Чтение онлайн

Выговор прислуге я была вынуждена отложить на завтра – сегодня у меня не было ни сил, ни желания что-либо выяснять. Пройдя в спальню, стянула мокрые и уже холодные чулки, после, с содроганием сняв халат и полотенце, избавилась от мокрой сорочки. Торопливо надела сухую ночную рубашку, прошла в гардеробную, нашла халат. Отвратительно шелковый и потому безумно холодный.

А после, превозмогая собственное нежелание, стиснув зубы, направилась в покои его светлости, как он и приказал.

К моменту моего возвращения лорд оттон Грэйд сидел в кресле возле камина, держа в одной руке внушительный бутерброд, а в другой письмо. На столике близ окна дымился кожаный футляр, что указывало на едва прибывшую почту.

Мое появление его светлость сопроводил внимательным взглядом и хриплым приказом:

– Поешь.

– Благодарю, я не голодна, – ответила, подходя ближе к камину.

Требовалось просушить и расчесать волосы, но сил на это совершенно не было.

– Ариэлла, – от голоса герцога стало холодно даже возле ярко пылающего камина, – я простил вам выходку с вином. Но вы повторно игнорируете мой приказ. Мне отреагировать?

Несмотря на возникший после его слов страх, я попыталась настоять на своем и ответила:

– Мне холодно. Могу я хотя бы согреться?

Ответа не последовало. Сочла молчание разрешением и вновь повернулась к огню, протягивая ближе озябшие ладони.

И вздрогнула, едва бесшумно подошедший герцог коснулся моих волос. Затем, все так же не говоря ни слова, провел ладонью от макушки по всей длине распавшейся во время полета прически… И волосы мгновенно стали легче. Не поверив догадке, подняла руку, коснулась пряди – сухие. Совершенно.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я.

– За стол! – безапелляционно отрезал лорд оттон Грэйд.

Я в последний раз взглянула на огонь, затем прошла и села в кресло перед столиком. Молча.

Его светлость также сел в кресло напротив и вернулся к чтению. Спустя несколько томительных минут произнес:

– От имени вашего отца его величеству было подано заявление о похищении леди Ариэллы Уоторби.

Папенька…

Сердце сжалось невольно. Неужели отец… Нет, не может быть.

– Прошение было подано наутро после того, как Ирек вас выкрал. Дело, как и полагается, зависло в большой канцелярии, но сегодня кто-то дал ему ход. Вам интересно кто?

– Мне интересно было бы взглянуть на прошение, – едва слышно заметила я.

Лорд оттон Грэйд поднялся, прошел к столику у окна, достал из вороха чуть обожженных по краю документов лист белой официальной бумаги, отряхнул его от пепла, подошел и протянул мне.

Писал папенька. Его нервный, неровный почерк, его излишне округлые гласные буквы и внушительная, четко обозначенная точка в конце каждого предложения.

– У вас любопытное выражение лица, – заметил лорд оттон Грэйд. – Вас что-то смущает в заявлении?

Смущало многое. Более всего следующий момент:

– Я видела брачный договор, подписанный папенькой. И вот сейчас я вижу… это.

– Вас смутила подпись? – уточнил герцог.

Кивнула, подтверждая.

Усмехнувшись, лорд оттон Грэйд произнес:

– Ирек – маг, синий, достаточно слабый, но если они оказались с лордом Уоторби наедине, повлиять было несложно.

И я перестала дышать.

В оцепенении, вызванном осознанием, смотрела на безразлично продолжившего чтение герцога и пыталась осмыслить всю чудовищность произошедшего! Меня не продали! Папенька не променял меня на весьма внушительную сумму! Меня самым наглейшим образом выкрали!

Подняв на меня взгляд, лорд оттон Грэйд усмехнулся и произнес:

– Леди оттон Грэйд, вам нездоровится?

Мне?! Мне да! Потому что я отчетливо понимала – брачный договор, подписанный под влиянием мага, является недействительным! Недействительным! Меня вправду выкрали! И мне вовсе не нужно было выходить замуж! Напротив, следовало обратиться к любому официальному лицу с требованием о защите! Да даже к капитану «Бросающего вызов». Достаточно было лишь обращения и…

– О, Пресвятой! – Я вскочила, метнулась к окну.

Замерла, вглядываясь в ночной сумрак.

– Ариэлла, что с вами? – вопросил его светлость.

Меня трясло от негодования. Меня попросту трясло от негодования. И будь этот брак заключен в церкви, информации о поставленной под влиянием магии подписи было бы достаточно, чтобы его расторгнуть… Но! Но одно немаленькое и неотвратимое «но» – кем бы я была в глазах света, после того, как прожила несколько дней под одной крышей с мужчиной, находясь без приличествующего леди сопровождения. Никем.

У меня нет пути назад. Просто нет. Если бы я знала, если бы хотя бы возникли подозрения, я бы обратилась к капитану Ордасу или же любому должностному лицу в порту по прибытии. Но после ночи, проведенной в Гнезде Орла… И герцог это прекрасно понимал, наняв для меня по договору не гувернантку или компаньонку, а камеристку!

– Печально, конечно, что Ирек воспользовался нежелательным способом влияния, но сожалеть поздно. Ко всему прочему, родовой брак нерушим ни церковью, ни государством, следовательно, император не вмешается, – произнес, словно размышляя вслух, герцог.

Никто не вмешается…

И в то же время:

– Но прошению дали ход, – я не узнавала свой вмиг осипший голос, – следовательно, церковь имеет какой-то расчет.

Лорд оттон Грэйд некоторое время размышлял над сказанным мной, затем согласился:

– Вероятно, так.

Затем добавил:

– Но появись у меня наследник спустя положенный срок, вероятно, попытались бы оспорить законность его рождения. Ко всему прочему, вероятно, рассчитывают нанести удар по моей репутации.

О, да – один из богатейших лордов империи выкрал младшую дочь обедневшего лорда, дабы заключить с ней не какой-нибудь, а нерушимый родовой брак. Очаровательнейший слух, который, несомненно, вызовет ажиотаж в свете!

– Полагаю, – герцог усмехнулся, – свет сочтет, что я полюбил вас с первого взгляда, увидев в лицее Девы Эсмеры, пытался заручиться согласием на брак вашего отца и, не получив оное, решился на воровство.

И так тоже может быть… как ни прискорбно это признавать.

– В столице вы появитесь исключительно в моем сопровождении и только под моим контролем, – продолжил его светлость. – В ином случае святая церковь умыкнет вас еще до того, как вы определитесь с цветом салфеток для фуршетного стола.