Тайна пиковой дамы
Шрифт:
– Здравствуйте, господа! Вам, очевидно, фартит сегодня? Добрый вечер, Маэстро!
Антон наконец-то сел и с какой-то непонятной ему самому жадностью принялся вглядываться в облик того, кого закрывала густая тень.
Маэстро был одет во все черное и сидел вне круга света, идущего от старинного абажура. Антону показалось, что таинственный Маэстро – лишь силуэт…
Но вскоре иллюзия развеялась: знаменитый мастер оказался вполне живым – темноволосым, высоким и худым человеком без возраста, да и практически без внешности. Из разряда тех людей, на которых посмотришь, а секундой позже даже не вспомнишь.
Вдруг Маэстро поднял глаза, и сердце Антона на миг остановилось. Такого тяжелого, обреченного, больного взгляда он не встречал никогда.
Какое-то время он смотрел, не отрываясь, на Данилова и вдруг улыбнулся, отчего стал казаться мальчишкой лет восемнадцати:
– Добрый вечер… Антон. Рад, что вы оказались в игре…
– Э-э… – теперь Антон окончательно растерялся. – А откуда вы меня знаете?
– Я вас не знаю. Просто слышал, как моя помощница называет имена тех, с кем я напоследок сыграю сегодня. У меня хорошая память…
Антон невольно покосился на девушку, застывшую позади Маэстро безжизненной куклой. Красивая! Но… странная у нее красота. Какая-то… отталкивающая.
– Сдаем карты? – Крупье выжидательно посмотрел на Маэстро.
Тот кивнул и добавил:
– Играем до пяти партий. Хочу дать шанс каждому присутствующему за столом. Плюсуются проигрыши и выигрыши. Вы получите то, зачем пришли, но финал решит все.
Антон посмотрел, как крупье тасует новенькую колоду и сдает карты, и перевел взгляд на… Черного. Почему-то он вспомнил в эту минуту рассказы деда о человеке в черном – его описание идеально подходило к внешности Маэстро.
– Ничего не понял! – вдруг выпалил Данилов.
Маэстро не проронил ни слова, зато вспылил сидевший рядом усач:
– А что непонятно-то? Чем больше будет у тебя фишек, тем больше ты унесешь сегодня денег, а если кто-то победит Маэстро в пятой партии – унесет весь банк!
– Нет, это-то я уразумел! – Антон придвинул к себе карты. – До меня не дошло – что значит: «вы все получите то, зачем пришли»? А если кто-то останется вообще без фишек? Получат поощрительные призы в виде плюшевых котят? Так, что ли?
– Может быть, и так!
Маэстро снова улыбнулся, разглядывая его, только взгляд оставался прежним: холодным и пустым.
– Тогда – понеслась душа по кочкам! – одобрил Антон, решив не заморачиваться на странностях готической парочки, и впервые заглянул в свои карты.
Бой разгорелся жаркий. То и дело слышалось:
– Пара десяток.
– Прикупаю две.
– Вам, господин?
– Вышел.
– Одну – себе.
– Кому сколько?
– Мне три.
– Я – одну.
– Опять вышел…
– Что у вас?
– Флеш. Пики.
– Стрит.
– Фулл-хаус.
– Пас…
Антон с легкостью выиграл две партии – и сам того не заметил. Третья далась ему с трудом. Они с Маэстро выложили на зеленое сукно два стрита. Усач веером рассыпал по столу победный стрит-флеш. Двум другим не повезло.
– Пас.
– И я…
В четвертой партии и вовсе начались чудеса.
Антон честно собрал каре и приготовился праздновать победу, как вдруг увидел, что Маэстро совершенно спокойно выкладывает королевский флеш-рояль.
– Твою ж… – Антон уставился на свои карты и не поверил глазам. Вместо бубновой десятки в раскладе откуда-то взялась бубновая восьмерка. – Да быть не может!
Он даже вскочил с места. Оглядел безумным взглядом точно не замечающих ничего, скорбящих над проигрышем игроков – и вдруг схватил за грудки невозмутимо сидевшего Маэстро:
– Ты – шулер! Я эту десятку выманивал всю партию, а ты мне сейчас суешь под нос свой вонючий флеш-рояль? Да он никогда бы у тебя не собрался, если бы ты не мошенничал!
Маэстро медленно поднялся.
– Я же сказал… Каждый получит свое. Ты получил проигрыш, который заслужил… Убери руки и сядь!
Его ледяному голосу нельзя было не повиноваться, к тому же где-то позади послышались крики, зовущие охрану, и топот ног.
Но Антон уже не мог преодолеть свой гнев.
Он убрал руки. На секунду.
В следующее мгновение его кулак отправил шулера в глубокий нокаут, а из черного пиджака Маэстро веером посыпались карты.
– Я же говорил! Он – мошенник! – забился Антон в руках бравых охранников.
Девушка в черном, все это время беззвучно стоявшая позади, вдруг с кошачьей грацией бросилась к Маэстро и как безумная принялась рыться в рассыпавшихся картах. Тут ожили и игроки, будто проснувшись, и на все голоса принялись возмущаться:
– Шулер!
– Весь ваш клуб – кучка обманщиков!
– Я завтра же его закрою!
Последнее, что увидел Антон, когда его «вежливо» потащили к двери, была все та же девушка.
Поднявшись на ноги, она сжимала что-то в кулаке и смотрела прямо на Антона ставшими вдруг полностью черными глазами.
Он не выдержал ее взгляда, прикрыл глаза, а затем, перебирая ногами, снова попытался обернуться, но уже не смог увидеть из-за всполошенного народа ни девушки, ни Маэстро.
Глава 2
Италия. 1907 год. Джованни
– Эй, парень, чего застыл? Тащи чертов груз на палубу. Тебе деньги не за красивые глаза платят.
Темноволосый юноша вздрогнул и, перехватив поудобнее деревянный ящик, посеменил к помосту огромного корабля.
– Ставь сюда, – распорядился матрос с седой клокастой бородой, когда тот взошел на палубу. У матроса был всего один, похожий на рыбий, глаз: бесцветный и навыкате. Вторую глазницу прикрывала грязная тряпка с белесой коркой соли.
Красное лицо и большой, с горбинкой, нос…
– Расчет получишь на суше, здесь тебе не банк, – матрос рассмеялся от собственной шутки.
Его не смущало то, что корабль стоял пришвартованным в порту, а не бороздил бесконечную гладь моря. Он развернул парня за плечи, подтолкнул в спину: мол, убирайся!