невила Лоринга, между половиной двенадцатого и полуночью… Я полагаю, сударыня, что призрак поможет мне узнать имя преступника.

– Да, да, конечно, – быстро ответила Белинда. – Он должен наконец заговорить, он заговорит, я знаю… Сегодня ночью, в комнате сэра Невила… Я буду там, сэр… Доброй ночи, джентльмены… и благодарю вас, дорогой мистер Шриг, за то, что не отказали в просьбе одинокой, осиротевшей женщине. Благослови вас Бог! – И, не оглядываясь, она почти бегом побежала по сумрачной аллее. Вскоре ее худенькая фигурка исчезла за деревьями.

Дэвид повернулся и хмуро посмотрел на Шрига. Тот оценивающе щурился на горизонт за лугом – небо там затянула зловещая гряда туч. Губы сыщика были вытянуты, словно что-то насвистывали.

– Приближается буря, дружище! – Он кивнул в ту сторону. – Будет гроза со шквалом, а после ливень до утра. Хорошо!

– И она еще в ангельской простоте своей благодарила вас! – осуждающе произнес Дэвид. – Просила для вас Божьего благословения! Право, Джаспер Шриг, порой вам следовало бы стыдиться себя и своих методов!

Казалось, эти слова поколебали привычную безмятежность мистера Шрига. Он отвел взгляд от обвиняющих глаз Дэвида и сосредоточился на выходе из аллеи, где только что пропала тоненькая фигурка миссис Белинды, потом, вздохнув, тряхнул головой.

– Эх, друг мой, Дэвид… все верно!

– Что верно?

– Мне стыдно! – ответил Шриг и, отвернувшись, понуро побрел прочь.

в которой счастью угрожает надвигающаяся буря

Покосившийся, шаткий мостик через живую изгородь, уже выступавший в качестве места действия на предыдущих страницах, находился в небольшой ложбине, закрытой со всех сторон от взора случайного наблюдателя. Цветущие кусты и кроны деревьев нависали над нею лиственным шатром. Где-то в зарослях обитали черные дрозды, оглашавшие это место ликующими по утрам и чарующе-печальными в росистые вечера песнями. В последнее время Антиклея и Дэвид все чаще встречались именно здесь.

Вот и сегодня Дэвид тоже сидел на ступеньках и, нетерпеливо отбивая такт подошвой башмака, наблюдал за тропинкой, которая, попетляв, терялась среди шелестящей листвы.