Чтение онлайн

– А я вижу, тебе меня жалко, – подмигнул Рите Балтиец.

– Просто ты парень нормальный и не блатуешь не по делу, – вздохнула она. – И если бы не ты тогда, в Обухове, хана бы мне. А ты впрягся, и…

– Я с твоим братом в Чечне был, его на моих глазах убили, – процедил Балтиец. – Точнее, он сам себя вместе с духами подорвал. В общем…

– Я постараюсь выяснить, где Береза, – она неожиданно поцеловала его в щеку. – Это за Обухово, – и быстро вышла.

Он откинулся на спинку кресла.

– Собственно, мне и самому Березова нравится как человек, – кивнул он. – Она и в детдом деньги дает, и госпиталь тоже не забывает. И грузин на хрен послала. Но… – он выматерился.

– Не замерз ты там, бродяга? – весело спросил Ларионов.

– А тут как в Сочи, – усмехнулся в телефон Суханов. – Темные ночи. Да нормально все. А вы как там? Никого из вас не подстрелили? Я слышал, вы там нашли англичанина. Кстати, его приятели вполне нормальные люди. А Джейн, ну, помнишь, там англичанка была, она подруга…

– Знаю, – кивнул Ларионов. – Япошки молчат. Все они из якудзы, наколки на…

– Понял, – остановил его Суханов. – Ты не нашел Прокопенко?

– Какого Прокопенко? – непонимающе переспросил Ларионов.

– А тебе разве ничего дежурный не говорил?

– А что он должен был сказать? – спросил капитан.

– Да мне тут назвали фамилию еще одного деятеля, кто в тридцать седьмом деда моего угробил. А его внук, говорят, вроде как искал японский клад. Ну, не клад, а то, что они прятали. И как раз в те годы он бывал на Колыме, когда отца моего убили, а потом через два года – брата. Я звонил, тебя не было. Домашний твой молчал, сотовый тоже. В общем, я на какого-то капитана вышел. Фамилию не помню, он как-то невнятно назвался, и просил его тебе…

– Когда ты звонил? – перебил его Ларионов.

– Позавчера вечером.

– Мы как раз япошек брали, – вспомнил Ларионов. – А дежурил капитан… – он прищурился.

– В общем, он тебе должен был сказать. Я назвал…

– Я перезвоню, – остановил его Ларионов и отключил телефон.

– Ты чего? – непонимающе спросил Карлов. – Я тоже поговорить хотел…

– Где Владик? – спросил Ларионов.

– Дома, – посмотрел на часы Карлов. – Он сегодня ночью в опергруппе был. А…

– Поехали, – открыв сейф, Ларионов вытащил пистолет.

– Лихо день начался, – тоже взял оружие Карлов. – А в чем дело-то?

– Ты куда, Владик? – спросила смазливая блондинка.

– На кудыкину гору, – застегивая рюкзак, огрызнулся крепкий капитан милиции. – В общем, если спросят, скажешь, улетел. Мать заболела, и он улетел. Билет я взял, если проверят, поймут, что я правду говорю. В общем, ясно. И ни слова больше.

– Да пожалуйста, – хмыкнула она. – Ты мне денег оставь, а то…

– В ящике стола, – ответил он и вышел в прихожую.

В дверь позвонили. Он осторожно приоткрыл глазок. Мысленно выматерился. Звонок звонил не переставая.

– Да иду, – сердито проговорила блондинка. – А ты…

Он закрыл ей рот ладонью.

– Меня нет, – прошептал Влад. – Если пикнешь, убью.

Она увидела в его руке пистолет. Он вошел в туалет и прикрыл дверь.

– Кто там? – спросила она.

– Зина, – проговорил Ларионов, – нам нужен Владик.

– А он к матери улетел, – обернувшись, она увидела высунувшегося наполовину Владислава и направленный на нее ствол «ПМ». – К матери. Она позвонила, он сразу на аэродром, взял билет и улетел.

– Понятно, – буркнул Ларионов. – Может, чайком угостишь?

– Не могу, – фыркнула она.

– Понятно, – проворчал Ларионов.

Они с Крыловым спустились на второй этаж.

– Дома он, – кивнул Ларионов. – Позвони на аэродром. Узнай, брал билет Прокопенко или нет?

– Уже звоню, – кивнул Крылов.

Ларионов спустился ниже.

