Чтение онлайн

Морин кивнула. Питер пытался угадать, откуда Синклер знает так много об их передвижениях. Морин это не беспокоило, ее слишком захватила удивительная история — и беззаветная любовь к ней Синклера.

— Да, но я все еще не понимаю, почему это так важно.

— Это важно по многим причинам. Некоторые верят, что Мария Магдалина жила и писала свое Евангелие на том месте, где сейчас стоит башня. Она запечатала документы, потом спрятала их в пещере, где они должны оставаться, пока не придет время раскрыть ее версию событий.

Синклер показал на ряд больших отверстий, напоминающих пещеры, в окружающих их горах.

— Видите эти кратеры в горе? Это следы, оставленные искателями сокровищ за последние сто лет.

— Они искали Евангелия?

Синклер негромко, язвительно рассмеялся.

— По иронии судьбы, большинство из них даже не знает, что ищет. Полное невежество. Они знают о сокровище катаров или прочитали одну из многочисленных книг о Соньере и загадочном богатстве. Одни думают о Священном Граале или Ковчеге Завета, другие уверены, что это сокровище из разграбленного Храма Иерусалима или золотой запас вестготов, спрятанный в могиле. Стоит произнести слово «сокровище», и в самые рациональные человеческие существа немедленно превращаются в дикарей. Люди столетиями приезжают сюда со всего мира, желая разгадать тайны Лангедока. Поверьте мне, я это видел много раз. Охотники за сокровищами динамитом сделали вон те пещеры. Без моего разрешения, смею добавить.

Синклер показал на неровные отверстия в склоне горы, а потом продолжил свои объяснения.

— Защитить знание о природе сокровища стало очень важно, вот почему так мало людей в современном мире вообще знают о существовании этих Евангелий. Посмотрите на опустошение, которое принесли сюда наивные искатели, опиравшиеся на пустые предположения. Можете себе представить, что бы они сделали с этой землей, если бы обнаружили, в чем состоит бесценная и священная природа клада.

Синклер угостил их рассказом о других местных легендах о сокровище, а также более отвратительными историями о неразборчивых кладоискателях. Он рассказал им, как нацисты во время войны посылали сюда команды в попытке обнаружить оккультные артефакты, которые, как они верили, были спрятаны в этом районе. Насколько известно, гитлеровские войска не добились успеха в своих поисках и покинули эту территорию с пустыми руками — и вскоре проиграли войну.

Питер вел себя сдержанно и спокойно, решив подождать и дать себе возможность переварить огромный объем информации. Позднее он разложит все детали по полочкам и определит, насколько они могут быть правдой, а насколько — романтическими лангедокскими фантазиями Синклера. В таком диком и таинственном месте легко поверить в легенды о Граале и потерянных священных рукописях. Хотя даже Питер чувствовал, как учащается его пульс при одной мысли о существовании подобных артефактов.

Морин шла рядом с Синклером и внимательно слушала. Питер не знал, была ли это Морин — журналистка и писательница или Морин — одинокая женщина, ловящая каждое слово Синклера. Но ее внимание полностью сосредоточилось на харизматичном шотландце.

Когда они свернули у вершины маленького холма, на склоне перед ними внезапно появилась каменная башня, похожая на сторожевую башню замка. Высотой в несколько этажей, она, одинокая и нелепая, стояла на фоне скалистого пейзажа.

— Она напоминает башню Соньера! — воскликнула Морин.

— Мы называем ее Причуда Синклера. Построена моим дедом. И да, действительно, он создал ее по образу башни Соньера. Оттуда открывается далеко не такой впечатляющий вид, как с башни в Ренн-ле-Шато, потому что мы находимся ниже, но все же достаточно приятный. Хотите взглянуть?

Морин посмотрела на поглощенного мыслями Питера, чтобы понять, хочет ли он исследовать башню. Хили покачал головой.

— Я останусь здесь. А вы идите.

Синклер вытащил ключ из кармана и отпер дверь в башню. Он вошел первым и повел Морин вверх по крутой винтовой лестнице. Он открыл дверь на площадку на крыше и жестом позвал за собой Морин.

Вид на страну катаров и разрушенные древние замки в отдалении был чудесным. Морин минуту наслаждалась открывшейся перспективой, а затем спросила:

— Зачем он построил ее?

— По той же самой причине, по которой Соньер построил свою. Вид с высоты птичьего полета. Они верили, что сверху можно раскрыть множество секретов.

Морин оперлась на парапет и разочарованно простонала:

— Ну почему кругом загадки? Вы обещали ответы, но пока только добавили мне вопросов.

— Почему вы не спросите голоса в вашей голове? Или, что еще лучше, женщину в ваших видениях? Именно она привела вас сюда.

Морин была ошеломлена.

— Откуда вы знаете о ней?

Улыбка Синклера была понимающей, а не самодовольной.

— Вы — женщина из семьи Паскаль. Этого следовало ожидать. Вы знаете о происхождении вашей фамилии?

— Паскаль? Мой отец родился в Луизиане, он француз по происхождению, как и любой другой в «штате речных рукавов».

— Каджун?

Морин кивнула.

— Да. Он умер, когда я была маленькой. Я немногое помню о нем.

— Вы знаете, откуда происходит слово «каджун»? «Аркадиец». Французов, которые поселились в Луизиане, называли аркадийцами, что, благодаря местному диалекту, превратилось в «акадийцев», а потом в «каджунов». Скажите мне, вы когда-нибудь смотрели слово «paschal» в английском словаре?

Морин наблюдала за ним с любопытством, но и с растущей осторожностью.

— Нет.

— Меня удивляет, что вы, с вашими исследовательскими способностями, так мало знаете о собственной фамилии.

Морин отвернулась от него, когда стала говорить о своем прошлом.

— Когда мой отец умер, мать увезла меня к своим родным, в Ирландию. После этого у меня не было никаких контактов с семьей отца.

— Однако один из ваших родителей, должно быть, предчувствовал вашу судьбу.

— Почему вы так говорите?

— Ваше имя. Морин. Вы знаете, что оно означает?

Снова подул теплый ветер, взъерошив рыжие волосы Морин.

— Конечно. По-ирландски это — «маленькая Мария». Питер меня все время так называет.

Синклер пожал плечами, как будто получил, что хотел, и принялся созерцать панораму Лангедока. Морин проследила за его взглядом туда, где среди расстилавшейся перед ними зеленой равнины то тут, то там возвышались огромные камни.

Летнее солнце осветило какой-то предмет вдалеке. Отражение заставило Морин на короткое время задержать взгляд, как будто она увидела что-то в поле.

Синклер явно заинтересовался тем, куда смотрит Морин.

— Что там такое?

— Ничего, — покачала головой Морин. — Просто… солнце попало в глаза.

Синклер на этом не успокоился.

— Вы уверены?

Морин на минуту заколебалась, снова посмотрев на поле. Она кивнула, прежде чем задать вопрос, который камнем лежал у нее на душе.

— Все разговоры по поводу моей фамилии. Когда вы покажете мне письмо моего отца?

— Я думаю, вы поймете больше, когда закончится этот вечер.