Тайна Мебиуса
Шрифт:
– Да ладно!
– Не веришь? Я счастлива. Тьфу, тьфу, тьфу. Ну ты же не за этим звонишь - тебе же что-нибудь нужно, правда?
– Наташ, тут мать моей новой знакомой едет в Москву. Я хотела с тобой договориться: ты не могла бы ее приютить? На несколько дней всего.
– Могла бы. Только не хочу.
– Не поняла...
– Ну "должна", "могу", "хочу" - немножко разные слова... Чувствуешь?
– Ну ты как всегда, пространно объясняешься...
– Свет, "можно ль в горчицу подмешивать джем? Можно, пожалуйста! Только зачем?" Я же сказала тебе: я счастлива и не хочу портить себе маленький островок нашего блаженства. Не хочу принимать троюродную сестру племянника мужа двоюродной бабушки. Что ж тут не понятного?
– Ладно, ладно, больше к тебе не пристаю с этим вопросом. Кстати, о двоюродной бабушке...
– У Ангелины Васильевны я давно не была, каюсь. Обещаю навестить.
– Передай от меня привет. Пока!
Дед Светы был известным генетиком. Это потом он получил известность. А поначалу вместе с пятой женой он был сослан в Усть-Каменогорск. Тогда генетика, кибернетика считались запрещенными, фашистскими науками. Дочь деда родила в Усть-Каменогорске Свету.
Они ассимилировались там, а дед вернулся в Москву продолжать свои генетические опыты с шестой женой. Все предыдущие и последующие жены обожали Свету, считая ее родной внучкой.
Одной из жен деда-экспериментатора была Ангелина Васильевна, которую я не раз навещала по просьбе Светы. К бабушкам я относилась благоговейно. К тому же, Ангелина Васильевна была очень симпатичной.
– А для кого же солнышко-то светит?
– вопрошала время от времени Ангелина Васильевна и бросала очередное место работы.
Отдыхала, и только потом принималась искать другое. Так она работала в конторе "Главчай", когда ее соблазнил любитель хорошего чая и хороших дам, Светкин дед. Потом, когда чай кончился, любитель убежал гонять чаи и прочие напитки в другое место. Для Ангелины Васильевны продолжало светить не только солнышко, но и звезды, среди которых она высмотрела одну. Это был популярный композитор тридцатых годов. Его и осчастливила Ангелина своим замужеством. Когда у композитора кончилось вдохновение, она вдохновилась сама и отправилась работать в Американское посольство, где нашла себе новое солнышко. Правда, на сей раз это солнышко вдохновляло Ангелину на английском языке.
Начались репрессии - и миссис Уайт, как она называлась, будучи американской женой, отправили на лесоповал.
Таких, как она, в лагере было немало. Заключенные перестукивались через стенку:
– У нас здесь миссис Уайт сидит.
– А у нас миссис Браун!
После лагерей вернулась Энджел, Ангел значит, как ее звал последний муж, в Москву. У ангелов своя иерархия. Одни ангелы окружают в вечном поклонении Бога, другие правят звездами и элементами, третьи защищают земные царства. Есть ангелы-божественные посланники, а есть еще и взбунтовавшиеся ангелы. Имя хорошо подчеркивало противоречивую натуру моей знакомой. Из какой эфирной субстанции она появилась, не известно. Однако известно, что звездами Ангелина вполне управлять могла, и солнышко светило для нее. Она была вполне материальна, этакий божий одуванчик, ангел во плоти, и я часто ее навещала. Энджел. Ангел, к которому я непременно слетаю.
***
Я родила ребенка. Маленького такого, размером с ладошку. Я четко знала, что такой кроха не выживет, он сильно недоношен. Тогда я попыталась вернуть его в свою утробу, но всякий раз он выпадал оттуда, хотя и был жив, хлопал глазками. Один глазик был желтый, а другой голубенький. После того, как я измучила себя бесплодными усилиями, я оставила малыша на столе и направилась к телефону, чтобы проконсультироваться со специалистом. Когда я вернулась, - на столе продолжал лежать наш с Сашей ребеночек. Кто-то оторвал ему голову. Рядом было много народу. Среди них Саша, абсолютно растерянный.