– Брал, – подошел к нему майор. – Тридцать минут назад самолет взлетел.

– Поехали, – процедил Ларионов. – Позвоню Денисову, пусть встретит. Вот сука, – качнул он головой. – Хотя, может, путаница какая-то. Когда убили отца Леньки, он был здесь. Я говорю про Колыму. Потом снова уехал в командировку в Чечню. Вернулся, и через несколько дней брата Леньки вместе с женой и детьми грохнули. А к Владику четверо приятелей приезжали. Вроде как в Чечне познакомились. Из ментов тоже. Он повез им Колыму показывать, а мы в это время Гнилого брали. Потом Прокопенко с приятелями вернулся и уехал с ними. У него отпуск после командировки был. Тогда и нашли под Штурмовым Ленькиного брата, а жену и детей – дома, – он выдохнул. – Вроде все сходится. Да и то, что он рванул, тоже не в его пользу…

– Короче, не знаю кто, но Суханову сказали про меня, – быстро говорил по мобильному Владик. – Так что думай, может вполне и тебя назвать. Только вот кто? – зло спросил он.

– С ним брат этого генерала, – заговорил абонент. – Может, он и настучал?

– Да откуда генералу про это знать. Он мог про деда сказать, но тогда время такое было. Маршалов сажали, а вот кто ему про меня ляпнул? – качнул головой Прокопенко. – Никак не пойму. Он же на метеоточке, и сейчас там просто быть никого не может. В поселке никого нет, кто бы знал о нем. Так что я никак не въеду. Знаешь, – вздохнул он, – когда он позвонил, у меня хватило ума назваться другой фамилией. А он просил сказать Ларионову обо мне. В общем…

– И как ты успел свалить-то? – усмехнулся голос.

– В Хабаровск к мамане улетел. В общем, надо думать, что дальше делать.

– Что еще? – встал, держа телефон в руке, Ларионов.

– Нет его, – услышал он голос. – Место свободное. Видно, этот тип вас просто обставил. Билет взял, а не полетел. У себя его ищите. А он кто есть-то?

– Да наш, – процедил Ларионов. – Капитан из убойного. Просто срослось так, что он как раз под начальство попал, и те его дежурным на ночь оставили. А Суханов звонил как раз насчет него.

– А, – понимающе протянул голос. – Понятно. Значит, Хранитель что-то выяснил. Ну, одного возьмет, а тот остальных сдаст…

– Лучше бы нам его взять, – вздохнув, ответил капитан.

– Интересно, кто тебе назвал фамилию? – тихо спросил Матвей Федотович.

– Да совершенно случайно, – пожал плечами Суханов. – В магазине встретился какой-то мужик, назвался Дмитрием Ивановым. И про брата моего заговорил. Мол, знаю я одного, кто там был. Прокопенко, это точно. Говорит, я первый нашел трупы жены и детей Валерия, а там надпись кровью. Видно, Наташа, жена брата, написала «Прокопенко». Но кто-то стер. А я ведь ментам говорил, чтобы зафиксировали, но меня на хрен послали. Но я запомнил. К тебе добраться не мог. Он одноногий, под медведя попал, и сюда в Килган к матери переехал. Как таять начнет, я ухожу. Он мне нужен. От него и других узнаю.

– Слушай, Леня, – качнул головой Матвей Федотович, – а ведь ты живешь ради того, чтобы отомстить. У тебя все мысли только об этом. И форму ты поддерживаешь для этого, – уверенно проговорил он, глянув на висевший боксерский мешок. – Других чувств у тебя просто нет. Ты будто закодирован на месть. А не думал, что время уходит, семьи нет, ребенка нет… Один ты из Сухановых остался.

– Думал, – усмехнулся Леонид. – И знаете, Федотыч, встретил я замечательную женщину, ради которой отказался бы от всего. Точно-точно… И поиски свои бросил бы… Но есть одно «но». Она миллионер, а я – нищий, голь перекатная… Альфонсом быть не согласен. Даже если бы она взяла мою фамилию, получается, что мы жили бы на ее деньги. А я не могу так. Так что не суждено мне продолжить род Сухановых. А может, оно и к лучшему. Ведь дети тех, кого я найду и ликвидирую, вырастут и, в свою очередь, станут искать моего ребенка… Точнее, стали бы, так как у меня нет детей, – вздохнул он. – Просто я знаю, что есть женщина, ради которой я бы смог отказаться от мести.