Чтение онлайн

– Для всех остальных, – парень наклонился, опалил дыханием шею и прошептал, – моя, – выпрямился и как ни в чем не бывало потянул меня на обед, тихо посмеиваясь. – Ариша, в твоих же интересах быть паинькой. Все должны поверить в наши отношения.

– Да зная тебя, – я сложила руки на груди, уже не пытаясь сбежать, – никто не поверит, что ты способен на чувства и серьезные отношения.

– На что намекаешь? – нахмурился и остановился посреди коридора.

– Макс, я не намекаю, – растянула губы в улыбке, больше похожей на оскал, – я говорю прямым текстом. Ты – бабник! Вся академия в курсе твоих похождений, – хмыкнула, но сердце предательски кольнуло, пришлось замолчать.

– Ковалева, да ты путаешься в показаниях! – откровенно посмеивался оборотень. – Еще утром ты спрашивала, не смутило ли кураторов наличие у меня невесты, а сейчас…

И я поняла, как глупо с моей стороны было заводить этот разговор. Но сказанного не воротить, а парня уже не остановить. Он скинул рюкзаки и подтолкнул меня в нишу, нависая сверху:

– Риша, а ты не задумывалась, что именно я сказал преподавателям? – он притянул меня к себе, вжимая в накаченное тело, а свободной рукой уперся в стену. – Я сказал им, что ты и есть моя невеста, но отказываешься надевать браслет, что у нас были свободные отношения… до недавнего времени, – смотрела ему в глаза, видя в них расплавленное золото, и не могла сопротивляться.

– Почему? – промямлила одно слово, делая очередной вдох, наполняя легкие его запахом.

– Потому что боишься… – прошептал, бегая взглядом по моему лицу.

– Чего? – чувствовала, что хожу по лезвию, но не подтолкнуть к ответу не могла.

– Отношений, между разными видами, – сглотнул, явно готовясь к рывку и очередному откровению, – что ты человек, а я оборотень…

2-2

«Он говорит не обо мне, – обухом ударило по голове осознание, – о себе!»

Собрав волю в кулак, отвернулась. Губы Макса скользнули по щеке, и парень уперся лбом в мое плечо, рассмеявшись. Хватка на талии ослабла, и мне удалось выскользнуть обратно в коридор.

Сердце колотилось как бешеное, готовое вот-вот вырваться из груди. Амулет нагрелся и пульсировал – кошке не нравилось мое самоуправство. Пора было признать: Марина оказалась права… снова. За четыре года у меня появились чувства к этому наглому магу, реакция тела ясно дала это понять. Но сдаться так просто и пополнить список его побед? Ни за что!

Подняла рюкзак и побежала к столовой, где уже ждала подруга. У входа меня нагнал парень и, сграбастав в охапку, остановил. Пронеся меня на руках несколько метров до удобного закутка, вернул обратно на землю.

– Арина, пожалуйста, – прижал меня к стене и по обе стороны от моей головы поставил свои ладони.

Маски спали, в данную минуту он выглядел таким уставшим. Не удержалась, погладила по гладкой щеке, и словно котенок он потянулся за прикосновением.

– Что Арина? – прошептала я, стараясь хотя бы не смотреть ему в глаза. – Я ненавижу ложь и притворство…

– Но это ненадолго, – выдохнул студент. – Ты сама не обо всем готова рассказать окружающим, – намекнул явно на ту переписку и Виктора Андреевича.

– Ты не понимаешь, – устало покачала головой, а рука соскользнула на плечо.

– Чего я не понимаю? – прошипел Макс, явно готовый обернуться в любую секунду. – Это всего на месяц! Пусть все поверят в нашу «любовь», – коротко усмехнулся и продолжил, – сдадим выпускной экзамен и разойдемся как в море корабли. Если захочешь, – он сглотнул, – я к тебе после этого и на километр не подойду. Но сейчас мне нужна помощь талантливого артефактора и зельевара, а ты лучшая!

Молчала. «Так вот что ему надо на самом деле», – пронеслось в голове. Хотелось согласиться… но я прекрасно осознавала риски привязаться к нему за этот месяц.

Оборотень не выдержал, подцепил пальцем мой подбородок и заставил посмотреть на него. Он ждал ответа. И я сдалась, мысленно сжигая себя на костре за отсутствие силы воли.

– Никакой постели. Никаких поцелуев. И это все лишь до момента, когда дойдет наша очередь выполнять задание, – сурово произнесла, наблюдая как губы напротив растягиваются в счастливой улыбке.

Макс прижал меня к себе, обнял, приподнял и счастливо закружил по коридору, словно только что я вручила ему диплом… а мимо проходили студенты и преподаватели, кто-то старательно отводил взгляд, кто-то косился, кто-то откровенно пялился и даже на камеру снимал… и я успела пожалеть о своем согласии на эту авантюру. Но деваться некуда, придется играть.

2-3

Зайдя в святую святых, Макс вручил мне портфели и отправил искать свободное место. Но когда в столовой в обед было свободное место? Это то же самое, что спуститься в метро в час пик!

– Арина! – крикнул кто-то, но из-за шума не смогла понять, с какой стороны меня окликнули. – Ковалева! Вот ты где! – сбоку вынырнула Марина, чтобы тут же схватить меня за руку и потащить за собой обратно. – Вас же пораньше отпустили, ты где шляешься?

– Задержали по пути, – пожала плечами и упала на пустой стул, на соседний поставила рюкзаки.

– Кто? И чьи это вещи? – нахмурилась, втянула воздух, пытаясь самостоятельно ответить на вопрос, и, скривившись, прорычала. – Вер-р-рещагин…

Парень как раз уже шел к нам, чудом лавируя с двумя подносами между ненасытными студентами. Поставил свою ношу на стол и, за секунду скинув на пол сумки, упал рядом.

Разговаривать не хотелось. Повисла тяжелая, кожей осязаемая тишина. Она давила… но голодный желудок требовал еды, и я поспешила ее ему предоставить.

Схватила одну из тарелок с горкой сочных отбивных, насадила одну на вилку… и их у меня отобрали самым наглым... просто вопиющим образом!

– Сначала суп! – провозгласил Макс и пододвинул ко мне тарелку наваристого борща со сметаной, себе забрал вторую.

Возражать не стала. «Суп так суп», – подумала и приступила к обеду.

Соседка все время кидала на нас странные взгляды, но молчала. Я видела, как ей хотелось высказаться, но при посторонних она себя сдерживала…

– Да что происходит?! – сорвалась девушка, вскакивая из-за стола, когда я из тарелки стихийника забирала последний кусок мяса.

– Ты тоже хочешь? – похлопала глазами и кивнула на свинину.

– Спасибо, наелась, – съязвила она и ушла, оставив нас вдвоем.

Откровенно говоря, мне было стыдно. «Надо было рассказать все подруге заранее, но если бы я сама знала об этом заранее…» – вздохнула.