Снова начали сниться кошмары.
Ж"опыты будем показывать?
Мы с Мишей работали в одной школе для паранормальных детей. Это нисколько не мешало ему придерживаться православия. Миша был программистом по своему базовому образованию и преподавал основы дистанционного творчества. В школе он совсем не бывал и проводил занятия со своими учениками в чат-классе. Время от времени мы встречались в парке, чтобы прогуляться и пообщаться натурально.
– Ну и как твои успехи?
– поинтересовалась я.
– Ты знаешь, мне кажется, что, с одной стороны, компьютер детям, безусловно, полезен, у них развивается конструктивное и логическое мышление. И в жизни без компьютера нынче куда? С другой стороны, у меня закралось опасение, что компьютер угнетает творчество ребенка. Даже очень.
– Почему ты так решил?
– Вот даю детям творческое задание. Есть фигура - прямоугольник. Попробуйте дополнить этот прямоугольник до чего-нибудь необычного. Изобразите это необычное рисуночком на компьютере.
Дети принялись рисовать домики и телевизоры. Я их спрашиваю: разве домики или телевизоры необычны? Тогда кто-то догадался нарисовать робота и все стали рисовать роботов. Одна девочка попыталась нарисовать фею.
– Так ведь и фея именно для этой девочки может быть обычным и привычным объектом, если у девчонки акцентуация характера близка к демонстративной?
– Возможно. Но дело даже не в этом. Девочка сразу взялась за компьютерную графику, хотя у нее явно ничего не получалось. Тогда я предложил ей сначала сделать набросок на листочке бумаги цветными карандашами. К карандашам девчонка даже притронуться не захотела. В общем, у всех вышли какие-то роботы. Где тут творчество, скажи мне?
Я вдруг вспомнила, как мы приставали к учителю физики:
– Валерий Куприянович, когда ж опыты будем показывать?
Это звучало: "когда жопы-то будем показывать?"
– Будем, будем, - снисходительно улыбался он.
Я рассказала это Мише, похулиганила, чтобы снять напряжение, потому что мои психологические ж"опыты тоже приводили к результатам неутешительным.
Незнание в каком-то смысле достоинство. Раньше фиксированное знание жило веками, а теперь Саша каждую неделю по книжке-кирпичу покупает о компьютерных технологиях, скоро мы этими кирпичами завтракать, обедать и ужинать будем. Избыток информации отнимает силы. Где уж тут успеть за собственными идеями?
Объявления о вакансиях пестрят одной и той же фразой, что от будущего работника требуется знание компьютера. А я по-прежнему остаюсь компьютерной невеждой. Не хочу овладевать этой премудростью - и все тут! Лучше показывать ж"опыты.
***
Экзамен в вузе. В каком - не помню. Вдали цветок, похожий на нарцисс.
Я на роликах. Экзамен сдала не без труда. Озеро (болото?), поросшее кувшинками, тиной. Моя сестра с какими-то парнями едет в это озеро на роликах. Ей еще только предстоит сдать экзамен, от которого я уже освободилась. Мы с мамой наблюдаем эту сцену сверху, стоя на мосту.
Вдруг мост поехал в правую сторону. Началось наступление болотной воды на нас. Наши туловища уже погрузились в воду. Я ощущаю холод воды. Водоворот захватывает нас все сильнее и сильнее. Вдруг кто-то замяукал. Я испугалась, что тонет котенок, который только-только родился на моем животе.
Проснулась, - мяукает Кася и ужасно холодно в комнате. Весь сон был в каких-то коричневых тонах с рыжим оттенком, какие бывают лошади, поэтому этот сон я назвала "коричневым".
Коричневый сон.